Читаем без скачивания Темный эллерат (СИ) - Боярова Мелина

— Может, это потому, что я из другого мира? У нас нет магии. Совсем. Лишь единицы обладают какими-то способностями, и то в сфере предчувствий или предсказаний. Некоторым удается лечить людей, но официальная наука не признает таких мастеров.

— Нет магии, говорите, — лекарь задумался, — такого не бывает. Она есть везде, буквально разлита в воздухе, насыщая собой все живое и неживое. Предположу, что на вашей Земле нечто блокирует ее, но не до конца. Думаю, что попади на Дхаар любой из тех, в ком проявились способности там, здесь он бы стал довольно сильным магом. Вот как, например, это получилось с тобой! Господин рассказал, при каких обстоятельствах обнаружил тебя. Прежде всего, произошел всплеск необычной магии. Именно это привлекло его в сердце Красной пустыни. Потом он обнаружил странный короб из неизвестного металла и стекла. Его не смогли пробить даже песчанники. Жуткие и смертоносные твари, скажу я вам. А тот дикий ужас и страх, каким тянуло из загадочного места, разлился на сотню ардов и притягивал, как магнит. Ллер уже готовился сразиться с новым чудовищем, потому как очень уж все смахивало на ловушку, в которой приманкой служат чистые эмоции, но вместо монстра нашел вас. Прелестное создание, все мысли и чувства которого как на ладони. Изысканный деликатес для нас, демонов. Искушение и дурман, вкусив которого будешь требовать еще и еще.

— Не понимаю. Что это значит? — насчет магии худо-бедно понятное объяснение. А вот каким боком к ней отношусь я и почему это так влияет на местное население, вопрос.

— Мы слишком долго живем, — печально вздохнув, пояснил Чейт, — быстро взрослеем и обрастаем эмоциональной броней. Это помогает нам быть сильными, чтобы бороться за существование. Малыши считаются неприкосновенными до десяти лет, и это самое счастливое время в жизни каждого. Воспоминания о том времени бережно хранятся в глубинах памяти, лелеются и вытаскиваются на свет очень редко. Крепнущая с каждым годом броня покрывает их толстой коркой равнодушия и жестокости. И однажды наступает момент, когда мы просто не в силах вызвать это неповторимое ощущения счастья. Не хватает остроты, живости, натуральности. Заменой всему этому служит азарт хорошей схватки, смертельный риск, плотские наслаждения, чужая боль и страдания. Ни один демон никогда не пропустит драку, даже больше, сам ее спровоцирует. Ни один не пройдет мимо хорошенькой самки и ни один не откажется от пыток. В этом искусстве мы непревзойденные мастера.

— А я… — гулко сглотнув, поежилась. Мысли скакали с одной на другую. По всему выходило, что бесчувственные чурбаны кайфовали за мой счет. А что, если простых эмоций им станет мало, и они начнут давить, или даже пытать, чтобы получить дозу? Они же хуже наркоманов, поголовные садисты.

— А вы, госпожа Леа, как глоток живительного зелья, мгновенно проникаете внутрь, прямо под толстую броню. Это сродни экстазу. Бесконечный источник истинного наслаждения. Концентрат чувственности. Ллер Крейгсхарт не зря поставил метку, у высших нюх на диковинки и болезненный азарт в коллекционировании редкостей. Могу заверить, среди сокровищ господина, вы исключительной чистоты адамант.

Все же вещь! — скрипнув зубами, промолчала. Демон светился такой убежденностью в оказанной мне великой чести, что возмущений и претензий по этому поводу просто не понял бы. А вот обернуть себе на пользу можно, наверное.

— Чейт, — несмело начала я, — можно ли как-то контролировать мою способность? Не думаю, что Рею понравится, если все подряд будут пользоваться тем, что принадлежит ему. Ну, скажем, сделать так, чтобы мои эмоции чувствовал только он?

— Гм, признаться, я и сам ломал голову над этим. Да только это не мой профиль. Тут артефактор нужен, специализирующийся на амулетах от ментального воздействия. Если можно защититься от ментальной атаки извне, то должен быть способ не дать воздействию вырваться наружу. Проблема в том, что вы, госпожа Леа, не ментальный маг. Поговорю с господином, только он волен принимать подобные решения.

На этом разговор с демоном заглох. Он сцедил полстакана крови, залечил порез и проводил в покои. Едва за ним закрылась дверь, я бросилась к колокольчику, через который вызывали прислугу. На зов явилась новая девушка.

— А где Сцина? — поинтересовалась у нее, — и как тебя зовут?

— Фесса, госпожа Леа, — демоница сделала книксен, — а Сцина не может работать, пока спина не подживет.

— Ей сильно досталось?

— Как и всем. Рхан никому поблажек не дает. Повезло, что сухой плетью бил, а не вымоченной в солевом растворе. После нее шрамов почти не остается. Только кожа слезает. Ну да это не страшно, новая нарастет.

Мне плохо сделалось от таких подробностей. Понятное дело, что не увижу служанку, пока она не подлечится. Да и изменить ничего уже не в силах. Но вот помочь кое-чем можно.

— Подожди, — сунувшись в купальню, обнаружила заживляющую мазь от синяков и ссадин. Мне она тоже требовалась, потому как наутро представляла собой жертву сексуального маньяка, но можно и потерпеть без нее. Демонице сейчас лекарство гораздо нужнее, — вот! Передай Сцине и скажи, что жду ее обратно.

По тому, как обиженно надула губки Фесса, догадалась, что та уже мнила себя моей служанкой. Неужели и тут существует конкуренция? По большому счету не было большой разницы в том, какая из девушек останется. Но к Сцине я уже вроде привыкла, она спокойная и незлобивая. А эта… завистливая, что ли. И взгляд у нее любопытно-злой, характер строптивый. Откуда я все это узнала, сама не поняла. Вроде стоит скромненько, голову склонила, глазки в пол опустила, коробочку с мазью в руках перебирает. И чего, спрашивается, выжидает?

— Иди сейчас же к Сцине. И распорядись насчет обеда. Пусть накроют в гостиной, — девушка будто только этих слов и ждала. Радостно выдохнула и легкой походкой направилась к выходу, — помоги нанести мазь на раны, я позже навещу Сцину и проверю, — брошенная вслед фраза заставила служанку замереть на месте. Не видела выражения лица, но остро почувствовала ее досаду.

Нда, такая служанка мне точно не нужна.

ГЛАВА 6

Следующие три дня выдались спокойными и в какой-то мере скучными. Рей умчался на границу домена. Твари Красной пустыни не давали расслабиться и жить спокойной жизнью. Что это за твари, уже успела познакомиться, так что искренне сочувствовала беззащитным жителям, которым приходилось отбиваться от Этого. Насчет беззащитных тоже не совсем верное утверждение. Демоны сами по себе опасны, и с самого детства учатся управляться с оружием. Но твари брали количеством, против которого не каждый воин выстоит, не то что старики, женщины и дети.

Обо всем этом рассказал Чейт. А также о том, что мир называется Дхаар и населяют его в основном демоны и люди. Причем последние сосредоточены в Светлой империи и даже относительно свободны. Тогда как в Темном эллерате существовали только в положении рабов. Исключение составляли маги. Их побаивались, уважали и всячески привечали. У демонов магией владели высшие ллеры, и лишь в смесках из низших, вроде Чейта, встречались проблески дара. Столица Темного эллерата называется Архшен, Светлой — Шатон. Расположены империи на единственном материке, разделенном на две неравные части Красной пустыней и окружающими ее Пустыми землями. Новое летоисчисление ведется с даты Великого Раскола, причиной которому послужила война между могущественными кланами. Где-то в сердце Красной пустыни, точного местоположения не сохранилось, столетиями процветал плодородный край Водных демонов. Многочисленные реки и озера, богатые рыбой, выход к Одисскому морю, плодородная почва и леса, полные живности, были предметом гордости одних и эпицентром зависти других родов. В итоге огненные, воздушные и земляные кланы объединились и напали на соседей, истребив их подчистую. Сильнейшие ментальные маги водников, умирая, проклинали предателей, дрались за каждый клочок земли, окропляя его собственной кровью и кровью врагов. Когда демоны опомнились и стали искать виновных, зачинщики бойни, несколько сотен огненных, опасаясь расправы, ушли в неизвестность через межмировой портал. Именно массовый переход и колоссальный выброс магии при этом, превратили земли водных в безжизненную пустыню. А через истончившееся пространство хлынули полчища жутких голодных монстров. По сей день они наводняют пески и кишат в глубинах теперь уже Мертвого моря.