— К Ригану отец приехал, — шепотом сказала я. — И они поругались… сильно.
— И ты в это влезла? — испуганно уточнила подруга.
Я быстро замотала головой:
— Нет. Саввар остановил.
Ами облегченно выдохнула:
— Слава богам. Еще не хватало тебе влезть в разборку между темными магами.
— Я не собиралась влезать… — неуверенно возразила ей.
Хотя с трудом могла ответить на вопрос: что бы я делала, если бы открыла дверь палаты? И чем бы это все закончилось?
— Риган должен сам решить вопросы со своими родителями, — уверенно проговорила Амалия, а потом тихо, с сожалением, добавила: — Вряд ли герцог вообще захочет слушать таких, как мы.
В словах подруги скрывалась истина. Я никак не могла повлиять на ситуацию, разве только усугубить ее. Оставалось положиться на Ригана и надеяться, что он убедит отца позволить нам быть вместе. Хотя бы пока.
Впрочем, вновь прокрутив в голове услышанный разговор, поняла, что надежда на такой исход крайне мала.
Забытое в последние дни чувство безысходности заключило сознание в тиски. На душе стало тяжело, а сердце сковала неясная боль.
Я, как могла, отвлекалась от грустных мыслей и старалась сосредоточиться то на одной лекции, то на другой. Получалось с трудом. Мозг настырно продолжал подкидывать доводы, которые убеждали в неизбежности расставания с Риганом, но я упорно держалась за надежду на лучшее. Не хотелось верить, что моя сказка так скоропостижно закончилась и впереди ждет лишь непроглядный персональный кошмар.
— Ответит Ди Кортан, — неожиданно произнес Райенг.
Я нервно вздрогнула, перехватила ручку и попыталась хоть примерно вспомнить, о чем спросил магистр. Но тщетно.
— Можно повторить вопрос? — виновато попросила я.
— Можно не спать на занятиях! — отчитал декан и вновь обратился к аудитории: — Есть хоть кто-то, кто может мне сказать: какие связи надо проводить вдоль кристаллической решетки будущего артефакта, а какие перпендикулярно?
Я подняла руку, желая реабилитироваться. И Райенг сжалился, позволив мне ответить.
— Для простых артефактов действует правило: вдоль кристаллических связей прокладывают основную систему питания и тем самым формируют резерв артефакта. Сверху этой решетки накладывается узор заклинания, придающего носителю определенные свойства. Для артефактов высшего порядка это правило условно, так как там идет компенсация за счет многоуровневой системы связей.
— И привязки к резерву хозяина, — дополнил декан. — Ответ засчитан, но плюсик ставить не буду, ибо на лекциях надо присутствовать не только физически.
Укор был полностью заслужен. Поэтому я решила больше не отвлекаться и заполнить пробелы в лекции. Благо Адам милостиво придвинул мне свою тетрадь.
«Все будет хороню, — в очередной раз постаралась убедить себя. — Риган обещал, что не оставит меня».
Эта мысль немного успокоила, и учеба пошла легче.
После утренних занятий я вновь отправилась в лазарет. Но к Ригану не пустила новая дежурная, остановившая меня грозным:
— Куда?
— Навестить Ригана Аретти маркиза де Асварда, — недоуменно ответила я целительнице-старшекурснице с уложенной вокруг головы пшеничной косой и абсолютно бесстрастным выражением лица.
— Посещения запрещены, — резко проговорила она.
— Но утром…
— Девушка, посещения посторонними запрещены, — перебила дежурная. — Велено пропускать только родственников. Насколько мне известно, сестер у маркиза нет, жены тоже. Так что до свидания.
— Когда его хоть выпишут? — Я не желала сдаваться и уходить ни с чем.
На задворках сознания мелькнула неприятная мысль, что не просто так мне не дают увидеть Ригана и без приказа его отца тут не обошлось!
— Думаю, об этом он сообщит вам сам, если посчитает нужным, — сухо ответила дежурная и с нажимом повторила: — До свидания.
Парировать было нечем. Пришлось развернуться и уйти, давя в душе бессильную злость. Правда, кое-что сделать я все же могла!
Вместо столовой я направилась в общежитие. Только там можно было спокойно вызвать Мансикора и отправить его с посланием к Ригану. Его-то уж точно никакая дежурная не остановит!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Обдумывая тайную операцию, я не заметила, как преодолела расстояние до своей комнаты и переступила порог.
— Добрый день, леди Ди Кортан.
От раздавшегося внезапно низкого голоса я вздрогнула и испуганно уставилась на поджидавшего меня мужчину. Не узнать Рикарда Аретти герцога Ургерийского было просто невозможно. Второе лицо государства — даже я, не особо интересующаяся политикой, видела его не раз. Да и с сыном у герцога было очень много общего. Такой же высокий, светловолосый, с правильными, хоть и немного резковатыми чертами лица. Разве что у герцога глаза оказались серыми и холодными, несмотря на всю приветливость голоса и мимики.
Пока я собиралась с мыслями, меня внимательно осмотрели с ног до головы и проверили уровень дара. Ощутила себя лошадью на рынке, у которой пытаются найти недостатки и сбить пену. От этой мысли проснулись гордость и чувство собственного достоинства, отодвинув на задний план страх перед сверхвлиятельным аристократом.
— Добрый, ваша светлость, — сделала я положенный книксен. Дверь демонстративно закрывать не стала, как и двигаться с места. — Чем обязана столь высокому визиту?
Вопрос был формальным и больше намекал на незаконное вторжение в мою комнату.
— Надо поговорить, — сухо ответил мужчина и небрежно махнул рукой.
Деревянная дверь с силой ударилась о косяк, и меня обдало легким ветром. От грохота я еле заметно вздрогнула. Даже переходить на магическое зрение не пришлось, чтобы ощутить, как комнату окружает мощное изолирующее заклинание. Теперь мне не вырваться из ловушки, а посторонним просто так сюда не попасть. Страх липкими щупальцами прошел по спине.
— Тогда прошу, присаживайтесь, — на правах хозяйки насколько могла ровным голосом предложила я, указав на единственный стул в комнате.
И кого волнует, что выбора у меня нет? Как говорит мама: «Леди следует этикету, даже если мир вокруг сходит с ума».
Правда, с обязательной вежливой улыбкой вышла накладка. Губы никак не желали растягиваться и принимать должное положение, поэтому решила себя не мучить. Тем более что разговор предстоял серьезный.
Герцог на мой приглашающий жест ответил надменной усмешкой, но предложенное место занял. Я опустилась на край кровати и выжидательно посмотрела на собеседника.
— Ты же понимаешь, что вся эта игра в симпатию со стороны Ригана не вечна, — без предисловий начал его светлость.
Невольно поджала губы. Соглашаться не хотелось, но факты…
— Я понимаю, — тихо произнесла, сделав над собой гигантское усилие и придавив собственное раздражение чуть ли не пяткой.
Еще не хватало выглядеть в глазах высшего аристократа несдержанной неврастеничкой с недалеким умом!
— Тогда слушаю пожелания об отступных, и ты заканчиваешь общаться с моим сыном. Любая озвученная сейчас сумма будет переведена на любое указанное имя в ближайшие сутки.
Если бы не подслушанный утром разговор, я обязательно возмутилась бы в ответ на подобное оскорбление. А сейчас ровным голосом сказала:
— Мне не нужны деньги.
— Украшения, привилегии для семьи, престижная работа?
— Мне ничего из этого не нужно, — ответила я и уточнила: — Только время. Пока Риган не окончит университет. Потом я обещаю не искать с ним встречи.
Слова давались тяжело. Еще тяжелее оказалось удерживать нейтральное выражение лица во время разговора. Герцог тем временем недобро усмехнулся, а я невольно напряглась, ожидая ответного хода.
— Я могу закончить торги и просто избавиться от тебя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это угроза? — спросила я и сама удивилась прозвучавшему в голосе равнодушию, ибо внутри меня трясло, как осенний листик на ветру.
В голове забилась паническая мысль рассказать о данной маркизом клятве. Но это казалось крайней мерой. Такой маневр сохранит мне жизнь, но сделается лишним поводом для ненависти со стороны герцога. С него станется посадить меня в тюремную камеру под строгую охрану, чтобы точно была здорова и не мешала его сыну полноценно жить.
