— Но ты ведь принимал присягу!
— Да, принимал. Но в ней я клялся костьми лечь в борьбе за дело коммунистической партии и за светлое будущее советского народа. Народа такого больше нет. Что касается партии, сомневаюсь, что современная армия борется за ее поблекшие идеалы. Вы, например, кого предпочитаете, Зюганова, Анпилова или Лимонова?
Военком громко сглотнул и, не стесняясь, налил себе водки.
А меня уже понесло:
— И, вообще, ту присягу давно пора признать недействительной. Принимал ее по принуждению под давлением тоталитарного режима. Тогда такое творилось! Беспредел! Вот, вы, например, чем занимались в тридцать седьмом?
Экс-замполит наморщил лоб, вспоминая, потом радостно сообщил:
— Зачинался!
— Не понял…
— Я в тридцать восьмом родился. Аккурат, весной. Выходит, в тридцать седьмом меня зачали…
Проблему тоталитаризма мы решили оставить. Мол, история рассудит. Выпили мировую.
— Другие причины, по которым отказываешься имеются?
— А как же!
— Назови.
— Сексуальная ориентация.
Военком как-то весь подобрался, попытался втянуть живот, кокетливо подмигнул и успокоил, голосом, в котором появилась чарующая хрипотца:
— Можешь не волноваться. Командование имеет на этот счет коренным образом изменившиеся, либеральные взгляды. И на некоторые шалости смотрит сквозь пальцы, если само в них не участвует. Все мы люди, все мы человеки. У тебя там, дурашка, отбоя не будет. Так что еще на второй срок запросишься.
— Вы неправильно меня поняли. Я — хронический лесбиян. Причем в острой форме. Терпеть не могу смотреть на голых мужиков. Только на женщин. Причем не на всяких разных, а на симпатичных и ладно сложенных. А у вас там придется в общей бане мыться. Вместе с мужиками.
Комиссар сразу сник и прежним тембром отрезал:
— Зажмуренным помоешься. Или грязным пару месяцев походишь. Нужно стойко переносить все тяготы и лишения.
— Так я не только смотреть на женщин привык, далеко не только смотреть. Могу даже вообще не смотреть, в кромешной тьме весь процесс, так сказать, но регулярно. Пока молодым был, умудрялся сочетать данную потребность с другими интересами, чередовать. А потом как-то незаметно втянулся и теперь не могу без этого. Боюсь, психоз какой произойдет на почве сексуальной озабоченности.
— Ничего. Ты взрослый мужик. Руки на месте. Добавишь еще немного воображения и как-нибудь протянешь.
После этого военком повел агитацию с другой стороны, налегая на патриотизм и ослабленную обороноспособность страны. Сказал, что в случае чего, положиться можно будет только на старую, проверенную гвардию, а не на желторотых наркоманистых юнцов. В принципе, я согласился. Да, мол, поможем, выстоим, спасем. В случае чего. Но, ведь, сейчас никакого случая, зачем лишний раз дергать и нервировать оплот государства?
— При крайней необходимости, пожалуйста, ни чего не попишешь. Придется ради спасения отечества поступиться своими принципами, а сейчас, извините, вероисповедание не позволяет брать в руки оружие. Вы готовы предоставить мне альтернативные воинские сборы?
Военком поперхнулся водкой.
— И какое же у тебя вероисповедание?
— Самое пацифистское. Не только оружие не позволяет в руки брать, но и приближаться на расстояние трех километров и общаться с теми, кто носит военную форму. Так что после нашего разговора мне придется полгода грехи замаливать.
— Что-то я о таком не слышал. У нас в армии все основные концессии представлены, вместо упраздненных замполитов.
Последние слова он произнес с такой смертной тоской, что мне даже стало его чуточку жаль.
— Конечно не слышали. Это совершенно новое течение. Буддо-магометанская ветвь вегетарианского плотоядного течения православного католицизма. Братья сестер называется.
— Вегетарианское, говоришь? Ну, это я тебе гарантирую. Мяса ты там точно не увидишь…
Не знаю, чем бы закончился наш разговор. Скорей всего отпустил бы он меня подобру-поздорову, чтобы к своему замаячившему на горизонте маразму не прибавить еще и обыкновенное сумасшествие. Но тут явился красномордый прапорщик-архангел доложить, что один из призванных военнослужащих запаса дезертировал во время прохождения комиссии в одних трусах. И тут же изловил дезертира. В смысле меня.
А как я партизанил на сборах расскажу как-нибудь в другой раз.
Звезда эстрады
Видели новую попзвезду Изольдуру, ну, на всех каналах ее сейчас крутят? Моя работа. Я и продюсер, и спонсор, и менеджер. Это у нее не сценический псевдоним. Подлинное имя. Когда родилась, отец очень хотел Изольдой назвать, про другие имена и слушать не хотел, а ее матушка также уперлась, подавай ей Лауру, и все тут. Нашли разумный компромисс. Осчастливили девку.
А началось все с того, как мы с пацанами отдыхали и решили в гости певичку пригласить. Сейчас кого хочешь можно позвать, только бабки отслюнивай… Заплатили, явилась. Не буду называть кто, и не потому, что не хочу обидеть, просто уверен, что большинство такие же, если не все.
Только вошла, спрашивает:
— Где у вас тут музыкальный центр?
И диск со своими песнями нам в рожу тычет.
Оказалось, что она собралась пластинку запустить и корячиться перед нами, только рот открывая, как будто поет. Сказала, что всегда так делает. Но мы с братанами и сами умеем музыку включать и знаем места, где девки покруче корячатся, нам же хотелось живого пения послушать, потому и позвали. Когда она поняла, что имеет дело с конкретными пацанами, и раз уплочено, то надо отрабатывать, затянула свой хит. Мама дорогая! Прямо в первой строчке запустила таких пару «петухов», что пришлось сказать: «Брэк!». Мы с братвой никаких петухов не любим, когда на воле.
Чтобы зелень зазря не пропадала, решил хоть туловище ее как-нибудь использовать, в смысле материального удовлетворения, раз уж с духовным не получилось. Хвать ее за мясо, а она хоть бы хны. Сначала решил, что телка не реагирует, потому что ко всему привыкла, оказалось, что она и не почувствовала, ибо телеса оказались не настоящими, а пристегнутыми. Камуфляж, блин! Выковырнули ее оттуда, посмотрели и отпустили с миром, убогую.
Тогда-то я и наморщил мозги. Что же это получается, по ящику она вся такая-растакая, а на самом деле? Выходит нам брешут не только в программе «Время». На следующий день выцепил я корешка одного, который в шоу бизнесе дока. Он мне все и растолковал, что, как и почем делается.
Тут я и вспомнил о своей знакомой Изольдуре. Решил из нее звезду сделать. Правда, есть у нее небольшой недостаток — малюсенький дефект речи, зато пристегивать ничего не надо, все прелести как на подбор и естественного происхождения.
Набухтела она кое-как на диктофон тексты песен, а я их ребятам компьютерщикам отнес. Они пошаманили немного над записями, на музыку переложили, получилось очень даже клево. Потом наснимали клипов. Танцует-то Изольдура как богиня. Она же в элитный бордель попала из другого, который стрип-клубом обзывался. А там ей перед основной работой приходилось вокруг шеста плясать. Для полного успеха осталось зарядить в желтую прессу какой-нибудь скандальчик или пикантную подробность. Заявилась эта шелкоперая братия, штук восемь журналистов, и давай наперебой сочинять:
— Может, жабры ей придумаем?
— Не пойдет, уже было…
— Тогда перья. Мол, растут, и все тут, потому как прямой потомок архангела. И отчество подходящее, Михайловна.
Все обрадовались, порассупонили ноутбуки, чтобы сенсационный текст крапать. Еле остановил. Говорю:
— Какие перья? Где? Она же в клипах почти совсем голенькая пляшет! Крупным планом. Поклонники каждый сантиметр ее тела знают.
Вновь озадачилась пишущая братва:
— Давайте скажем, что она на Тибете три года жила!
— Этим не удивишь, там каждый второй отдыхает, будто чем намазано…
— Тогда пусть будет экстрасенсом-трансвиститом…
Надоело мне, достали, акулы пера хреновы. Взял и начистил хари, всем восьмерым, с повреждениями средней тяжести. Говорю:
— Вот вам и скандал. Пишите, что это она так отделала назойливых папараци.
Четвертая власть возражать не стала, помогли волшебные бумажки с портретами чужих президентов. Так что раскрутка прошла по полной программе.
А сейчас Изольдура с логопедами занимается. Я, кажется, уже упоминал о небольшом дефекте речи? Она картавит, шепелявит и заикается. А ее недавно на Евровидение выбрали, страну представлять, а там, оказывается, в живую петь потребно…
Звездные войны
Эпизод неизвестный
Я недавно мир спас от инопланетных агрессоров. Отвадил на фиг раз и навсегда нас завоевывать. То что они агрессоры — однозначно. Если бы с дружеским визитом пожаловали, то могли бы, как положено, к председателю нашему обратиться. Степан Степанович у нас в деревне и царь, и бог. А коли ему некогда было бы, то, на худой конец, записались бы к Путину на прием.
