Джош опустил взгляд на жену. Это выражение ему было очень хорошо знакомо.
— Боже мой, мадам, мне следовало сбежать при первом знакомстве с вами на том самолете!
— Вот еще! Сколько б ты тогда потерял!
Джош не мог с ней не согласиться. Пеппа была полна самых невероятных вдей. Он мог бы поклясться, что она ночами не спала, придумывая, чем бы еще довести его до умопомрачения.
— Ладно-ладно. Сдаюсь. А какова будет ставка?
— «Мазерати».
Джош так и впился глазами в жену.
— Только через мой труп. Водишь ты почти так же отвратительно, как готовишь. Разобьешься насмерть.
Насмешливо рассмеявшись, Пеппа потрепала его по щеке.
— Боишься проиграть?
Джош прекрасно видел расставленную ловушку и тем не менее попался. В конце концов, мужская честь что-нибудь да значит!
— Ладно, по рукам. А что я получу, если выиграю?
— Все, что пожелаешь, — великодушно пообещала она.
Удивленный, Джош еще раз оглянулся на Рича и Кристиану. Если Пеппа с такой легкостью раздает обещания, то у него, похоже, все шансы проиграть. А в результате его взбалмошная жена будет разъезжать по Джексонвиллу на управляемой скоростной бомбе с четырьмя колесами.
— Только — не предупреждать Рича! Впрочем, тебе бы это все равно не помогло.
Джош рывком повернулся к развеселившейся жене.
— Ты что, сказала ему?
— Нет. Каким образом? Ты же не отходил от меня ни на шаг. Все та же интуиция, любовь моя. Вспомни-вспомни. У тебя она тоже была до тех пор, пока я не доказала, что рядом со мной ты в ней не нуждаешься. Я сама прекрасно могу защитить тебя от всех куколок, покушающихся на место в твоей постели.
Джош крепко поцеловал ее в губы — то ли в наказание, то ли в знак согласия, он и сам не знал наверняка.
— Черт бы тебя побрал, Пеппа! В день нашего знакомства мне нужно было остаться дома. Ты никак не утихомириваешься с возрастом, наоборот, становишься только хуже.
— Если вы собираетесь надолго задержаться у этой парочки, вам придется привыкнуть к их неизменной привязанности друг к другу, — сухо произнес Рич, искоса взглянув на Кристиану.
— На них приятно смотреть.
— И завидно — особенно таким, как я, — не подумав, бросил он.
Глубина внезапно прозвучавшего чувства потрясла Кристиану. Она внимательно взглянула на него.
Рич встретил ее взгляд и пожал плечами.
— Забудьте. Я этого не говорил.
Его завораживало понимание, светящееся в ее глазах. Рука его против воли поднялась, пальцы едва не погладили нежную кожу ее щеки. Но в самый последний момент он вспомнил, кто он и где он, и почему не может дать волю своим эмоциям. Рука упала, прежняя невозмутимость воцарилась на его лице. Вечер, кажется, будет не такой спокойный, на какой он рассчитывал.
— Может, пойдем в дом? Они нас скоро догонят.
Кристиана заметила его ранимость прежде, чем он успел вернуть себе самообладание. После рассказа Пеппы ей не составило труда понять, какие переживания прошлого вызвали эту боль. Его жест ее удивил, но, как ни странно, она почта ждала этого прикосновения. И уж определенно не собиралась ему противиться. Ее неожиданная реакция тревожила Кристиану. Чтобы ее вот так сразу же потянуло к человеку с подобной репутацией!
— Да, конечно, — пробормотала она. Свидание при лунном свете ее устраивало ничуть не больше, чем его.
На следующее утро Кристиана проснулась в свое обычное время — пять часов, только вот без привычного ощущения бодрости и свежести. Образ Рича так и не оставил ее в покое. За ужином прошлым вечером ей приоткрылась мягкая, общительная и глубоко чувствующая сторона его натуры. В беседе за столом проявились его чувство юмора, острый ум, сдержанная, но совершенно очевидная нежность к Джошу и Пепле. Но с Кристианой он вел себя отстраненно, постоянно сохраняя дистанцию, которая при всей своей вежливой нейтральности говорила сама за себя. Словно минуты, проведенные наедине с ним в саду, ей всего лишь пригрезились. Будь это просто безразличие, его отношение не смогло бы раздуть в ней огонь такого любопытства. Пока еще ни одному мужчине не удавалось с такой легкостью бросить ей вызов.
Натягивая сплошной купальник изумрудного цвета, Кристиана мрачно усмехнулась.
— Должно быть, у меня булыжники вместо мозгов, — пробормотала она себе под нос. — Мне бы радоваться, что он меня игнорирует, вместо того чтобы кукситься, как ребенок, которому не купили обещанную игрушку.
Она схватила полотенце и вышла в коридор, на ходу натягивая халат на плечи. На минутку заглянула к близнецам. Те спали, как два ангелочка, и сейчас своим безмятежным видом могли бы обмануть кого угодно.
Второй день подряд ей просто необходима была тренировка, чтобы как-то упорядочить мысли и успокоить нервы. Только сегодня причина крылась не в усталости от долгого перелета, а в преследующем ее образе нового знакомого.
Скользнув в воду, она бросила быстрый взгляд через плечо, словно надеясь увидеть Рича в окне гостиной.
— Черт!
Ругалась она нечасто, но сейчас не сумела сдержаться, когда поняла, что делает. И, решительно отмахнувшись от навязчивых мыслей, в несколько взмахов доплыла до дальнего от дома края бассейна. Она больше не позволит Ричу тревожить ее. Он играет по своим правилам, и лично ее эти правила вполне устраивают. Она обходилась без мужчин, обойдется без них и в будущем.
Рич натянул тренировочные шорты, думая о том, что сегодня ему без хорошей тренировки просто не обойтись. Он вроде должен был бы отдохнуть за предыдущий вечер, а вместо этого чувствовал еще большее напряжение и беспокойство — так, словно что-то очень важное пошатнулось в его мире. Рич злился и на себя, и на женщину, с таким спокойным видом восседавшую напротив него за столом; и он не собирался позволять кому бы то ни было Вставать на своем пути.
Доехав до школьного стадиона и обнаружив еще вчера наполненный неземной красотой и грацией незнакомки бассейн таким же спокойно-безмятежным, как и глаза той самой тревожившей его женщины, он потерял остатки самообладания. — Черт! — со злостью процедил он. До этой минуты Рич сам не осознавал, до чего ему хотелось вновь увидеть эту прекрасную прыгунью. Ее совершенство приносило радость, а свобода полета к воде обещала свершение всех желаний. Он застыл на месте, вглядываясь в пустоту, забыв о своей пробежке. Он ждал ее, хотя ни за что не признался бы себе в этом.
Прошло полчаса. Ни малейшего признака жизни на стадионе и в бассейне. Рич понял, что она не появится. Вздохнув, отвернулся — разочарованный, распаленный любопытством, уверенный, что завтра снова придет сюда в надежде увидеть ее.
