и почивайте» (Мф. 26:45). Иуда начало царства (Быт. 49:15) и Иуда истребитель царства. Когда Иуда коварным поцелуем предавал Господа римлянам, то вместе с Ним передал римлянам и долг отомстить за Него.
Пришел нечестивый Иуда, чтобы исчерпать великую бездну падения своего, и это Господь, показывая, что Он благ и источник милосердия, кротко раскрыл, говоря: «Иуда, целованием ли ты пришел предать Сына Человеческого?» (Лк. 22:48). Сим и научает, что Сын Божий не мог быть предан им. «Для чего же ты пришел, друг?» (Мф. 26:50). Вражду зовет дружбой. Господь обращает к нему лицо Свое, коварный ученик приступил к Учителю истины, чтобы поцеловать Его. Извлек из него дух, который вдунул в него, потому что не хотел, чтобы хищный волк продолжал оставаться среди овец Его. Ибо говорил: «то, что имел, отнято от него» (Мф. 13:11).
Господь сказал им: «кого вы ищете?» (Ин. 18:4) – так как, именно, они думали, что Он не может освободиться от рук их. «Говорят Ему: Иисуса Назарянина. Сказал им Иисус: вот Я. Когда при этом Иуда стоял с ними, они отступили назад и пали на землю» (Ин. 18:5–6). Против воли преклонились пред Ним, дабы узнать, что Он добровольно отдает Себя в руки их. Но, не устрашившись силы, которая повергла их, они простерли нечистые руки и взяли своего Очистителя… «Связали Его и повели» (Ин. 18:12–13).
После осуждения Иисуса. Раскаянье и смерть Иуды
«Когда Иуда увидел, что Господь осужден, то, охваченный скорбью, пошел и возвратил тридцать сребренников священникам и говорит: согрешил я, предав кровь праведную. Говорят ему: что нам до того, смотри сам. И бросил серебро в храм и пошел, и повесился, и умер» (Мф. 27:3–5). Ушел Иуда, дабы стать вестником тех заблуждений, каким последовал. Он так размышлял в себе: «освобожусь от множества порицаний и скроюсь от бесславия», и таким образом, отбросивши удила, как будто бы ему ничего не оставалось по переходе из этого мира, он накинул на себя петлю и умер. И дабы милосердие не посрамилось в наказании его, не нашлось никого из сынов мира и истины, кто убил бы его, но сам повесил себя на веревке, чтобы показать, что в последний день злоба человеческая таким же образом погубит и истребит сама себя. Итак, кто отмстит за кровь Того, который пришел в подобии человека, если не тот, кто, облекшись подобием человека (т. е. диавол, вошедший в Иуду), предал Его, не потому что мог победить Его и предать, но потому что Он Сам восхотел предать Себя? И Господь отнюдь не умерщвлял злобы, но хотел, чтобы она сама погубила себя своими делами. Итак, диавол умертвил бессмертного, облекшегося человеческим видом, и заслужил возмездие Божие, дабы чрез возмездие Божие погиб и умерщвлен был тот, кто назывался богом (т. е. диавол, почитаемый за бога в идолах). Пускающий стрелу в неприятеля ломает стрелу и лук бросает в огонь, когда она (стрела), будучи отражена, побивает того, кто пустил ее. Так и сатана, видя, что смерть Сына стала победой мира и Его крест освободителем твари, вошел в Иуду, сосуд свой, и он пошел и повесился на веревке. А что «расселось чрево его» (Деян. 1:18), то это указывает на того, кто поддерживал Иуду, когда он надевал веревку. И как разорвалась веревка, так и он упал и переломился пополам. Иные говорят, что Иуда закрыл двери дома и запер их изнутри, и пока он подвергался гниению и чрево его расселось, никто не мог открыть двери дома, чтобы видеть находящееся внутри (его).
«Непозволительно принять серебро это в сокровищницу» (Мф. 27:6). Убоялись изречения Писания и хотели воспрепятствовать его исполнению. Однако серебро, коль скоро оно принесено в храм, уже чрез это делалось священным. «И что купили на него место погребения» (Мф. 27:7), то это хорошо случилось, так как делали это ради Бога (чтобы исполнилось пророчество Писания); ибо в этом было великое таинство. Если это серебро они дали из святилища, то почему нельзя было принять его назад в ту же сокровищницу? Почему недозволительно было присоединить эти деньги к тем деньгам, откуда дали? Если же не отсюда их дали, то могли бы сказать это ясно. И неужели же это серебро было более нечисто, чем другое серебро? Разве оно было более нечисто, чем меч Голиафа, который, обернутый полотном, был положен сбоку алтаря, чем золото египтян (Ис. 11:2), чем золото, которое Давид отнял у всех царств и посвятил Богу, чем тот венец с жемчужинами, который он возложил на голову свою и в духе воспел (Пс. 20:4), чем те клятвенные дары, принесенные филистимлянами, которые там же были (положены) навеки? Разве и Навуходоносор не отнял все богослужебные сосуды и не положил их в храме богов своих? Даже и ковчег завета (филистимляне) внесли в дом Дагона. Кто может нечистое сделать святым и освященным? А если по той причине купили поле на это серебро, что Он Сам Себя сделал Богом, то надлежало покрыть им алтарь. Однако не это было у них на сердце, но хотели воспрепятствовать исполнению пророчества.
Свт. Иоанн Златоуст
О предательстве Иуды[4]
БЕСЕДА ПЕРВАЯ
о предательстве Иуды и о Пасхе, о преподании таин, а также и о непамятозлобии. (Сказана) в Святой и великий четверток
Вопрос о злополучии Иуды и тех, кто гонит праведников. – Несчастны не те, кого гонят, а те, кто гонит, потому что гонения первым открывают двери рая, а последним врата ада. – Посему гонимые должны молиться о гонящих. – Изложение истории предательства Иуды. – Необходимость и всем нам беречься того, чтобы не впасть в грех этого апостола. – Дело Иуды и женщины-грешницы как доказательство свободы воли. – Тайная вечеря и пасха иудейская. – Установление таинства евхаристии. – Прощение обид как одно из лучших средств приготовления к св. причащению.
НЕМНОГО нужно сегодня сказать вашей любви; немного нужно сказать не потому, чтобы вы тяготились множеством проповедуемого, – невозможно найти другой город, который был бы так любовно расположен к слушанию духовных бесед. Итак, не потому мы скажем немного, что мы надоедаем вам множеством проповедуемого, но потому, что сегодня есть важная причина к сокращению речи: я вижу, что многие из верующих поспешают к приобщению страшных тайн. Поэтому, дабы они не лишились и этой трапезы, и не остались без той, необходимо пищу распределить соразмерно, чтобы и с той и с другой стороны вам была польза и чтобы вы отошли, снабженные в путь этой трапезой и нашими беседами,
