— Было бы легко уступить вам, — Зоя, не уверенная, что сможет сохранить равновесие, по-прежнему опиралась на стену. — И себе. Я обыкновенная женщина. И у меня не было мужчины больше года — почти два.
— Хоть со вчерашнего дня — мне все равно.
— Так вот, не было. И на это есть свои причины.
— Саймон.
Она кивнула.
— Да. Я не впущу в свою жизнь мужчину, которого не впустила бы в его жизнь.
— Вы знаете, что я никогда его не обижу! — гнев вернулся. — Вы оскорбляете меня, черт возьми, намекая, что я на такое способен!
— Я знаю, что вы на это не способны. И вообще, не стоит так кипятиться. Кроме Саймона, имеется и вторая причина — я сама. У меня есть право позаботиться о себе. Вы же не собираетесь просто взять меня за руку и подарить пару невинных поцелуев при луне, Брэдли.
— Для начала могу.
— Мы оба знаем, что этим не ограничимся. Не вижу смысла что-то начинать, не зная, чем все закончится. Я не уверена, пойдет ли мне на пользу, если я окажусь в вашей постели. И не знаю, чем вызвано ваше влечение — обычными человеческими чувствами или тем, что со всеми нами происходит?
— Думаете, меня влечет к вам из-за ключа?
— А что, если так? — Зоя пожала плечами. — Как бы вы себя чувствовали, если бы вас так использовали? Дело в том, Брэдли, что без ключа мы сейчас не стояли бы рядом. Мы из разных миров. Я имею в виду не Вэлли.
— Неправда.
— У нас нет ничего общего, если не считать ключа.
— Не только ключ, — не согласился он. — Друзья, которых мы оба любим, и город, в котором я родился и который стал вашим. Потребность создать что-то для себя. А еще маленький мальчик. Конечно, он ваш, но я к нему успел очень привязаться. С вами или без вас, но я к нему привязался. Это вы понимаете?
Тут возразить было нечего, и Зоя кивнула.
— Прибавьте сюда еще сексуальное влечение. Сложите все вместе, и получится, что у нас очень много общего.
— Рядом с вами я теряюсь… Не знаю, что сказать, как сказать…
— Может быть, просто не нужно об этом столько думать? — Брэд протянул руку. — Пойдемте посмотрим кухню. Если мы не уберемся отсюда как можно скорее, от жареной курицы останутся одни косточки.
Зоя была благодарна Брэду, что он больше не возвращался к этой теме. Она просто не в состоянии разобраться в своих мыслях и чувствах, желаниях и страхах. По крайней мере, сейчас.
И еще она радовалась, что у Флинна все просто ели жареную курицу и непринужденно болтали, не вспоминая о ключе.
Зое еще нечего было предложить — слишком мало информации, слишком много вопросов, чтобы она могла что-либо решить.
Наверное, скоро им придется собрать совет, но сначала нужно время, чтобы самой все обдумать.
И у Мэлори, и у Даны довольно быстро появились собственные теории. Эти теории совершенствовались, пересматривались и изменялись в течение четырех недель, но именно они становились основой для поиска.
«А у меня ничего нет…» — подумала Зоя.
Она решила, что вечер посвятит изучению подсказки, сделает записи и подробно, шаг за шагом, вспомнит, как проходили поиски двух предыдущих ключей. Где-то там должны скрываться ответы.
После того как Саймон и Мо улеглись спать и дом погрузился в тишину, Зоя устроилась за кухонным столом, разложив на нем блокноты, папки и книги. Решив, что дневная норма кофе уже выпита, она заварила себе чай.
Прихлебывая его, Зоя еще раз перечитала подсказку и на чистом листе бумаги записала слова, которые показались ей основополагающими.
…
Путешествие
Красота, или свет
Знание, или истина
Отвага
Утрата, печаль
Лес
Дорога
Кровь и смерть
Призраки
Вера
Страх
Принцесса
Наверное, она что-то пропустила, но для начала хватит и этого списка. Красота для Мэлори, истина для Даны, отвага для нее самой.
Утрата и печаль. Чьи: ее или принцессы? Если считать, что речь идет о личном, то какая ее утрата и какая печаль имеются в виду? Зоя подумала, что недавно потеряла работу, но тут же отбросила эту мысль. Потеря работы открыла перед ней новые возможности.
Лес? Лесов много, и одни значат для нее больше, чем другие. Лес есть в Ворриорз-Пик. Леса были в Западной Виргинии, где она выросла. Лес тянется вдоль реки у дома Брэда. Но если лес — символ, то она может не увидеть его за деревьями. Не увидит общую картину, рассредоточив внимание на отдельные детали.
Иногда именно так и происходило. Но бог свидетель, деталей так много, и кто ими будет заниматься, если не она?
Скоро у нее родительское собрание. Саймону нужны новые ботинки и новая куртка на зиму. Стиральная машина начала издавать какой-то скрежет. И еще никак не удается выбрать время, чтобы прочистить водосток.
Ей нужно купить полотенца и раскошелиться на новую стиральную машину с сушкой — для салона. А это значит, что придется какое-то время мириться со скрежетом той, что стоит дома.
Зоя подперла щеку рукой и на минуту закрыла глаза.
Все будет сделано, ведь это ее работа. Но один день она побалует себя. Ляжет в тени с книгой в руке и кувшином холодного лимонада рядом.
…Гамак плавно покачивался, словно колыбель, так и не раскрытая книга лежала у нее на животе. Во рту ощущался терпкий вкус лимонада.
Ее глаза под темными очками были закрыты. Лицо освежал легкий ветерок.
Она не помнила, когда в последний раз так отдыхала. Душой и телом. Никаких забот — только наслаждение тишиной и покоем.
…Зоя погрузилась в воспоминания.
Вот она стоит в трейлере, обливаясь потом от невыносимой жары. Как будто они живут в консервной банке!
А вот заметает на совок остриженные волосы.
На улице о чем-то спорят младшие брат с сестрой. Голоса у них пронзительные, злые.
У нее жутко разболелась голова.
Распахнув дверь, она кричит на малышей.
Тихо! Ради всего святого, помолчите хоть пять минут, дайте мне немного покоя!
Вот она идет по лесу, и снег хрустит у нее под ногами. Ветер воет среди сосен, вскидывая их ветви к серому, словно гранитному, небу.
Холодно, одиноко и страшно.
Она с трудом бредет сгорбившись навстречу буре, обхватив рукой большой живот, чтобы защитить ребенка.
Он такой тяжелый, а она очень устала.
Хочется остановиться, отдохнуть. Какой смысл идти дальше? Все равно ей никогда не найти выхода.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
