и сделал глоток. Кофе был черным и крепким, именно такой он и любил.
Лекс села напротив — в ее глазах читалось озорство.
— Ух ты! Неужели у кого-то имеется зависимость?
— Причем сильная, — ответил Коул. — Спасибо! Ты даже не представляешь, как сильно мне нужен был кофеин.
— Ты пожелал меня видеть, мне хотелось выпить кофейку, так что я решила прихватить еще один и для тебя.
Коул кивнул на бумажный пакет:
— А там что?
Лекс улыбнулась:
— Это подарок тебе в знак благодарности за то, что позволил воспользоваться служебной машиной. Здесь неподалеку пекарня, они выпекают самые потрясающие шоколадные круассаны в городе. Я позвонила владелице и упросила ее оставить мне две штучки. Тебе ведь понравился вчерашний десерт, поэтому я подумала, что тебе они придутся по душе.
Коул открыл пакет и ощутил восхитительный запах шоколада и выпечки. Сегодня утром он пробежал тринадцать километров на беговой дорожке и занимался тяжелой атлетикой в спортзале отеля, а на завтрак ел только мюсли и йогурт. Он заслужил что-нибудь сладкое и вредное.
Он отломил кусочек круассана и одобрительно кивнул, когда Лекс сделала то же самое. Коул сунул его в рот и закрыл глаза от наслаждения, воображая, каково на вкус сочетание поцелуя и шоколадного круассана. Он смотрел, как она размотала свой шарф и сбросила свою потрепанную, но все еще шикарную кожаную байкерскую куртку. Сегодня на ней были обтягивающая футболка мятного цвета и узкие джинсы, заправленные в сапоги до колен.
— Твои сестры благополучно добрались? — спросил он.
— Да. Сноу немного поплакала, но к тому времени, когда я ушла, она уже успокоилась.
Коул встал, обошел стол и присел на край лицом к Лекс. Поддавшись искушению, он провел подушечкой большого пальца по ее скуле.
— Почему твои младшие сестры живут с тобой, Лекс? Где их мать?
В ее невероятных аквамариновых глазах отразилась боль.
— В Таиланде. Она живет там с тех самых пор, как мы были подростками. Девочки живут с нами вот уже пять лет, — ответила Лекс, и он не услышал в ее голосе ни намека на злобу или обиду. — Никеи было всего три года, а Сноу два.
— А как же твой отец? Их отец? Или отцы? — спросил он, не в силах понять некоторые детали.
Лекс пожала плечами:
— Моя мать всегда с легкостью относилась к сексу, как и к противозачаточным средствам. Что уж говорить о количестве ее любовников. — Лекс помедлила, прежде чем продолжила свой рассказ: — Она указала имя отца Эдди в ее свидетельстве о рождении и вышла замуж за отца Шторми. Мой отец был парнем по имени Шеймус, но в тот вечер что-то пошло не так.
— Я не понимаю. Ты не сердишься на нее? Не чувствуешь обиды?
— За что? За то, что не знаю своего отца, или за то, что мне приходится воспитывать девочек?
— И то и другое.
— Я не могу злиться на своего биологического отца. Не факт, что он знает о моем существовании. Я стала результатом связи двух очень пьяных, возможно даже, находящихся под кайфом людей. — Лекс снова пожала плечами: — Что касается воспитания моих сводных сестер, как злость поможет? Никеи и Сноу уже успели ощутить боль утраты, и им не стоит знать, что они не желанны.
Лекс вздохнула, и ее дыхание с ароматом кофе и круассанов коснулось его губ. Коул притянул ее к себе, и Лекс не стала сопротивляться — она не меньше его желала поцелуя. Их губы встретились, и Коул едва не застонал от наслаждения. Пальцы Лекс коснулись жесткой щетины на его подбородке, ее губы стали податливыми, и Коул скользнул языком в ее рот. Такой пряный и восхитительный вкус!
Этот поцелуй стал откровением для него — мягкие, нежные губы Лекс на вкус напоминали сливочное мороженое. Все его мысли были о том, чтобы приблизиться к ней, ощутить тепло ее тела. Забыв, где он, кто он, Коул встал, поднял ее на ноги и поставил так, что теперь она прислонилась спиной к стене возле его стола. Он прижал ее своим торсом, а его колено оказалось между ее бедер.
Коул сжал руками ее округлые ягодицы, наслаждаясь прикосновением к ее стройному отзывчивому телу. Желая ощутить гладкость ее кожи, он вытащил футболку Лекс из-за пояса джинсов, скользнул под нее ладонями, задыхаясь от шелковистости ее кожи. Лекс обвила руками его шею и поцеловала горячо и страстно.
Коул почувствовал, как из-за эрекции брюки становятся теснее. Он положил руки на бедра Лекс, легко поднимая ее так, чтобы их губы оказались на одном уровне. Она обвила ногами его бедра и застонала.
Лекс запустила ладони под его рубашку, и Коул вздрогнул, когда ее пальцы коснулись его спины, после чего нырнули под пояс его брюк.
Черт, им нужна кровать, но в кабинете есть только письменный стол… к тому же их могут прервать в любую секунду.
Коул нехотя отстранился, выдохнул и усадил Лекс в кресло. Затем сел напротив и потянулся за кофе.
— Очередное отклонение от нормы? — спросила Лекс.
— О чем ты?
— Ты назвал наш почти состоявшийся поцелуй в отеле отклонением от нормы, — пояснила девушка.
— Я так не считаю. Но поцелуй с подчиненной — опрометчивый поступок. Я твой босс, Лекс, и должен оставаться профессионалом. Рядом с тобой я теряю голову.
— Если тебя это утешит, я не могу позволить себе рисковать работой, целуясь со своим работодателем, — призналась ему Лекс. — Если ты все-таки продашь свои активы в Кейптауне, мы с Эдди потеряем работу, поэтому мне нужно зарабатывать, пока есть такая возможность.
Коул откашлялся. Он не мог обещать Лекс работу с гибким графиком, но мог успокоить ее насчет Эдди.
— Как я уже сказал Эддисон немного ранее, если продам сектор гостиничного бизнеса Джуду Фишеру, за ней сохранится ее должность. Он обязуется нанять твою сестру минимум на год. Таково условие продажи.
Лекс посмотрела на Коула с нескрываемым восхищением:
— Спасибо, Коул. Это просто невероятное предложение.
Вопрос с Эддисон был решен, но ему хотелось сделать что-нибудь и для Лекс. Коул мог бы выписать ей чек, но знал, что она не примет его. Нужно дать ей возможность заработать…
Что, если она отвезет его в Родос? Так Лекс сможет заработать гораздо больше, чем обычно. Он представил возможное путешествие и ощутил приятное волнение.
Коул сел за стол и откинулся на спинку кресла, любуясь Лекс. Та вернулась к своему кофе и с наслаждением доедала круассан.
— Мне нужно добраться до Родоса в Восточном Кейпе. Это займет около двух дней, верно?
Лекс
