— Открой эту чертову дверь, Эбби! — выдавила из себя Вивиан.
— А что внутри? — схватив ее за плечи, Брайс развернул ее, заставляя посмотреть ему в глаза.
— Там кэ’терсы напали на моего брата и отца. Я должна убедиться, что они не страдают. По камерам наблюдения я не смогла как следует их разглядеть. Обзор был слишком ограниченным, — ее голос сорвался. — Мне нужно убедиться, что их не постигла та же участь, что и человека, которого мы видели на седьмой палубе.
Брайс сделал знак одному из своих людей, и тот загородил ее своим телом. Брайс нашел камеру наблюдения и, посмотрев в нее, махнул оружием в сторону запечатанной двери.
— Откройте, пожалуйста. Мы сумеем защитить Вивиан.
— Черт, — громко выругалась Эбби ей в ухо. — Позже тебе понадобится психотерапия. Не вини меня.
— Спасибо, — Вивиан постаралась собраться с духом, когда двери открылись.
* * *
Воздух в помещении был таким удушливым, что девушка, поморщившись, начала дышать ртом. Брайс и его люди вошли первыми, держа оружие наготове. Последовав за ними, Вивиан медленно зашла в зал.
Трупы были повсюду. Невозможно передать словами то потрясение, что она испытала, когда увидела некогда знакомых ей людей бездыханно валяющимися на полу. Некоторые изуродованные тела лежали в креслах, с которых люди даже не успели встать, когда на них напали.
Первым делом девушка направилась к подиуму, где лежал Большой Мик.
Она обошла трибуну. Тело ее отца не было объедено, но было ясно, что он мертв. Вивиан смотрела на него, и сердце ее разрывалось от горя. По крайней мере, ее отец не страдал. Судя по тому, как неестественно была повернута его голова, можно было сделать вывод, что у него сломана шея. К тому же на полу вокруг головы натекла целая лужа крови, которая к этому времени успела покрыться сухой корочкой.
Взглянув на стену, в которую ее отца швырнул кэ’терс, девушка увидела еще больше крови. У Большого Мика не было ни единого шанса выжить. Она отвернулась, с трудом сдерживая рвущиеся наружу рыдания, и врезалась в большое, покрытое броней тело.
Брайс обнял ее.
— Это твой брат?
— Отец, — выдавила она.
— Он не страдает, и его не съели. В подобной ситуации это благословение, — своей большой рукой в перчатке он очень бережно погладил ее по спине. — Тебе лучше не смотреть на это.
— Мне нужно проверить брата, — Вивиан отошла от Брайса и, обходя валявшиеся повсюду тела, старалась не задерживать на них свой взгляд.
Мики находился в самом последнем, самом верхнем, ряду кресел. Он отступил туда во время сражения. Вивиан заметила его выглядывавшие из-за кресел ботинки… и замерла. С этого места она не могла его разглядеть и сомневалась, что выдержит столкновение с суровой реальностью. Вид с камеры не давал полного изображения, и она прекрасно понимала: то, что ей предстоит увидеть, будет намного страшнее того, что она видела на экране.
К ней подошел Брайс.
— Это он?
— Да.
— Я проверю его сам. Не ходи туда, Вивиан.
— Мне нужно убедиться, что он не страдает.
Брайс вздохнул.
— Я сделаю это, поверь мне, — он шагнул вперед, зашел за кресла и присел на корточки. Затем, тихо зарычав, поднял голову и встретился с ней взглядом. Его золотистые глаза смотрели на нее с неприкрытой грустью. — Позволь мне прекратить его страдания… ради тебя.
Вивиан бросилась вперед, так как поняла, что Брайс имел в виду.
Мики был еще жив.
Она отпихнула валявшееся поперек прохода кресло, о которое едва не споткнулась, и оказалась рядом с братом. Его глаза были закрыты, а все лицо заляпано кровью. Судя по тому, как была повреждена его униформа, его тело было разорвано от грудной клетки до тазобедренных костей, как и у других жертв. Вивиан чуть не вырвало, но она сдержалась. Придвинувшись ближе, она схватила его неподвижно лежавшую руку и задержала взгляд на его лице.
Дыхание Мики было неглубоким.
— Ну же, Вайс, — прорычал Брайс. — Брат Вивиан жив.
— Вот дерьмо, — пробормотала Эбби ей на ухо. — Он все еще жив? Я вижу достаточно, чтобы понять, насколько ему сейчас дерьмово.
— Так и есть, — согласилась Вивиан.
Вайс тут же подбежал к ним. Брайс отодвинулся в сторону, и в сердце Вивиан зажглась надежда, когда медик начал водить сканером вдоль тела ее брата. Она неотрывно смотрела на лицевую пластину Вайса, ожидая, когда тот вынесет свой вердикт.
Наконец мужчина опустил сканер.
— Я не могу ему помочь, — прорычал он так тихо, что она едва расслышала. — Консервант уже поразил все ткани.
Грудь Вивиан пронзила острая боль. У нее было такое чувство, что ее сердце разлетелось на мелкие осколки. Она склонилась к лицу брата.
— Я здесь, — прошептала она. — Мне так жаль, — девушка провела дрожащей рукой по его волосам, и вздрогнула от неожиданности, когда Мики тихонько застонал.
Вивиан выпрямилась, ужаснувшись, что он мог их услышать. И ахнула, когда его глаза открылись.
— Мики!
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем его взгляд сфокусировался на ней. Вивиан поняла, что он пришел в сознание, когда увидела в его глазах узнавание. Ладонь, которую она держала, слегка сжала ее пальцы.
— Вивиан.
— Я здесь, Мики.
— Беги, — прохрипел он. — Доберись до первого контрольного.
— Я так и сделала. Помощь уже пришла.
Он повернул голову и уставился на Вайса, который до сих пор сидел на корточках рядом с ним. Мики смутился, потом встревожился.
— Они друзья. Все в порядке, — она погладила брата по волосам.
Тот снова посмотрел на нее.
— Корабль в безопасности?
— Да. Ты спас всех. Я добралась до центрального пункта управления, как ты и сказал мне, и активировала блокировку. Кэ’терсы оказались в западне, отрезанными от экипажа, — сообщила она ему. — Те, кто напал на вас, мертвы. Они за все заплатили, Мики.
Он застонал, агония исказила черты его лица.
— Очень больно.
Слезы потекли по ее щекам.
— Я знаю. Мне так жаль!
Брат посмотрел ей в глаза, от усилившейся боли его лицо исказилось еще сильнее. Он снова застонал, и его пальцы слегка сжались, но пожатие было очень слабым.
— Устал.
— Я знаю. Отдохни. Ты спас корабль, Мики. Я люблю тебя, — она подавила рвущиеся из груди рыдания. — Ты самый лучший брат на свете.
Его глаза наполнились слезами.
— Я умираю. Все в порядке, Вивиан. Можешь ко мне больше не подлизываться.
Раньше бы она рассмеялась над его шуткой, но сейчас разрыдалась.
— Ты самый лучший. Я здесь, рядом с тобой. И я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, малявка, — его глаза закрылись, и он снова застонал от боли.
Вайс тихо зарычал, и кто-то присел у нее за спиной, почти вплотную.
— Позволь мне помочь, — тихо прошептал Брайс ей на ухо. — Он будет пребывать в таком состоянии, не прекращая страдать, еще многие часы и даже дни. Мы не сможем его вылечить. И твои люди ему тоже не помогут. Я сделаю все безболезненно.
Слезы текли по ее щекам, когда Вивиан посмотрела на Вайса.
— Ты уверен, что мы ничего не можем сделать?
— Абсолютно. Извини, — прошептал тот. — Я понимаю, как для тебя это сложно. Брайс — мой брат. Но если бы его постигла такая участь, я бы, не раздумывая, прекратил его страдания.
Брайс. Вайс. Она должна была догадаться, что с настолько созвучными именами они, скорее всего, родственники. Вивиан вновь взглянула на Мики. Он, казалось, снова потерял сознание, но его боль была очевидной — ее выдавали его плотно сжатые губы.
Мики снова застонал, на этот раз громче. Его рука задрожала в ее ладони.
— Не хочу, чтобы это делал ты, брат, — вновь заговорил Вайс. — Позволь мне. Женщина не должна помнить, что ее брат умер от твоей руки.
— Подождите, — Вивиан подавила очередной всхлип. — Эбби, отключи здесь все камеры.
Последовала непродолжительная пауза.
— Поняла. Подожди-ка минуточку, — неумолимо тикали секунды. — Готово. В конференц-зале запись больше не ведется. Мне так жаль, Вивиан. Но это правильно. Мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь прекратил мои бессмысленные страдания. Уверена, твоему брату тоже.
