миниатюре.
– А вазы? – Осмелела Саша. – Бывают ли выставлены вазы или… погребальные урны?
– Урны? Нет, пока не было.
– Мой клиент (врать, так врать) особенно впечатлен погребальными процессиями. Он… юрист и собирает все, что связано с системой правосудия.
Лука изумленно смотрел на Сашу, только не сказал- во дает!
– Вас должна впечатлить местная легенда о Белой Даме.
– Да, я уже ее слышала.
– Ваш клиент интересуется самыми сливками! – Улыбнулся пожилой синьор. – Этрусская казнь, дорогая синьорина, один из самых древних и зловещих видов наказания, уникальный обряд, продержавшийся несколько столетий. Этруски славились своей жестокостью и любовью к тайнам. Казнь обязательно совершалась публично, на ней присутствовали все жители города, чтобы впредь неповадно было. Разыгрывался целый спектакль, торжественный и мрачный, с элементами жертвоприношения. Для каждого социального класса был свой вид казни.
– Принцесса из легенды попыталась убежать?
– Конечно. Преступников могли одеть в мех и бросить на растерзание диким зверям, могли разрезать надвое, я не буду рассказывать вам всех способов, дорогая синьорина, тем более что многое мы можем лишь предполагать, жизнь этрусков до конца не разгадана. Если верить легенде, принцессе достался один из самых страшных видов казни, лита.
– Да, в легенде так и говорится.
– Многое, конечно, расшифровано по фрескам, росписям на стенах, на гробницах, на погребальных урнах, но такие предметы почти невозможно встретить на аукционах. Не забывайте о томбароли, расхитителях гробниц, не каждый, владеющий таким предметом, сможет доказать его легальное происхождение.
– А вы слышали о коллекции синьора Виллани?
– Кто же в нашей сфере о ней не слышал! Мы очень надеемся, что наследник позволит нам выставить на продажу ее экспонаты. Хотя неизвестно, что осталось спустя столько лет.
– А если наследник не объявится?
– Это решать адвокатам и нотариусам, думаю, какое-то время наследников будут искать.
– Ты узнала все, что хотела? – поинтересовался комиссар по дороге на винодельню.
– В принципе, да. Я все больше сомневаюсь в подлинности той урны.
– У главы фирмы безупречная репутация. Он никогда не будет связываться с украденными вещами.
– А сын и партнер? Что ты о них знаешь?
– Только публичную информацию. Пьетро изучал в университете архитектуру и дизайн, Грегорио давно работал в сфере антиквариата. У них получилось неплохое бизнес трио.
У входа на винодельню уже ждала кудрявая женщина средних лет. Она расплылась в улыбке, увидев Луку, чмокнула воздух по очереди у каждой его щеки, чуть с меньшим энтузиазмом поприветствовала Сашу.
– Я Риккарда, можешь звать меня Рикки. Добро пожаловать на винодельню Монтайоне. Сразу на дегустацию, или прогуляемся по виноградникам?
– Конечно, прогуляемся. – Лука подтолкнул Сашу вперед.
– Идемте со мной, я покажу поместье. В это время года у нас не так много гостей. Большинство предпочитает сидеть внутри, пробовать и наслаждаться вином. Тем более, что сейчас лозы нет, виноград собран.
– Все равно здорово! Моя подруга занимается виноделием и их вино в этом году получило одну из главных наград на выставке в Венеции, – похвалилась Саша.
Пока они шли по гравию к первому винограднику, Лука с видом знатока обсуждал расположение полей, влияние северной стороны, Саше оставалось лишь кивать. Но ей было действительно интересно, разговоры с Сонькой давно уже включали проблемы виноделия, так что она была почти в теме.
– Нам пришлось потратить некоторое время, чтобы понять, какой виноград предпочитает северные склоны, какой – южные. Но это помогло нам увеличить производство и лучше понимать свою лозу.
– Какой виноград, кроме санджовезе, вы используете чаще всего? – с видом знатока поинтересовалась Саша.
– Канайоло неро, фруктовый виноград с более мягкой кислинкой, и чильеджоло. Они придают вину свежесть и живость и особенно подходят для молодых вин, которые не хранят долго. Конечно, используем колорино для придания нашим винам темного, насыщенного цвета,– пояснила Риккарда.
Девушка никогда и не слышала о таких сортах винограда, но постаралась запомнить, вдруг Соньке пригодится, и важно покивала, понимаю, мол, молодцы.
У подножия склона ровные ряды виноградников сменились оливковой рощей.
– Кроме производства вина мы являемся крупным производителем оливкового масла, – похвалилась Риккарда. – Она показала на дегустационный стол, установленный под огромным старым оливковым деревом. – Здесь мы проводим дегустации.
Саша вдыхала свежий осенний воздух, и думала, что здесь собрано все, что она любит: оливковое масло, хорошее вино, холмы, роща, виноградник, старое поместье и хорошая компания. Ей очень комфортно в компании Луки, даже если их экскурсовод бросает на комиссара пламенные взгляды.
Наслаждаясь маслом, обмакивая куски хлеба в каждую из вазочек, Саша чувствовала себя в волшебном мире вдали от забот, от убийства, от всех неприятностей современной жизни. Простое совершенство, которое ни с чем не сравнишь. Хрустальные вазочки, словно наполненные солнечным светом, мягкий хлеб с хрустящей корочкой… как же хорошо, что они с Лукой сюда приехали!
Глава 5.
Саша проснулась от странного звука, словно сотни маленьких ножек бегали по крыше над ее головой. Лишь выглянув в окно поняла, что за ночь погода испортилась. Небо заволокли серые тучи без просвета, слабый осенний дождь монотонно стучал по крыше, по подоконнику. Туман накрыл луга за окном. Вчера она уснула сразу, как упала в кровать, никаких страхов не осталось, на них просто не было сил после насыщенного дня и свежего воздуха.
Лука уехал во Флоренцию после ужина, взяв обещание, сразу звонить при любой непонятной ситуации или новости. А впереди ждал не менее насыщенный день, вот только она никак не думала, что он будет дождливым.
Девушка быстро позавтракала, собралась и вышла во двор под навес в ожидании женщины из полиции. От вчерашнего теплого солнышка не осталось и следа. Тосканский ноябрь вступал в свои права, стало сыро и промозгло.
– Меня зовут Тереза, – протянула руку женщина, вышедшая из машины. – Поехали?
Саша воспользовалась дорогой, чтобы узнать все новости.
– Кто-нибудь видел здесь чужую машину в тот день?
– Мы всех опросили. никто не видел. Фермеры работали на полях, дома оставались лишь старики, которые заняты хозяйством и не смотрят по сторонам. Если Виллани приехала на машине, она бы припарковалась вон за тем холмом. Там есть отпечатки шин нескольких автомобилей, но не так просто найти, кому именно они принадлежат.
– Есть новости о Лучии?
– Нет, и никаких данных в базе на фамилию с медальона – Гренелли – тоже нет.
– Но как же так? Должны быть какие-то следы, медицинские карты, водительские права, не могла Лучия исчезнуть бесследно! А в доме? Что там нашли?
– Ничего. Сняли отпечатки пальцев – большая часть принадлежит Элене Виллане и ее домработнице, приходящей дважды в неделю. Несколько соседей сообщили,
