Он проскользнул рукой глубже, касаясь её через трусики, поглаживая её, пока она набухала и пульсировала в ответ. Он склонился над ней, провёл языком вверх по её животу, чтобы поймать ртом один из сосков, в то время как его палец проскользнул под её трусики и оказался глубоко внутри неё. Она вскрикнула, обхватив руками его голову, прижимая его к себе, в то время как он касался и гладил её. Затем он снова проложил дорожку из поцелуев вниз по её животу.
Она не могла восстановить дыхание. Её соски была такими чувствительными, что даже воздух заставлял её вздрагивать. Глубоко внутри её живота напряжение становилось всё больше и больше. Он не давал ей передышки.
Он нежно прикусил зубами кожу на её бедре, а затем смягчил боль языком. Она зажала его между своими бёдрами. Он поймал её ноги, раздвигая их шире, и встал на колени, глядя на её трусики. Подняв глаза, чтобы встретиться с ней взглядом, он покраснел ещё больше.
– Это самый сладкий вид. Твои трусики промокли и прилипли к тебе.
В её ушах стучала кровь. Это было... больше. Что–то происходило.
Он поцеловал её через белье, провел по нему языком и прижал к ней промокший хлопок. Мэган откинула голову назад, поднимая всё тело. Недостаточно, его всегда было недостаточно.
Одной рукой он ухватился за её бедро, удерживая её возле себя. Другая его рука отодвинула в сторону её трусики, а затем он начал целовать её, будто упиваясь. Она задрожала от накатывающих горячих волн удовольствия. Всё исчезло, кроме того, что давал ей Адам. Он оставался с ней, увлекая её выше, а затем спуская обратно нежными поцелуями, заставляя её снова будто разлетаться на части, пока она наконец не успокоилась достаточно для того, чтобы понять, что он возвращает её трусики обратно на место. Он навис над ней, снова не давая ей уйти, пока целовал её.
Её руки соскользнули вниз по его спине, пытаясь оказаться между ними, чтобы коснуться его. Она чувствовала его возбуждение. Он поднял её руки и зажал их между своей и её грудью. Прежде чем она смогла открыть рот, чтобы возразить, он произнёс:
– Знаешь, почему я оставил твои трусики на месте?
Она покачала головой, не понимая, к чему он ведёт. Она знала, что он хочет её. Ох, не навсегда, не на всю жизнь, а для секса.
– Если бы я снял их, я бы... – Он на несколько секунд сжал челюсть. – Этот вечер для тебя, Мэган. Я не могу взять на себя те обязательства, которые ты хочешь, я не тот мужчина. – В его глазах мелькнула агония. – Я не могу быть таким мужчиной. Никогда не смогу. Но я могу доставить тебе удовольствие. Доверься мне в этом.
В тот момент, когда его защита опустилась, она увидела Адама. И то, что она увидела, разбило ей сердце.
***
– Как прошло большое свидание? – Изображение Сиенны Уокер смотрело на него с экрана ноутбука.
Они часто работали вместе через "Скайп", когда Адам путешествовал. Прямо сейчас он избегал любопытного взгляда своей помощницы, сосредоточиваясь на электронной копии чертежей загородного клуба. Он изучил всё поле для гольфа, здания, хозяйственные постройки, запоминая каждую деталь.
– Где чертежи отеля?
– Я их жду. Первая копия не была обновлена после реконструкции, так что я им позвонила, и они выслали самый последний чертёж. А теперь перестань избегать моего вопроса.
Он перевёл взгляд со своего "Айпада" на экран ноутбука. Светлые волосы Сиенны были связаны в хвост, и на ней была рабочая форма. Сегодня она работала на дому, а не в офисе в Лос–Анджелесе. Её очки прятали худшие тёмные круги, но его нельзя было одурачить. Он ненавидел её истощение.
– Тяжёлая ночь? – Чёрт, он переживал за неё. Мешала ли ей работа со всеми этими парнями, друзьями Трейса, восстановиться? Удерживала ли её от скорби?
– Убери это выражение лица, босс. Я в порядке. Это ты сейчас спутываешься со своим прошлым.
Он откинулся на спинку стула и провёл рукой по своему лицу, взглянув на кухонный стол, который в настоящий момент использовал в качестве своего рабочего места.
Его охватило всплеском вулканического жара при воспоминаниях о прошлой ночи. То, как Мэг отвечала ему, как она смотрела на него. Она заставляла его чувствовать себя богом.
После того, как она ушла, он принял душ и позаботился о своей бушующей эрекции. Затем большую часть ночи он разбирал вещи своих родителей, находившиеся в коробках.
Фотографии.
Прошло столько лет, а он всё ещё не мог смотреть на них. Чёртов трус, вот кто он. У него были ордена, провозглашающие его героем. Он отдал все из них своему младшему брату. Оставил их на его могиле. Это был единственный раз, когда он вернулся в Сан–Диего, где был похоронен Брэйди.
Он почувствовал, как что–то тёплое коснулось его правой ноги. Посмотрев вниз, он увидел Элли. Она сидела рядом с ним, положив голову на его ногу. Она оставалась с ним, пока он решал, что делать с фотографиями. Сжечь их? Положить обратно куда–нибудь на хранение?
– Вот оно, я выезжаю к тебе.
Голос Сиенны вырвал его из мыслей. Борясь с призраками, он изучал компьютер.
– Нет. Я в порядке, – Произнёс он, сделав вдох. – Я виделся с Мэган прошлым вечером. Мы поужинали. Мы навёрстываем упущенное. Теперь можно поработать?
Он просил Мэган прийти сегодня, но она сказала, что занята. В воскресенье она тоже не могла с ним встретиться, но обещала позвонить на следующей неделе. Он старался быть терпеливым.
– Она упоминала, что её мама участвует в выборах в мэры?
Он моргнул.
– Кэтрин Янг? – Он виделся с ней пару раз, когда они с Мэг встречались. Оглядываясь назад, он задавался вопросом, почему Мэган позволяла ему по большей части избегать семейных событий.
– Уже Кэтрин Салливан.
Адам сел прямо, испугав Элли. Он положил руку на шею собаки, почёсывая её под подбородком, как ей нравилось.
– Вот почему я не узнал её имя, когда проверял график клуба. Она сегодня собирает средства на праздник в клубе.
– Да. Я уже купила тебе билет. Для бизнеса, конечно же. Тебе нужно проверить, как всё устроено, найти недостатки в организации безопасности. В конце концов, в клубе после "Золотого турнира" будет мясорубка.
Адам вздохнул.
– Почему ты так управляешь мной?
– Будь милым, иначе я пришлю тебе смокинг из местного магазина обезьяньих костюмов.
– Да, – сухо произнёс он, – это разобьёт мне сердце.
– Сарказм услышан. Ещё я забронировала для тебя один из гостевых коттеджей в загородном клубе. Его ты тоже захочешь проверить.
Адам знал, что делает Сиенна. Он рассказал ей о Мэган, что она была той женщиной, которую он не мог забыть. Что он не рассказал Сиенне, так это то, что никогда не станет тем мужчиной, которого она хотела. В Адаме были скрыты, заперты те вещи, о которых он не мог говорить. Он на самом деле не мог произнести эти слова. У него перехватывало дыхание, его душило чувство вины, когда он пытался что–то сказать. Он сильно напортачил. Единственное время, когда это выходило наружу, было в его ночных кошмарах.
