Читаем без скачивания Смертельные поцелуи - Бренда Джойс

Франческа лихорадочно думала. Мать всегда в курсе того, что происходит в обществе. Разумеется, она знала об отношениях Харта и Дейзи. Однако Джулия была ярой сторонницей их брака и так поддерживала Харта, что Франческа порой сомневалась, что мать осведомлена о его романе с Дейзи.

– Она его бывшая любовница, мама, – выдавила из себя Франческа. – Да, она была убита этой ночью.

Джулия застонала.

– Подозревают вас с Хартом?

– Мама! – Франческа отпрянула, едва не оттолкнув мать. – Никто нас не подозревает! Харт видел тело, но первой его обнаружила подруга Дейзи Роуз. Мама, я расследую это убийство, так что знаю точно, что подозреваемых пока нет. Еще даже не готово заключение коронера.

Джулия покачала головой:

– Как ты могла впустить в дом этого человека! Его статьи отвратительны!

– Знаю. Я должна была выяснить, какой версии он придерживается.

Франческа догадывалась, что мать думала, будто дочери необходимо выяснить, не подозревает ли он Харта.

– Мама, прошу тебя, не волнуйся. Я найду убийцу Дейзи.

– Не волнуйся? Разумеется, я волнуюсь. И не только потому, что ты в очередной раз будешь подвергать себя опасности. Франческа, разразится такой скандал, которого я не перенесу!

– Мама! Харт невиновен!

Джулия посмотрела на дочь с сомнением:

– Когда разразится скандал, это уже не будет иметь значения.

Франческа решила перехватить Харта, прежде чем он отправится в свою контору, расположенную в Верхнем Манхэттене на Бридж-стрит. Недавно он построил огромный дом в нескольких кварталах от особняка Кэхилов. Проект стоил миллионы, и дом выглядел настоящим королевским дворцом в несколько пустынной местности Манхэттена. Особняк окружали лужайки и сад, за домом был вырыт пруд, устроены теннисные корты и конюшни, сложенные из красного кирпича. Когда Франческа познакомилась с Хартом, он жил в этом великолепии один, и она никак не могла уяснить, как человек может жить в огромном доме лишь в компании слуг и по какой причине у него возникает желание вести столь уединенную жизнь. Если Харт поступил так, чтобы потешить свое высокомерие, то ей очень жаль его.

Сейчас Харт был уже не один. Его мачеха и отчим, Рат и Грейс Брэг, время от времени наведывались в город и занимались строительством собственного дома. Они переехали к Харту, как и его племянник, Николас Д’Аршан, обучавшийся в Колумбийском университете. Кроме того, в доме останавливались многочисленные сводные братья и сестры, приезжавшие в город. Франческа была рада за Харта. Он мог сколько угодно делать вид, что ему это безразлично, но в окружении семьи чувствовал себя сильнее и счастливее.

Коляска, подаренная ей Хартом, остановилась у подъезда особняка. Харт много работал и мало спал, порой он работал ранним утром у себя дома. Однако сейчас уже без четверти девять, и, возможно, Харт уехал в контору.

Альфред почти мгновенно открыл перед ней дверь.

– Мисс Кэхил! – Дворецкий был рад видеть невесту хозяина и уже давно не скрывал восторга по поводу их союза. – Проходите, прошу вас.

– Доброе утро, Альфред, – улыбнулась она и прошла в огромный холл, где была представлена коллекция предметов искусства, многие годы собираемая Хартом, в том числе и шокировавшие общество статуи, являвшие обнаженные тела, и кощунственные произведения Караваджо.

– Я не разминулась с Колдером?

– Боюсь, что так и есть. Дело в том, что мистер Д’Аршан уже уехал по делам, мистер и миссис Брэг на две недели отбыли в Ньюпорт. Дома лишь мистер Рурк. Он приехал два дня назад, – докладывал лысеющий щеголеватый дворецкий.

Франческа закусила губу, размышляя, стоит ли отправить Харту записку. Список ее дел на сегодняшний день слишком велик, чтобы позволить себе тратить время на поездку в Нижний Манхэттен – даже по современной железной дороге это займет не менее сорока пяти минут.

– Прикажете позвать мистера Рурка? Он, вероятно, завтракает.

– Не стоит беспокоиться, Альфред. – Франческа еще раз приветливо улыбнулась. – Я занимаюсь новым расследованием. С вашего позволения, я пройду в библиотеку и напишу Харту записку. – Он должен знать о визите Курланда, однако не стоит сообщать, каким надоедливым был этот вездесущий репортер. Франческа всегда боялась, что он напишет о ее отношениях с Риком Брэгом, но сейчас ее это уже не волновало. Мама права: если разразится скандал, он все разрушит. – Альфред, прежде у меня есть несколько вопросов к вам. Дворецкий не позволил себе выказать удивление.

– Разумеется, мисс Кэхил.

– Вы были здесь, когда мистер Харт приехал домой прошлым вечером?

– Определенно, я был здесь. Я сам впустил его.

Какое облегчение!

– Вы помните, в котором часу это было?

– Минуты через две после того, как часы пробили восемь – я еще помню, что лично посмотрел на часы в кабинете, куда сразу и прошел мистер Харт.

– А что было потом, Альфред? Вы принесли ему ужин? Помогали найти кеб, когда он решил уехать?

– Мистер Харт просил его не беспокоить.

Франческе ответ не понравился.

– Помните, в котором часу мистер Харт уехал прошлым вечером?

Дворецкий покачал головой:

– Я не видел мистера Харта с того времени до сегодняшнего утра, мисс Кэхил. Когда он говорит, что желает остаться один, моя святая обязанность, чтобы ни один человек – даже член семьи – не нарушил его уединения.

Франческа едва не застонала.

– Вы хотите сказать, что никто из домочадцев не видел его после восьми?

– Я был в холле один, когда открыл ему дверь, мисс Кэхил, да, он заперся в библиотеке, я представления не имею, в котором часу он уехал.

Франческа побледнела.

– Мисс Кэхил? – Альфред смотрел на нее с тревогой.

Франческа размышляла, можно ли просить Альфреда солгать ради спокойствия Харта.

– Альфред, с вами захотят поговорить полицейские.

Они могут задать вам те же вопросы, что и я.

Глаза мужчины округлились. Он не сразу смог заговорить.

– Понятно. Что я должен им сказать?

Осмелится ли она? Ведь сила закона казалась ей непоколебимой! Но Харт невиновен, хотя может находиться под подозрением до поимки настоящего преступника.

– Могли бы вы сказать, что обслуживали Харта тем вечером? – Звук собственного голоса заставил ее вздрогнуть. – Например, раз или два заходили за чем-то в кабинет. И видели, как он уехал прошлым вечером – в половине двенадцатого.

– Хорошо, мисс, – решительно ответил Альфред.

– Благодарю вас, – прошептала Франческа.

Почти не веря в удачу и возможность защитить жениха, Франческа направилась в глубь дома. Она обязана срочно найти настоящего убийцу, чтобы перестать наконец лгать. Библиотека в доме Харта была огромным, несколько мрачным, но очень уютным помещением. Стены были закрыты стеллажами с книгами, открытые настежь окна выходили в сад, за которым виднелись корты. Рабочий стол располагался у дальней стены. Франческа включила свет и прошла к столу.

На спинке стула висел пиджак, что был на Колдере прошлым вечером. Поколебавшись, Франческа взяла его и внимательно осмотрела. Определенно, пятна с правой стороны были пятнами крови.

Вчера, прежде чем пройти в спальню, он заходил сюда. Франческа представила, как он снимает пиджак, закатывает рукава сорочки и наливает себе скотч – напиток, который Харт предпочитал всем остальным. Взгляд упал на пустой хрустальный бокал. Колдер сидел здесь, пил виски и горевал об утрате Дейзи?

Она тряхнула головой. Конечно, так и было. Интересно, думал ли он о ней? Не сожалел об их разговоре? Охватывали его те же сомнения, что и ее? Или Харт был слишком расстроен убийством Дейзи?

Франческа приказала себе не позволять сомнениям и неуверенности повлиять на ход ее мыслей. Она уверенно отодвинула кресло и села за стол, взяв лист бумаги. Она быстро написала Харту, что встречалась утром с репортером и в связи с этим им необходимо увидеться вечером, чтобы все обсудить. Подумав, она добавила, что отправляется на встречу с Роуз, поскольку первое, что необходимо сделать, – установить время убийства.

– Франческа?

Она подняла голову и увидела Рурка Брэга, смотрящего на нее с приветливой улыбкой.

Молодой человек был весьма удивлен ее присутствием.

– Не хотел тебя пугать. – Он прошел в комнату.

Как у всех Брэгов, у него были светло-коричневые волосы, янтарные глаза и золотистый цвет лица. Рурк изучал медицину в Филадельфии. Франческе он очень нравился.

– Рурк, прошу меня извинить! Ты вовсе не напугал меня, просто я задумалась и не заметила, как ты вошел. – Она встала, обошла стол и поцеловала молодого человека в щеку. – Уже закончил учебу?

– Семестр окончен, я жду перевода в колледж «Бельвью». Как дела у моей почти невестки? – Он пытливо вгляделся ей в глаза.

Франческа колебалась. При воспоминании об убийстве и Харте ее бросило в жар, Рурк это почувствовал и занервничал.

– Значит, ты не слышал.

– О чем я не слышал?

– О смерти Дейзи. Ее убили вчера вечером.