послышался выстрел, и еще один из «резаков», замер на земле с простреленной головой. Ну да, ей проще, у нее смартлинк. Если техника спуска отработана, и ствол ты никуда при этом не дергаешь, то на близких дистанция и целиться практически не надо. Оптика сама покажет, куда полетит пуля. Впрочем, это для хорошего стрелка подспорье, а плохой только сильнее запутается, и будет мазать раз за разом.
Последний из оставшихся на этаже «резаков» резко перекатился в сторону, вскинул автомат. Я поймал его в прицел, и мы выстрелили одновременно. Однако он слишком торопился, задрал мушку, и его пули пролетели мимо меня. А я попал, причем, хорошо: прямо в глаз.
Попадание в голову. Повреждение оптического импланта. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Парень уткнулся лицом в пол, заливая его кровью, а я двинулся дальше.
— Нужна машина, — сказал я. — Ты можешь ее реквизировать?
— Могу, — кивнула девушка. — Но только зачем мне тебе помогать?
— Пули кто прав, а кто виноват, не знают, — ответил я. — «Резаков» наверняка ещё много, а если провозимся долго, то они нагонят еще людей. Меня-то убьют, хрен с ним, тебе себя не жалко?
— Ладно, — махнула она рукой. — Но сперва нужно добраться до стоянки. Там я смогу что-нибудь сделать.
— Тогда пошли, — кивнул я.
Мы двинулись дальше по ведущей к лестнице площадке. Я остановился за углом, высунулся и тут же высадил длинную очередь по двум бегущим в мою сторону «резакам».
Множественные ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.
Множественные ранения грудной клетки. Смерть в течение пяти минут.
Парни попадали друг на друга, словно кегли, сбитые шаром для боулинга, а я уже сменил магазин в автомате, и двинулся дальше.
Снизу послышались выстрелы. Пригнувшись, я метнулся к невысокому бортику, выглянул наружу и выматерился. «Резаки» приехали сюда на трех машинах, и внизу было еще столько же, сколько мы уже убили.
Одной из тачек, большим фургоном, они перегородили выезд с парковки. Часть парней пошли наверх, остальные остались внизу. Сейчас они попрятались за припаркованными на стоянке развалюхами, и принялись выцеливать нас.
Самонадеянные, однако. Я ведь как-то в одиночку целый сет перебил, а они всего пятнадцать человек сюда пригнали. Вот ведь пиджаки паскуды, а Фанат предупреждал, что и об этом инфа в сети появилась.
Впрочем, он все равно гондон, раз сдал меня Князю. Хотя с другой стороны, а кто не сдал бы? Если б старик не за мной охотился, то я бы ему что угодно бы рассказал.
Наверное.
Хотя, если бы не мое сверхъестественное чутье, за которое надо благодарить Князя, и обострившаяся паранойя, к чему он тоже немало причастен, они могли бы взять меня прямо в номере. Просто протупили. Был бы на их месте, просто забросил бы в номер пару гранат. Да, есть риск спугнуть цель, если она, например, была не внутри, или даже отошла в туалет, поэтому и решили сперва идентифицировать по голосу.
Сейчас сюда гранат хотя бы парочку, я бы им устроил веселое шоу. Хотя, чего это я, без взрывов теперь не могу что ли?
Кто-то заметил меня, и снова выстрелил. Я упал, перекатился, уходя с линии огня, пули продырявили бортик там, где я был секунду назад.
Развернувшись, я увидел, что Настя осталась за углом. Она умная, она молодец, на рожон лезть не стала. Ну а я… Лезть на рожон теперь — часть моей активной жизненной позиции.
Жаль, что телефон заблокирован, и нельзя ей позвонить. Координации так в бою не будет, конечно, вообще никакой.
Я показал ей жестом, что иду вниз. Она кивнула, мол, поняла.
Тогда я повернулся и пополз по пыльному бетону в сторону лестницы. Как я буду спускаться по ней под градом пуль я даже не представлял, не кувырком же в самом деле. Нет, с учетом модифицированного позвоночника риск сломать шею у меня минимален, но все равно это будет очень глупым решением.
Когда я добрался до места, снова повернулся. Девушка показала мне, мол, лезь вниз, я тебя прикрою. В руках у нее уже был автомат, подобрала с кого-то из убитых. Ну, будем надеяться, что ты и без смартлинка стрелять умеешь.
Я рванул вниз, и одновременно за моей спиной послышались выстрелы. Настя прикрыла меня.
Конечно, меня обстреляли, но не стал спускаться по лестнице до конца, а пробежал один пролет, схватившись рукой за перила, перебросил через них свое тело. Земля ударила в ноги, но я тут же сбил энергию перекатом, и спрятался за бетонным бортиком. Ну что ж, теперь меня отсюда разве что гранатой выковырять.
Я перекатился в сторону, высунулся и срезал короткой очередью одного из «Резаков», что оказался ко мне практически боком. Тут же перевел огонь на второго, заставил его залечь. Выстрелы на мгновение прекратились.
Я сменил магазин, и выругался. Дебил, блядь. В драку полез с двумя неполными. Ну ладно в начале не было времени с подсумками возиться, а потом-то кто мешал? Ладно, придется импровизировать.
Перехватив автомат одной рукой и уперев в плечо, я резко поднялся, перескочил через борт и рванул к ближайшей машине. Незамеченным мой бросок не остался, меня обстреляли, одна из пуль по касательной распахала кожу на животе.
Попадание в живот. Подкожная броня не пробита.
Оттолкнувшись обеими ногами от земли, я отправил свое тело в полет, разворачиваясь вправо. Активировал ускоритель рефлексов, и время практически остановилось. Поймал в прицел голову одного из «Резаков», утопил спусковой крючок, выпустив короткую очередь, тут же навел оружие на другого, снова выстрелил.
Приземление оказалось достаточно болезненным, по крайней мере, дух из меня выбило капитально.
Но обращать внимание на боль было нельзя. Против меня оставалось еще трое врагов, одного срезала Настя. И что-то меня беспокоило то, что она больше не стреляет.
Оставалось надеяться, что она решила просто сменить позицию.
Ускоритель рефлексов еще не перезарядился, а стимуляторов у меня не было. Да и в магазине оставалось чуть больше половины, если верить счетчику, который выводил интерфейс.
Я прижался к заднему борту машины, высунулся, и меня тут же обстреляли. Нет, все-таки, когда ты один против толпы — это не катит. Команду нужно по-хорошему. Хотя кто будет работать со мной? Да никто, я ведь террорист номер один в России.
Я перекатился, спрятавшись за следующую машину. Пули снова застучали по борту, но двигатель надёжно защищал меня. Лишь бы не загорелось ничего, и не взорвалось, превратиться в горящий факел мне совсем
