— Я в порядке, — накрываю его ладонь пальцами и убираю со своего тела. — Я просто испугалась.
— Я теперь вечно тебя пугаю.
— Как ты вошел?
— Что?
— Ты отдал мне ключ, Олег.
— Я нашел запасную связку в доме.
Я устало выдыхаю и отползаю от него. От его большого тела и от столь же большой лжи.
— Не уходи, маленькая.
Он бесцеремонно ловит меня за лодыжки и тянет назад.
— Я хотел сделать дубликат, чтобы был. На будущее. Но передумал, закинул их в машину и совсем забыл о них.
— Отпусти меня.
— От тебя так пахнет… я соскучился…
— Олег, — произношу тверже и вновь ловлю его руки, когда он подтягивает меня под себя и перехватывает за талию. — Ты пьян. Ты меня пугаешь.
— Я ничего не сделаю тебе плохого.
— Тогда отпусти меня.
— Не могу, маленькая. Мне выть без тебя охота.
Он жестко обнимает меня и вбивает в свою грудную клетку. От него сильно пахнет алкоголем, мне кажется он вылил на рубашку несколько шотов, промахнувшись. А еще от него пахнет черной бурей, в нем клокочет столько эмоций и желаний, что я сжимаюсь в тугой комок. Он с трудом сдерживает свои ладони. Прижимает меня к себе, но явно хочет большего. Хочет пройтись по всему телу, раскатав, и задрав ночную сорочку, под которой ничего нет.
— Ты тут, — произносит он, зарываясь лицом в мои волосы. — Рядом…
Олег нажимает еще на миллиметр и я случайно упираюсь бедром в его пах. Он утробно выдыхает, сквозь сцепленные зубы, и грязно ругается.
— Я хочу тебя. Думать не могу, ебу тебя в мыслях постоянно… Блять, как наваждение.
Я боюсь шевелиться. Чувствую, что он возбужден, топорщащаяся ширинка упирается в мое бедро и заставляет оставаться на месте. Я не хочу его провоцировать и жду, когда его отпустит. А еще напитываюсь его теплом. С этим невозможно ничего поделать, я почти лежу в его руках и по крупицам вспоминаю моменты, когда мне было хорошо в них.
Чертовски хорошо и прекрасно.
До судорог.
— Тебе хорошо?
Он читает мои мысли.
Но труднее всего от интонации. Голос Олега вдруг звучит так искренне, словно от моего ответа зависит судьба всего мира. Нет ничего важнее и серьезнее. Он тяжело дышит и вновь проводит лицом по моим волосам, добиваясь живого отклика. Внутри скручивается спираль желания, и я осторожно дотрагиваюсь губами до его груди. Целую через пропахнувшую виски рубашку.
Меня, как в прошлый раз, накрывает осознание, что это он. Мой мужчина, по которому я скучала и плакала ночами, потому что тишина и холодная постель сводили с ума. Боже, как же мне не хватало его! Я крутилась в четырех стенах и не знала, где найти угол, куда приткнуться, чтобы выдохнуть полной грудью. Ужасное ощущение, когда постоянно хочется куда-то бежать и нигде нет спокойного места.
Потому что хочется в его руки.
В его крепкие сильные самые любимые руки.
— Лесь, маленькая моя, — он хрипит и обхватывает правой рукой еще теснее, за мгновение затаскивая меня на себя. — Моя…
Второй рукой он резко проходит по бедру и ныряет под сорочку. Я просыпаюсь в ту же секунду и ловлю его запястье, но Олег намного сильнее. Он продавливает меня и дотрагивается до меня между ног. Издает возглас, напоминающий рык голодного животного, когда понимает, что на мне нет белья, и проводит пальцами, бесцеремонно раскрывая меня.
Я пытаюсь отодвинуться, но он держит меня второй рукой, вжимая в свое натренированное каменное тело. Он продолжает ласкать меня и неосознанно подвигается ближе пахом, толкаясь стояком в мое бедро. Его захлестывает тупое желание и я слышу, как щелкают последние тормоза, они скрипят и не могут остановить его лавину.
— Олежа, я прошу тебя, — я перестаю биться и зажимаю его лицо ладонями, заставляя посмотреть на меня.
Не получается.
Его пальцы уже во мне. Он толкается, путая мои мысли, и смотрит на меня мутным взглядом. Я прикрываю глаза на мгновение, пытаясь справиться с происходящим безумием, и вновь пробую соскользнуть с его колен.
— Не надо, — качаю головой и уговариваю его лаской, поглаживаю его скулы и тихонько выдыхаю в лицо, словно правда верю, что смогу потушить пламя, что плещется в его зрачках. — Пожалуйста.
Он замирает, введя в меня два пальца. Они внутри меня, но больше не двигаются. Тогда я чуть смелею и спускаюсь вниз одной рукой. Не разрывая телесного контакта, иду от лица к его запястью и нажимаю, желая отодвинуть его крепкую ладонь от меня.
— Ты влажная.
— Это неважно.
— А что тогда важно? Ты же хочешь меня.
— Нет. Я говорю “нет”. Все, что происходит сейчас, происходит из-за того, что ты сильнее меня.
— Хорошо, как ты хочешь?
Он встряхивает головой, но наваждение никуда не уходит. Он слишком пьян, а я слишком близко. Я перестаю верить, что смогу выкрутиться, смотрю на него и вижу, что он исчерпывает последние секунды благоразумия. Что его вот-вот прорвет и он пошлет всё к чертовой матери. Он тоже соскучился по мне, но по-другому, по-мужски… до зубного скрежета и жажды получить свое любой ценой.
Я же его.
Он так и сказал, когда надел кольцо мне на палец.
— Вылизать тебя? — Олег не дожидается ответа и спускает меня со своих колен на пол, надвигаясь сверху. — Я помню, как ты любишь.
— Хватит! — я взрываюсь вспышкой, но это ничего не меняет. — Олег, тебе нужно принять душ. Ты пьян и тебя несет…
Я вскрикиваю от душных ощущений, когда он вновь толкается в меня пальцами, а следом подтягивает под себя, раздвигая ноги.
— Он лизал тебя? Мм? Или ты его? — на его шее проступают жили от зверского напряжения. — Понравилось?
Вот и злость проглянула. Она борется в нем со страстью и нагревает кровь до адских значений. Я сгибаюсь пополам и вонзаюсь пальцами в его плечи, но ему плевать на боль, он все равно фиксирует меня на месте и опускается лицом между моих ног.
— Ааа…
Как разряд тока.
Пронзительный и оглушающий.
Олег ведет языком по моей чувствительности и опаляет горячим дыханием нежную кожу. Я еще пытаюсь оторваться от него, отползти или хотя бы чуть отодвинуть, но вскоре сдаюсь и опадаю на пол. Закрываю лицо ладонями и закусываю губы, потому что его губы ласкают меня остервенело и одновременно нежно. Так, как умеет только он. Он целует и обводит языком мои складочки, терзает и надавливает на набухшую горошину. Помогает себе умелыми пальцами и забирает меня из реальности в два счета. Я вдруг оказываюсь в липком море неправильного удовольствия, я не должна, но откликаюсь, хочу больше и сдерживаю протяжные стоны из последних сил.
Он знает, как я люблю.
И он делает…
Толкается в меня языком, а потом накрывает большим пальцем самое чувствительное место. Хватает секунды, чтобы я выгнулась дугой перед ним и забилась от распирающего меня изнутри удовольствия, яркого, пошлого, необузданного.
— Да, да, — выдыхаю над его головой, которую тесно обняла руками на пике, и соскальзываю вниз.
Олег ловит меня и прижимает к своей груди.
— Как раньше, — произносит он и проводит ладонью по моему лицо, собирая капель пота. — Тише, тише… Я дома, маленькая, с тобой.
Глава 15
Я упираюсь лбом в каменную грудь мужа и ищу воздух. Чистый воздух, а не тот, что насквозь пропитан тяжелым мужским запахом. Захлестнувшая меня с головой пульсация начинает утихать и я выставляю локти, чтобы найти хоть какую-то дистанцию. Подальше от его горячего и несправедливо сильного тела. От его жадных рук. И подальше от памяти, которая тянет меня к нему стальными канатами.
— Доволен? — ловлю его потемневший взгляд. — Всё, я могу быть свободна?
Олег теряется на мгновение. Он ожидал другой реакции и поэтому берет короткий тайм-аут, чтобы привыкнуть к моему грубому тону. А я злюсь! На него и на себя! На проклятую слабость, с которой не знаю, что делать. Нет средства против счастливого брака и страстной любви, которая бушевала между нами и подарила столько ярких воспоминаний. Даже два года неизвестности бессильны, они исчезают из моей памяти, как по щелчку.
