не попытался его вырубить. Он бы просто свалил. Отлично у него развита чуйка. Жаль, конечно, что не смог его вырубить, но во всём надо видеть хорошее. Теперь он в этот парк долго не сунется. Посчитает, что его раскрыли.
Переместился он, кстати, не так далеко. В небольшую подворотню в соседнем квартале. Затем он оттуда вышел и отправился на автобусную остановку. Вот падла, всё равно продолжил заниматься тем, чем занимался. Ладно, нет смысла за ним гоняться. Скоро он сам придёт.
На колесо обозрения я забрался не просто так. Раз уж я не могу подойти к тому месту, где находится наш агент и осмотреть его вблизи, то я осмотрю его отсюда. Может, замечу что-то интересное.
Вот только ничего интересного я разглядеть так и не смог, даже используя усиленное силой души зрение. Сверху эта территория смотрелась как несколько десятков довольно богатых, но обычных имений, но при попытке ближайшего рассмотрения того, что там сейчас происходит, зрение просто расплывалось. Эта территория была огорожена одним общим забором и, скорее всего, по документам эти имения обозначались, как единый жилищный комплекс.
Наверняка туда довольно часто приезжали машины и в каждом доме есть постоянные жители, но все они работают на того, кто живёт там и управляет ими всеми. Уверен, под этим комплексом наверняка найдётся довольно разветвлённая сеть тоннелей, по которым, если что, они смогут свалить оттуда. Причём эти тоннели наверняка не числятся ни в одних административных документах города. И это если не считать площадки для четырех крупных дирижабля.
Хотелось бы мне, конечно, просканировать эту сеть тоннелей, но я уверен, что у них там стоит не просто защита от моего сканера, но и детектор попыток. Другими словами, если я попытаюсь их просканировать, меня тут же вычислят. Что ж, всё-таки придётся оставить попытки присмотреться к этому месту. Нужно пойти другим путём.
Зазвонил мобилет.
— У меня есть интересная информация. Ты сейчас в гостинице? — услышал я голос Стаса, как только принял звонок.
— Нет, я в парке.
— Ты свободен? Можешь мне помочь?
— Да. Говори, что нужно.
— Отлично. Запоминай адрес и подъезжай туда на городском транспорте. Такси не бери, — дальше мой друг продиктовал мне адрес, и я, спустившись с колеса обозрения, направился туда на автобусе.
— Когда я подъехал, он уже сидел на скамейке и ел мороженое.
— Будешь? — протянул мне Стас эскимо.
— Не откажусь. Так, что ты узнал?
— Вот взгляни. Специально для тебя выписал, — Стас протянул мне несколько листков, исписанных мелким почерком.
Я внимательно всё прочёл и сильно удивился.
— Ну, как инфа?
— Охренеть просто.
— Я вот думаю, чем это всё закончится? Так-то мы искоренители скверны и перекраиваем миры под себя, если разумные мешают нам защищать их от скверны, но то, что находится здесь выходит за пределы моего понимания. Если уж тебя кто-то просчитал, то я не знаю чего ожидать дальше, — Стас внимательно посмотрел мне в глаза, ожидая ответа.
А что я ему ещё мог ответить, если действия моей корпорации тоже стали частью плана этого паука. Он просчитал то, как я поступлю и воспользовался этим. И в некоторых случаях обвинять мне абсолютно некого, поскольку именно я отдал эти приказы, которые запустили цепочку определённых событий. И паук воспользовался этим, заранее просчитав то, как я поступлю.
Но в нашем случае ещё не всё потеряно. В списке имеются ещё несколько событий, которые выполнялись без моего участия. Для корпорации это абсолютно не критично, но мне, всё же, интересно, того кто это приказал тоже просчитали, или у нас завёлся крот?
Я набрал номер мобилета Соловьёвой.
— Здравствуйте, Виктория Игоревна. Мне нужна информация.
— Здравствуйте, Мирон Викторович. Что за информация вам нужна?
— Меня интересует, кто отдал следующие приказы и кто предложил эти решения, — далее я ей перечислил то, что было написано Стасом, и Соловьёва мне всё в подробностях рассказала, поскольку помнила о том и, кто предложил, и кто согласился.
Проверить решил я на всякий случай, потому что утверждать на все сто процентов, что у нас есть предатель я не могу, поскольку сам видел, что и меня самого просчитали, но проверка лишней не будет.
Я набрал номер мобилета Армаила.
— Привет. Нужно аккуратно и незаметно считать сознание у нескольких людей. Запоминай имена, — я продиктовал Армаилу не только имена тех, кого назвала мне Соловьёва, но и её саму и ещё нескольких из окружения тех, кто был в списке.
— Мне это самому сделать? — спросил он у меня.
— Нет, отправь кого-нибудь, но сделать они всё должны максимально незаметно и безболезненно. Следов тоже не оставлять. Никто не должен догадаться, что у них считывали сознание.
— Понял. Сделаю.
— До связи, — ответил я и положил трубку.
— Ну, так что, есть какие-нибудь соображения по этому поводу? — поинтересовался у меня Стас.
— Думаю, что тот, кто это всё придумал и просчитал настоящий гений.
— Ты считаешь, что это один человек, а не армия аналитиков?
— В том-то и дело, что это один человек. Армия аналитиков, какая бы слаженная она ни была, не сможет так чётко сработать. Всё равно будут нестыковки и шероховатости в их плане. Да и методы бы сильно отличались. А значит, этот план разработал один человек, и, как бы мне хотелось, чтобы он был на нашей стороне. Очень не хочется убивать такого гения. Ты нашёл что-нибудь полезное?
— Да теперь нам нужно в Польшу. Угадай, в какой город?
— В Варшаву?
— В неё. Мне одному ехать?
— Нет, но поедем не сейчас.
— А когда?
— Сначала должны украсть владельца китайской корпорации из Парижа.
— Замаскируем нашу поездку под поиск?
— Ты всё правильно понял.
— Хорошо, тогда чем займёмся сейчас?
