В лагере о нем рассказывали бесконечные истории, в которых восхвалялись его ум, рассудительность и сила духа, столь частые спутники величия. Как-то одного из воинов обвинили в том, что он часто плохо отзывается о Пирре. Естественно, обидчика предложили достойно наказать. «Нет, – сказал Пирр, – пусть лучше остается здесь и бранит меня перед немногими. Если мы прогоним его, он разнесет дурную славу обо мне по всему свету». В другой раз несколько человек, напившись на пиру, стали критиковать какой-то поступок Пирра. Их призвали к ответу. Пирр спросил, правда ли они плохо отзывались о своем повелителе. Те признались, добавив при этом: «Мы могли бы наговорить и больше, если бы больше выпили». Пирр рассмеялся и отпустил обвиняемых, не наказав их. Эти и подобные проявления великодушия много говорят о характере полководца, что производил благоприятное впечатление на его подчиненных.
Пользуясь доверием и любовью своих воинов, демонстрируя личное мужество в битвах, Пирр почти всегда одерживал победы. Преследуя отступающие войска Антипатра, он отвоевывал все больше территорий для Александра, оставляя в захваченных городах свои гарнизоны для их защиты. Вскоре стало ясно, что Антипатр будет изгнан из страны, а на престол взойдет Александр.
В этот критический момент некоторые союзники Антипатра, осознав, что врага не одолеть силой, замыслили добиться успеха хитростью. Они прекрасно знали, сколь сильно Пирр уважает и почитает Птолемея, царя Египта и своего тестя, и сфальсифицировали письмо к Пирру от имени Птолемея. В этом письме Птолемей якобы убеждал зятя заключить мир с Антипатром и покинуть Македонию, за что Антипатр заплатит ему три сотни талантов серебра.
В древности осуществить подобный обман было гораздо легче, чем сейчас, ибо письма обычно писали специально обученные писцы и невозможно было определить подлинность послания по почерку. Пирр, однако, обнаружил обман сразу же. Письмо начиналось словами: «Царь Птолемей приветствует царя Пирра», тогда как подлинные письма Птолемея зятю всегда начинались словами: «Отец приветствует сына».
Жестко высказав порицание мошенникам, Пирр, однако, рассмотрел предложение и даже вступил в переговоры, надеясь уладить конфликт полюбовно. Однако переговоры не дали желаемых результатов, и военные действия продолжались до тех пор, пока на троне не утвердился Александр, после чего Пирр и вернулся в свое царство. В награду он получил от Александра часть Македонии, занимавшую побережье Адриатического моря к северу от Эпира. Казалось бы, разногласия улажены и воцарился долговременный мир.
Читатель наверняка помнит, что одновременно с обращением к Пирру Александр обратился за помощью и к Деметрию, давнему другу и союзнику Пирра, мужу его сестры Деидамии. Деметрий, занятый собственными проблемами, не был в состоянии оказать помощь, но через некоторое время во главе армии отправился в Македонию. Он опоздал, и Александр, уже расплатившийся частью своей территории с Пирром, боялся, что Деметрий, войдя в Македонию, не удовлетворится, не захватив причитающуюся ему долю.
По этой причине Александр направился к границе навстречу Деметрию. Встретившись с Деметрием, он поблагодарил его за желание помочь, но объяснил, что помощь больше не требуется. Деметрий, казалось, был удовлетворен беседой и готов был вернуться. Однако Александр, как впоследствии утверждал Деметрий, вовсе не собирался отпускать его, а замыслил убить во время прощального ужина. Деметрий, по его словам, избежал уготованной ему участи, покинув пир неожиданно, до того, как Александр смог претворить свой план. Затем Деметрий сам пригласил Александра на ужин. Александр явился безоружным, надеясь, что личным примером вынудит Деметрия прийти безоружным на празднество, запланированное в честь гостя на следующий день, – тогда уж Деметрию не избежать смерти. Вот только Деметрий не стал дожидаться второго покушения и приказал слугам убить Александра и всех его спутников за своим столом. Один из людей Александра успел сказать набросившимся на него воинам Деметрия: «Вы опередили нас всего лишь на один день».
Македонские воины, которых Александр привел к границе, заслышав о смерти своего царя, решили, что армия Деметрия немедленно атакует их и изрубит на куски. Однако Деметрий известил их о том, что не собирается причинять им никакого вреда, а, наоборот, просит дать ему возможность объясниться и оправдаться. Он встретился с воинами и обратился к ним с пылкой речью, в которой рассказал об обстоятельствах, заставивших его лишить Александра жизни, и уверял, что это убийство – всего лишь самооборона. Речь Деметрия вызвала бурное одобрение, и македоняне незамедлительно провозгласили Деметрия царем.
Разумеется, невозможно определить, сколько правды было в обвинении, выдвинутом Деметрием против Александра. Не было никаких улик, подтверждавших тот факт, что Александр замышлял убийство, однако такому человеку, как Деметрий, не составило бы труда их сфабриковать. Во все времена успешные исполнители политических убийств оправдывали свои жестокие, кровавые деяния, заявляя, что всего лишь упреждали подобные же действия врагов.
Деметрий и Пирр стали царствовать по соседству, и, учитывая их многолетнюю дружбу, можно было предположить, что их царства отныне будут жить в мире и согласии. Однако если таковые надежды и существовали, то сбыться им не пришлось. На границах постоянно вспыхивали конфликты. Подданные обоих царей жаловались, что обитатели приграничных районов совершают набеги на соседей. В эти конфликты постоянно втягивали Деметрия и Пирра. К несчастью для обоих народов, умерла Деидамия, и родственный союз между двумя царями распался. Другими словами, Пирр и Деметрий вскоре перешли к прямым военным действиям.
Обуреваемый честолюбием и совершенно беспринципный в удовлетворении своих страстей, Деметрий, естественно, не мог ограничиться мелкими пограничными конфликтами. Еще до ссоры с Пирром он совершал военные походы в Грецию и в конце концов подчинил себе довольно обширную территорию. Правда, во время одного из этих походов ему едва удалось избежать гибели. Деметрий осаждал Фивы, один из главных греческих городов, упрямо не желавший ему покориться. У Деметрия была особая причина гневаться на жителей Фив, сильно оскорбивших его, и, хотя долгое время осажденные не сдавались, Деметрий не собирался отступать. На время ему пришлось покинуть осажденные Фивы, дабы уладить какой-то военный конфликт в Фессалии, и на время своего отсутствия командовать осадой он оставил своего сына. Вернувшись, Деметрий обнаружил, что защитники города оказывают столь упорное и яростное сопротивление, что гибнет большое количество его воинов. Даже сын стал упрекать Деметрия в нежелании прекратить бесполезную резню. «Зачем отдавать на растерзание столько хороших воинов, когда…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
