class="p1">– Принцесса, на нас уже смотрят, -Лаурану было неудобно от такого разговора, – Вы видать вина много выпили… Давайте оставим этот разговор!
Исана вспыхнула:
– Я поняла вас принц! Но знайте, вы никогда не будете с Саирой! А я готова ждать вас… Понимаете?
– Понимаю. Прошу простить меня, принцесса, я должен идти, – Лауран поклонился девушке и торопливо пошел к своему столику.
Не в силах больше сдерживаться, Исана выбежала из зала и, прислонившись к какой-то статуе в коридоре, разрыдалась.
– Ваше высочество! Что случилось? – к принцессе подошел Кутах
– О, Кутах… Почему любовь так жестока? Я так люблю Лаурана, а он отверг мою любовь из-за Саиры, – всхлипывала Исана.
– Эммм… Ну, может у них просто интрижка? – предположил жрец, подав девушке носовой платок.
– Нет, не интрижка. Они любят друг друга. Кто их знает, может они убегут… Спрячутся. А если Саира родит от принца? Какой отец, пусть он даже Бог, не простит свою дочь?
– Вот оно что! Значит у них все так далеко зашло, – Кутах потер подбородок, – Ваше высочество, прекратите плакать. Зачем вам лишние сплетни. Ваш отец может разгневаться от такого поведения. Успокойтесь… Прошу меня простить, мне… мне срочно нужно отойти. По очень важному делу!
Сказав это, Кутах подобрал полы своего платья и поспешил куда-то по коридору.
Оставшись одна, Исана горько пожалела о своих признаниях жрецу.
– Если он расскажет отцу о моих чувствах, то король может просто отослать меня с Ярмарки домой и вообще больше никогда не выпустит из комнаты. Что же я наделала?
Мутэз, узнав от стражников, что Крэгон ушел в свои покои, поспешил туда же. Постучав, жрец зашел к принцу, которые ничком лежал на кровати, в бессильной ярости сжимая край одеяла.
– Ваше высочество, – осторожно начал Мутэз, – Позвольте сказать вам, что тайна, которую вы сегодня имели несчастье узнать, ни при каких обстоятельствах не будет раскрыта! Я так же шокирован, как и вы. Но так же, осмелюсь вам сказать, что я рад… обрести сына. Уж поверьте, я сделаю все, что бы на троне были вы, а не Лауран!
Крэгон приподнялся:
– Ты хочешь сказать, что хочешь видеть меня своим королем? И унесешь тайну отцовства в могилу?
– Да ваше высочество! Кто как не вы, сможете управлять королевством. А я, ваш покорный слуга, всегда буду рядом, чтобы помочь.
Крэгон недоверчиво посмотрел на Мутэза:
– Я знаю тебя, ты просто так ничего не делаешь… Какая твоя выгода?
– Выгода может быть и была бы… Но вновь открывшиеся обстоятельства…и мой отцовский долг… Я просто хочу, чтобы мой сын был на троне.
– Но Лауран старший сын и ему по праву принадлежит трон! – Крэгон вскочил с постели и начал прохаживаться по комнате.
– Лауран… Лауран может нечаянно…умереть,– пожал плечами жрец, – Всякое может случиться.
– Ты подстрекаешь меня убить Лаурана? – Крэгон раскрыл рот от изумления
Мутэз подошел вплотную к принцу:
– Нет.. Вам ничего делать не надо… Но можно ведь и попросить. На Ярмарке, освободили одного преступника, он из банды Суто Одноглазого. Я думаю они смогут нам немножечко помочь в этом вопросе.
– Что ты говоришь, жрец! На что толкаешь? – Крэгон обхватил голову руками.
Мутэз вопросительно посмотрел на сына:
– Скажите, что вы больше хотите: править королевством или так и остаться на вторых ролях?
Крэгон помолчал, а потом, не глядя на жреца, произнес:
– Возможно, это жестоко, но я буду лучше смотреться на троне. А Лауран… Ему это все не нужно… Он так далек от управления и королевских забот.
– Вы совершенно правы, – начал поддакивать жрец
– Пусть твой человек скажет, где находится Суто Одноглазый. Я просто с ним поговорю. А теперь ступай, я должен отдохнуть, уже поздно.
Поклонившись, Мутэз поспешно вышел из покоев принца.
Ярмарка продолжалась уже пятый день, но народ без устали шлялся между шатрами и торговыми рядами, пел, плясал, наедался и напивался до потери сознания.
Суто Одноглазый сидел со своими друзьями в одном из шатров и наслаждался рыбными деликатесами. Своих жен он оставил дома, поэтому беззастенчиво разглядывал женщин, гуляющих между шатрами. Несколько девиц уже сидело за их столиком, пили вино и хихикали над пошлыми шуточками и анекдотами. Усадив себе на колени одну из них, Суто начал ее щипать и щекотать. Девица повизгивала, заливалась смехом и шутливо шлепала Суто по его огромным лапищам под хохот остальных мужчин. В тот момент, когда Суто хотел было утащить в свою палатку визжащую девицу, в шатер зашел Крэгон. Лицо его было мрачнее тучи, а взгляд был бегающий и какой-то затравленный. Увидев разбойников, принц направился к ним. Разбойники перестали смеяться и недоуменно уставились на юношу.
– Суто, я хочу поговорить с тобой… Наедине, – Крэгон заметно нервничал, отчего не мог спокойно стоять на месте.
– А в чем дело? Мы не нарушили законов Ярмарки. Никого не убивали,– Суто недовольно сбросил с колен девицу и поднялся во весь свой рост.
– Дело, о котором я хочу поговорить с тобой, не касается …мммм.. нарушений и не предназначено для других ушей, – Крэгон упрямо вздернул подбородок.
– Ну хорошо, Крэгон, принц Аббурга, где же мы с тобой поговорим? – усмехнулся Суто.
– В моей карете, – отрывисто бросил юноша и поспешил к выходу. Пожав плечами, Суто проследовал за ним. Выйдя из шатра и пройдя немного, разбойник увидел великолепную карету, запряженную четверкой холеных жеребцов. Забравшись внутрь, он с наслаждением откинулся на сидении, обтянутом шелком и стал с интересом разглядывать Крэгона, заметив, что тот очень нервничал и никак не решался начать разговор.
– Скажи, Суто, – Крэгон не смотрел на разбойника, а разглядывал резные ручки кареты . – Доволен ли ты той жизнью, что сейчас у тебя есть?
Разбойник хмыкнул. – Так у меня другой и нет, поэтому выбирать не приходится.
– А если бы я гарантировал тебе неприкосновенность от наших стражников и дал бы тебе столько золота, сколько ты сможешь унести на трех лошадях?
Суто непонимающе приподнял бровь:
– А кто ж не хочет… И что мне за это нужно будет сделать? Отобрать у богов их летающих птиц? Или может отдать тебе своих жен?
Крэгон вздрогнул.
– Нет… Ты просто отберешь жизнь у одного … неугодного мне человека.
Разбойник наклонился к принцу:
– И кто же так неугоден, что сам принц лично посетил меня?
Сглотнув, Крэгон прошептал:
– Это Лауран… Когда закончится Ярмарка, я выманю его поохотиться в степях. Ты устроишь засаду и когда дело будет сделано, я отблагодарю тебя.
Суто присвистнул:
– Вон оно что. Жизнь за корону, не так ли?
– Не строй из себя святошу! Твои руки обагрены кровью… Не
