Завтрак подается в час и состоит из трех перемен. После него царь отдыхает в парке, гуляет или работает, разговаривает с членами своего семейства, ген. Рихтером, Черевиным и с адъютантами. В это время он читает газеты: „Гражданин" и „Московские Ведомости" (на „Новое Время", подносимое ему ежедневно на особой бумаге, он редко удостаивает бросить взгляд), и слушает чтение конспекта новостей за последние дни, состоящего из выписок из русских и иностранных газет. Кроме этих выписок и одной иностранной газеты, из своих домашних новостей царь с удовольствием слушает разные великосветские сплетни.
После отдыха царь принимает доклады министров, обсуждает предложенные ему дела, читает указы, подписывая одни и откладывая другие. В 8 ч. подается семейный обед из 4-х блюд. После обеда царь пьет чай в частных апартаментах царицы, куда неизменно является в бумажной блузе, подпоясанный кожаным ремнем.
Царь находит огромное удовольствие в физическом труде, составляющем для него столько же необходимость, сколько и развлечение».
С. Д. ШЕРЕМЕТЕВ. МЕМУАРЫ. «Вскоре после воцарения состоялся переезд в Гатчино. Бывало (что было очень давно, в 70-х годах) езжал цесаревич на охоту в Гатчино. Он там ночевал и всегда останавливался в небольших комнатах, очень низких, в антресолях, где и ужинал с нами. Каждый раз приглашался гатчинский комендант генерал Багговут, бывший в родстве с стариком Адлербергом. За этими гатчинскими ужинами Багговут много рассказывал и своею безукоризненною точностию и степенностию старого служаки казался необыкновенно типичным. К тому же он был очень хороший и почтенный человек и всегда держался безукоризненно по отношению к цесаревичу. Он был несколько ходулен, высокопарен, но подкупал правдивостью и честностью своей натуры. Цесаревич им наслаждался и оживлялся его вопросами о прошлом и слушал бесконечные рассказы его со вниманием. Помню, как цесаревич за этими ужинами подхваливал комнаты антресолей и тут же говорил, что если бы ему пришлось выбирать, то он бы в Гатчине других комнат не выбрал для житья. После 1 марта он действительно в этих комнатах и поселился. Вообще он всегда очень любил Гатчино, отдавая ему преимущество перед Царским Селом. Не раз задолго до 1 марта слышал я от него, что, если бы зависело от него, он тотчас бы переехал в Гатчину и что жизнь в Петербурге для него тягостна. Переезд в Гатчино по вступлении на престол меня не удивил, зная давно пристрастие цесаревича к этому несколько заброшенному и забытому дворцу императора Павла. В свое время переезд этот в Гатчину очень критиковали, особенно под влиянием неудавшейся комбинации Лорис-Меликова и Игнатьева. Гатчино, Гатчинский период, времена императора Павла, гатчинцы – все эти звуки переносили в безотрадное время ненормального царствования даровитого, благородного, пылкого, но и злополучного государя. Все это казалось мрачным и без 1 марта. Конечно, переезд в Гатчину был актом, лишенным всякого оттенка кому-либо понравиться. Нельзя было более решительным образом выказать самостоятельность воли, чуждой всякого колебания. Александр III переехал в Гатчину и не побоялся сравнений и сопоставлений. Не уступал никаким доводам. Он сразу определенно выказался, каким он есть, и не хотел ничем иным казаться. Гатчина ему нравилась и нравилась всегда; переезд совершился просто, естественно, бесповоротно. Только человек с нравственною силою Александра III мог отважиться на такой шаг, словно сознавал он, что печать, наложенная с 1881 года на Гатчино, будет настолько самобытна, что ей нечего будет смущаться никакими сравнениями. Пусть покоится нерушимо многострадальная тень императора Павла. Отныне значение Гатчины в русской истории будет иное. Все претворилось в 13-летнее царствование Александра III, все приняло иное освещение, иной отпечаток, иную окраску. Замерли звуки, напоминавшие мрачное прошлое, все заслонилось величавым образом Александра III, созидательным значением его царствования. В Гатчине уединялся он, непрестанно работая. В живительном воздухе почерпал он новые силы. В Гатчино он вложил свою душу и здесь более чем где-либо он встает во весь рост, и все им проникнуто».
Эпоха политической реакции
Ни один монарх не вступал на престол при таких обстоятельствах, как Император Александр III. Не успел он еще прийти в себя от первого ужаса после гибели отца, как ему тотчас же пришлось разрешить самое неотложное дело – представленный графом Лорис-Меликовым проект конституции, одобренный вчерне самим императорам Александром II. По первому впечатлению, Александр III хотел исполнить последнюю волю своего родителя, но присущая ему осмотрительность остановила его.
При Александре III многие преобразования, проведенные Царем-Освободителем, не просто не получили развития, но и были урезаны, а то и отменены. В жизнь вернулись многие принципы, господствовавшие еще при НиколаеI.
КОНСЕРВАТИЗМ (франц. conservatisme, от лат. conservo – охраняю, сохраняю) – система взглядов, отстаивающая и охраняющая традиционный церковный, государственный и общественный порядок, в противоположность либерализму, требующему прогрессивных реформ.
Как исторический термин «консерватизм» появился после Французской революции 1789 г. Консерваторы призывали к укреплению влияния религии в обществе, к единоличной и централизованной верховной власти, к усилению мощи государства и дееспособности армии, к противодействию чрезмерному расширению самоуправления. Консерватизм сохраняет традицию, в которой прошлое не исчезает без следа, а хранится, консервируется для настоящего и будущего. Настоящее для консерватора имеет ценность, если оно, внося в жизнь новое творчество, соотносится с традицией, с прошлым. Консерватор стремится обеспечить устойчивость общества и государства во время социальных бурь, защитить государственный и общественный организм от разрушительных тенденций.
Русские консерваторы считали традиционными формами жизни России самодержавие, православие, сословный строй. Они резко критиковали либерализм и революционные настроенная, т. к. считали, что и либералы, и революционеры способствуют разрушению Российской государственности.
В России яркими представителями консервативного мировоззрения были Н. М. Карамзин, А. С. Хомяков, братья К. С. и И. С. Аксаковы, Н. Я. Данилевский, М. Н. Катков, К. Н. Леонтьев, К. П. Победоносцев, Н. Н. Страхов, Л. А. Тихомиров. М. С.
ИЗ «КНИГИ ВОСПОМИНАНИИ» ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛОВИЧА. «К счастью для России, Император Александр III обладал всеми качествами крупного администратора. Убежденный сторонник здоровой национальной политики, поклонник дисциплины, настроенный к тому же весьма скептически, Государь вступал на престол предков, готовый к борьбе. Он слишком хорошо знал придворную жизнь, чтобы не испытывать презрения к бывшим сотрудникам своего отца, а основательное знакомство с правителями современной Европы внушило ему вполне обоснованное недоверие к их намерениям. Император Александр III считал, что большинство русских бедствий происходило от неуместного либерализма нашего чиновничества и от исключительного свойства русской дипломатии поддаваться всяким иностранным влияниям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
