пока не критичная, догнать можно; но чем заняться, мне есть и без кабаков и карт.
— Ладно, я должен это всё обдумать, — вынужденно признался глава семьи, не будучи готовым именно к такому повороту событий. — Спорить и ругаться, пожалуй, не будем… А что готовишь?
— Да купил мяса, лука и картошки. Ещё овощей, шут его знает, как оно все в том пакете называется, — Масахиро указал взглядом на распотрошённые пластиковые поддоны в мусорном ведре. — Мясо жарю с луком, картошку — тоже жарю, но уже на жире от мяса, а овощи будут вместо горячего салата. Кстати, готово через полминуты! Вовремя ты подъехал, — Масахиро, обернувшись на мгновение через плечо, искренне и как-то по-новому улыбнулся отцу.
Далее приёмный ребёнок, продолжая поражать родителя до глубины души, бухнул на стол две большие тарелки.
— Будешь же кушать? — полувопросительно, полуутвердительно сказал он главе семьи, принимаясь за еду на своей стороне.
— Спасибо. — Сдержанно кивнул начальник отдела одной не сильно популярной среди простого народа финансовой группы.
Да и не особо известной, если честно. Потому что такие дела и бизнесы любят тишину.
— Вкусно. — Уже даже почти не поразился Ватару ещё через минуту, быстро съев всё предложенное. — Сиди, я сам возьму! Кстати, а зачем ты решил подать вилки, не палочки?
Последний вопрос был риторическим и ответа на него он не ждал.
Метаморфозы с ребёнком требовали осмысления. Желая чуть сменить обстановку, отец поднялся и прошёл к кухонной плите, чтоб положить себе ещё овощей.
— Ты что, на всех приготовил? Не на себя одного? — демонстративно спокойно уточнил Ватару, обнаружив на столике у плиты почти до конца заполненные готовой едой три чугунные посудины.
— Ну да, — словно бы не понял подоплёки заданного вопроса сын. — А что, что-то не так?
— Да нет, всё так… слушай, не могу не спросить. За какие деньги ты это всё покупал? С банковского счёта не ушло ни гроша. Из магазина я уведомлений о твоих покупках не получал, — пояснил свой интерес отец.
— Бумажными из бумажника расплатился, — пожал плечами парень.
— Ух ты. Ты на этой неделе не собираешься идти играть вообще? Если все бумажные деньги на еду для семьи потратил? — сделал логичный вывод родитель.
— Нет, играть не собираюсь. В спортзал пойду. Пока бежал из школы, видел пару штук по дороге. Решил, как уроки сделаю, сгоняю туда. — Масахиро чуть встревожено смотрел на родителя. — А чего ты напряжённый такой? Что не так-то?!
— Всё так. Спасибо за обед. — Ватару решительно хлопнул ладонями по столу. — Было очень вкусно. Я поехал дальше по делам. Ещё только пара вопросов… У меня в уведомлениях светится, что твоего смарта и концентратора в доме сейчас нет. Ты их что, где-то потерял?
— А-а-а, вот чего ты взъерошенный, — чуть неуместно посмеялся сын. — Нет, не переживай. Паренька знаешь с третьего блока? Доан Юдзи? Мы с ним на пару недель махнулись. С возвратом! — поспешил добавить Масахиро, глядя на выражение лица отца. — Хочешь — прямо сейчас его наберу, он подтвердит?
— Не надо.
Эта информация была более чем проверяемой, причём ровно за секунду. Разумеется, Ватару и собирался проверить, но не при ребёнке же, чтоб не травмировать пацана своим недоверием.
Слишком уж отличался его сегодняшний приёмный сын от всего, чем и кем он был раньше.
— Это твоя техника, ты вправе с ней обращаться так, как считаешь нужным. Если тебе удобнее бегать с этим допотопным хламом твоего нового товарища — это твоё личное дело. — Без экивоков пояснил отец. — Ну и если у тебя были какие-то свои основания помочь на время тому пацану, это я тоже понимаю… В ДЕЛА ТВОИ НЕ ЛЕЗУ.
Последнее было не совсем правдой, но декларировать всегда нужно то, что правильно. А не то, что хочется. Это потомственный член одной не слишком законной организации знал очень хорошо.
— Он сказал, что пару недель поиграет в каких-то турнирах с моего комплекта, — охотно подтвердил догадку родителя сын. — А мне пока и этой техники за глаза. Я решил чуть подправить приоритеты.
— Так ты и онлайн ни во что не собираешься эти две недели рубиться? — удивлению главы семьи по-прежнему не было предела.
Неужели он действительно…
— Пап, какой онлайн? — Ватару готов был поклясться всеми богами, что сын сейчас смотрел на него с сочувствием и даже снисходительно. — Химия, раз! Биология, два! Это если из совсем серьёзного. Ещё — история языка, собственно история и…
— Давай. — Коротко перебил возлияния финансист, предупредительно поднимая вверх раскрытые ладони. — Действуй. Я понимаю. Надеюсь, ты сейчас всерьёз… — не удержался он от ремарки. — И ничего больше в двойном дне не держишь? — тут он позволил себе толику вопроса.
— Только спорт. — Твёрдо сказал Масахиро. — Сегодня дрались с одним кренделем из класса. Я понял, чем буду заниматься дальше.
Он так и сказал: «буду», а не «хочу».
— Кстати, хотел тебя об этом расспросить, — сделал вид, что только что вспомнил, Ватару. — Мне из твоей школы звонили на эту тему. Говорят, ты ему деньги на живот высыпал при всех?
— Пап, по его морде с самого начала было видно: он унизить хотел. — Поморщился ребёнок совсем по-взрослому. — Ладно бы, был голый конфликт. Ну, пацаны есть пацаны, всё бывает… подрались — помирились. Но ему мало быть просто сильным самому, понимаешь? Он хочет, чтоб другие оставались при этом унижены. Не знаю, как словами ощущения передать… А мне всегда казалось, что сила должна быть доброй. Как минимум — конструктивной; и не гасить никого вокруг себя лишь затем, что ему так захотелось.
— Я приехал домой в середине дня именно из-за этой твоей драки. — Без перехода сознался финансист, не желая больше юлить хоть и с неродным, но своим ребёнком. — Хотел обсудить с тобой именно её. А сейчас вижу, что ты так разительно изменился за полдня. И я даже не знаю, как на это реагировать.
— Ну-у, проще всего будет, если ты задашь мне вопросы. — Чуть удивился услышанному Масахиро, поднимая правую бровь. — Только я посуду мыть при этом буду, хорошо? Чтоб бардака за собой не оставлять.
— Ты и в этом решил потренироваться? —
