ожиданиях, верно?
Я кивнула, набивая полный рот риса. Мне понравилось, что ему было все равно. Представляю, как он появился в школе на кулинарном конкурсе. Он был талантливым человеком, это точно.
После ужина Пейсли сказала, что хочет сидеть на диване и смотреть телевизор, но она уснула через две минуты.
— Сегодня мы ходили плавать в дополнение к езде на велосипеде, — прошептала я.
— Неудивительно, что она спит.
— Я быстро отнесу ее наверх, — сказал он. Глядя прямо на меня, он добавил: — Подожди меня здесь.
Стук моего сердца отдавал в уши. Я знала, что оставаться с ним наедине не было хорошей идеей, но я не могла заставить себя сказать нет.
— У меня есть отличное вино, — продолжал он.
И он подкупал меня выпивкой!
— Я останусь, но только при одном условии.
— И что это? — спросил он.
— Я хочу то, что еще не выставлено на продажу.
— Я уверен, что найду что-нибудь, что вам понравится, мисс Лэнгли.
Его глаза заискрились.
Была ли это непроизвольная кокетливая линия? Да. Да, была. А его дочь спала в нескольких футах от нас.
Я все больше не была уверена, что оставаться было такой хорошей идеей. Но мы оба были взрослыми, и обозначили границы.
— Хорошо. Я подожду здесь, — сказала я.
— Хорошо.
Я старалась не растаять, когда он взял Пейсли на руки. Она сразу же опустила голову немного ниже плеча, и он поднес руку к ее затылку, поддерживая ее с такой легкостью, что было очевидно, что это происходит часто.
Как может эта гора мышц быть такой нежной?
Я расхаживала по кухне, не зная, что с собой делать, пока ждала его. Мне еще надо было доесть рис, так что я села в кресло и продолжила трапезу.
Он вернулся через несколько минут. Я взглянула вверх, когда услышала его шаги и действительно посмотрела на него в первый раз за сегодняшний вечер.
Мужчина был слишком красив. Его рейтинг привлекательности взлетел до небес в повседневной одежде. Не то, чтобы он в этом нуждался. Черная футболка идеально подошла к его скульптурному прессу и показала больше его рук, чем рубашка. Рукава разрезали его бицепсы. Ням. Я пристально посмотрела на него, но он приподнял брови, заставляя меня краснеть.
— Тебе нужно время? — спросил он, указывая на карри в сковородке.
— Нет, спасибо. Я в порядке. Я закончила есть свою порцию. Она была огромная, но я все равно все съела. Она была настолько хороша, что я не хотела пропустить ни одного кусочка.
— Я рад, что тебе понравилось.
Он доел свою порцию, и сел на стул рядом со мной. Мы и раньше сидели рядом друг с другом, но без Пейсли в качестве буфера, напряжение между нами было ощутимо. Его присутствие было ошеломляющим и всепоглощающим.
— Ты все еще счастлива после второй недели? — спросил он.
— Это весело, и легко быть с Пейсли. Она так заинтересована всем.
— Что насчет меня, Лекси? Насколько это легко?
Он пригвоздил меня своими голубыми глазами, и я мгновенно почувствовала себя на краю, извиваясь.
— Я все еще не уверена в этом.
Облизывая губы, я отвела взгляд.
— На счет Пейсли. Я хотела спросить, есть ли какие-то темы, о которых ты не хочешь, чтобы я с ней говорила.
Он нахмурился. — Например?
Я прочистила горло. — Например мальчики.
Он отвел голову назад, широко распахнув глаза.
— Она спрашивала о мальчиках?
О, я вижу отца, который слишком опекает нас. — Нет, она этого не делала. Но, знаешь, если она спросит.
— Девочки вообще думают об этом в ее возрасте?
— Иногда. Ты был бы удивлен всем вещам, о которых думают девушки, и обычно они не хотят спрашивать своих родителей, поэтому они спрашивают меня.
Его глаза стали темными.
— Ну, она же не может спросить свою мать.
Мое сердце остановилось. — Она умерла?
Он покачал головой. — Нет, ничего подобного. Мы развелись, когда Пэйсли было три года. Она переехала в Сиэтл, но редко бывает там. Она модель, поэтому много путешествует. Это одна из причин, почему она дала мне полную опеку над Пейсли.
— О, хорошо. Она вообще не упоминала о своей матери, так что я подумала, что это тоже запретная тема.
— Это не так. Нора не очень вовлечена в жизнь Пейсли. Она звонит каждые несколько недель и посещает ее раз в год. Пейсли также проводит с ней одну неделю каждый год, но на этом все.
Мое сердце истекало кровью за Пейсли, и за него, потому что он был явно ранен и все еще страдал, несмотря на то, что развод произошел много лет назад.
— Мне жаль.
— У меня замечательная семья, и мы все очень близки, но отсутствие матери тяжело сказывается на моей дочери.
— Да, — согласилась я. — Если ты не против, я хотела бы сказать Пейсли, что она может спросить меня о чем угодно, о чем она не может спросить тебя, и если я нахожу, что что-то очень деликатное, я спрошу тебя, прежде чем дать ей ответ.
Он пристально посмотрел на меня, и кивнул. — Звучит здорово. Спасибо. Я очень рад, что ты взялась за эту работу, Лекси. У меня никогда не было… У нас с Пейсли никогда не было таких, как ты. Кажется, ты понимаешь, что нужно детям.
— Ну, я люблю их. Поэтому я стала учителем. Не знаю почему, но я всегда понимаю, чего они хотят и о чем они думают, особенно, когда они в возрасте Пейсли. Я не очень хороша с малышами, но я отлично могу справиться с детьми начальной школы.
Его выражение изменилось. Его глаза смягчились, и это был мой криптонит. Не его пылающий взгляд или его интенсивный взгляд, а то, что было прямо сейчас пронзило меня, и я понятия не имела, почему. Я не могла понять, как мама Пейсли оставила их двоих.
