— Нечем гордиться.
Грейс взяла из рук дочери брошь и принялась разглядывать ее глазами знатока.
— Прелестно. Отличная работа. Но от графа Трента другого и ожидать нельзя. — И, вернув брошь Пандоре, спросила:
— Дора, в какую игру ты играешь с этим человеком?
— Он хочет жениться на мне.
Рог, казалось, излучал внутренний свет.
— Снова эти глупости! И что ты собираешься делать? — гневно спросил отец.
— Делать? — Пандора затрясла головой.
— Дора, милая моя, — Грейс взяла дочь за руку и заглянула ей в глаза, — что это за испытание?
— Я не знаю, как это началось… Я говорила ему, каким хотела бы видеть своего будущего мужа… — Она глубоко вздохнула.
— Я скажу, что я хотел бы видеть в твоем муже… — с угрозой начал Гарри.
— ..А он ответил, что мне нужен герой…
— Какая глупость! — фыркнул Гарри.
— И что он может быть моим героем и предложил придумать для него испытание.
— Этот человек — глупец, — проворчал Гарри.
— И если он выиграет, то я выйду за него замуж, а если выиграю я — то выберу ему невесту. Естественно, я хочу выиграть…
— Спаси Господи, — похоронным голосом сказал Гарри.
— ..поэтому дала ему задание… — Она смолкла, нервно покусывая губу, потом, решившись, выпалила одним духом:
— Я-предложила-ему-повторить-подвиги-Геракла!
— Дора, нет! — вскрикнула Грейс.
— Что — нет? — Лицо Гарри стало свекольно-красного цвета.
— Это было нечестно, — неодобрительно сказала Грейс.
Пандора поджала губы:
— Он сам напросился.
— На что напросился? — Рык Гарри разнесся по всему дому.
— Гарри! — обратилась Грейс к мужу, не сводя глаз с дочери. — Твоя дочь подвергает молодого человека испытанию, которое не по силам ни одному человеку; она предложила ему совершить двенадцать подвигов Геракла.
— Что? — У Гарри от удивления вытянулось лицо.
— Да! Но я сказала, что пойму, если он откажется! — Пандора стиснула зубы, вспоминая их разговор. — А он счел это слабостью с моей стороны. Я не могла иначе.
Грейс покачала головой:
— О, дорогая…
— Ты слышала, что она сказала? Она не могла иначе. — Гарри рассмеялся. — Она настоящая Эффингтон. Член Самой упрямой семьи в стране.
— Ну спасибо, Гарри.
— Его могут убить. — Грейс скрестила руки на груди.
Пандора презрительно фыркнула:
— Могу поспорить, что он вломился в лавку ювелира, не подвергая себя опасности.
— Дора! — одернула Грейс. — Гераклу помогали боги. Граф Трент…
— На самом деле, — тоном лектора произнес Гарри, — Гераклу никто не помогал. Однако, будучи сыном Зевса…
— Ш-ш, Гарри. — Грейс внимательно посмотрела на дочь. — Ты хочешь, чтобы он проиграл?
— Да! — резко сказала Пандора, стараясь не обращать внимания на странную боль в груди. — Если выбирать между браком с Максом и смертью от клыков диких зверей в джунглях Африки, то я выбрала бы последнее. И я приняла бы смерть с улыбкой на лице.
— Она не хочет, — грустно сказал Гарри.
— Хорошо, — решительно произнесла Грейс. Она легонько поцеловала дочь в щеку, затем повернулась к мужу:
— Пошли, дорогой. Нам давно пора спать.
— Согласен, — проворчал Гарри, — давно пора. Кстати, мужа ей найти тоже давно пора.
Грейс взяла его под руку, и они стали подниматься по лестнице.
— Поэтому-то ты и дал ей денег, чтобы она могла выйти замуж, за кого хочет и когда хочет.
— Все равно… — Голоса родителей отчетливо доносились до Пандоры. — Она называет его Макс. Это неприлично.
— Поэтому ты и дал ей денег, чтобы она могла делать, что ей хочется.
— Она обращается к нему как к хорошему знакомому…
— Ничего страшного, я же зову тебя Гарри.
— Это другое.
— Разве? — раздался серебристый смех ее матери.
Пандора посмотрела на слугу, потом опустила взгляд на рог в руке.
— Питерс.
Он вздохнул обреченно:
— Прошу прощения, мисс, но если вы собираетесь рассказать о том, что вы хотели бы сделать со своей жизнью, лишь бы не выходить замуж за графа Трента, мне придется вызвать кухарку и миссис Барнс. Если их не позвать, то обед не будет готов, а миссис Барнс прикажет служанкам разобрать коллекцию ваших родителей. — Он вздрогнул. — Вы помните, что было в прошлый раз?
— Да, — с огорчением сказала Пандора.
— Поэтому я предложил бы.,.
— Не надо, Питерс, — вздохнула Пандора, — я поняла.
Он чуть помедлил, затем закатил глаза, словно то, что он хотел сказать, было против его правил.
— Вам нравится этот человек.
— Нет!
— Да. Даже слепому видно, что вы относитесь к нему иначе, чем к другим. Не позволяйте своему характеру, своей гордости взять верх над вашими чувствами. — В глазах Питерса появились веселые огоньки. — И постарайтесь не убить его.
— Маке сам может позаботиться о себе, — сухо сказала Пандора.
— А вы?
— Разумеется. — Пандора гордо вскинула голову, хотя ее уверенность в себе заметно уменьшилась за последние несколько дней. С того самого момента, как обычный поцелуй потряс ее до глубины души, а серый стал се любимым цветом. — Я думаю, он с треском провалится.
— Вы действительно хотите этого?
— Да, — твердо сказала Пандора, затем тяжело вздохнула:
— Я хочу, чтобы у меня было все так, как у моих родителей. Разве это плохо?
— Нет, мисс. Просто сложно найти настоящую любовь.
Она посмотрела на маленький золотой рог. Мысль о замужестве без любви, столь часто встречающемся среди ее знакомых, безмерно пугала ее. Какое бы соглашение она ни заключила, она не выйдет замуж за нелюбимого человека.
Послав слуге слабую улыбку, она повернулась к лестнице.
— Спокойной ночи, Питерс.
Пандора поднялась наверх и прошла в свою комнату. В своем списке требований Макс не упомянул о любви. Разумеется, в общении с женщинами такой мужчина скорее привык иметь дело с другими эмоциями — с похотью в основном. Он явно хотел ее. Пандора облизнула губы. Воспоминание о том, как его рот прижался к ее губам, горячей волной прокатилось по телу.
«Что вы хотите?»
Два дня назад она сказала бы, что самое важное — веселая и полная приключений жизнь, независимость, свобода делать все, что она хочет.
Неужели все изменилось?
Странно, но сейчас на вопрос о том, что она хочет, она бы дала только один ответ. Единственное, что сейчас хотела Пандора Эффингтон, Шалунья с Гросвенор-сквер, это встретить настоящего героя.
Глава 6
ИЗОЩРЕННАЯ СТРАТЕГИЯ
— Шесть дней. Прошло целых шесть дней, — бросила Пандора через плечо.
Они с Синтией поднималась по огромной лестнице, заполненной гостями леди Локсли.
