Читаем без скачивания Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Потому что ты и я — одно целое.

— Давай хоть напьемся вдоволь, — открыв бутылку коньяка, усмехнулся Волчара.

— Не хочу, — помотал головой сидевший перед телевизором Толик.

— Скучный ты тип, — наливая себе рюмку, заметил Волчара. — Мы уже три дня сиднем сидим в столице и посматриваем в окна, а порой в телик. Бабок, можно сказать, полные карманы и…

— Хватит, — бросил Анатолий. — У тебя одна пластинка. Сейчас про девочек по вызову начнешь. Знаешь, я верю Китайцу и считаю, что он все делает правильно. Наверняка скоро пойдем на дело. И сразу смотаемся из Москвы. Вот тогда, — подмигнул он насмешливо улыбавшемуся Волчаре, — и гульнем по-настоящему.

— А что по-твоему, — серьезно спросил Волчара, — означает «гульнем по-настоящему»? — Ну, — пожал плечами Толик. — Бабы. Полно выпивки. В общем…

— Понятно, — усмехнулся Волчара. — Гульнуть по-настоящему — это больше чем просто бухара с биксами. Это когда ты себя чувствуешь человеком с большой буквы. Не понравилась харя, врезал ему от души. Что-нибудь против сказали — убил. Гулять по-настоящему могут только те, кто чувствует, что ему жить осталось хрен да маленько. А таких считанные единицы. Я не про больных говорю, а о тех, кто чувствует, что за ним по пятам смерть ходит. Тем более сейчас пожизненное дают. Оттуда, я про зону для пожизненников, хренушки сорвешься. Хуже, чем «вышка». Представляешь, ты знаешь, что никогда не освободишься. — Он вздохнул. — Вот и мы на это натянули. Правда, скорее всего только Китаец ухватит по самое некуда. Мне лет двадцать пять впаяют. Тебе лет на пять — семь меньше. Людка «червонец» хапнет. Водилу нашего, по сравнению с нами, помилуют. Тоже лет двенадцать огребет.

— Хорош тебе каркать, — недовольно проговорил Толик. Волчара неожиданно расхохотался.

— Ты чего, — удивился Анатолий, — балдеешь?

— Бабушка моя, — посмеиваясь, проговорил Волчара, — тоже так говорила. Хорошая бабка была. Умерла, когда мне пятнадцать было. Я любил ее. — Вздохнув, Волчара сунул в рот сигарету. — С тех пор и курить начал. Надоело сидеть на месте, — неожиданно без перехода зло воскликнул он, — как в комфортабельной камере. — Подойдя к окну, глубоко затянулся и выдохнул дым.

— Ништяк пить и курить можно. Чего ждем?

— Юрий говорит, — начал Толик, — что дело крупное будет. И тогда сразу уедем.

— Это он так говорит! — рявкнул Волчара. — А я сейчас гульнуть желаю! Вдруг нас возьмут завтра! Или сейчас мусора с веселыми ребятами из ОМОНа нагрянут! Тогда что? На нас жмуров на каждого по одному. Ты это понимаешь? — Затянувшись, махнул рукой. — И будем в камере вспоминать, что бабки остались. Знаешь, как обида давить будет? Наш брат только тем и живет: хапнул мешок — и гуляй, пока…

— Поэтому и попадаются быстро, — перебил его Китаец. — Потому что живут одним днем. Украл, выпил — в тюрьму, — напомнил он слова Доцента из кинофильма «Джентльмены удачи». — Я не из них. И хочу, и буду жить по своим правилам. Если не устраивает, — жестко добавил он, — как говорят по-вашему — жопа об жопу и кто дальше прыгнет. Решай.

Несколько мгновений Волчара молча смотрел на него.

— Чего решать-то? — выдохнул он. — В одной упряжке. Просто если что-то надумал, то хотя бы разжуй так, чтоб ясно было. Лично я хочу знать, что и почем. Другие, — он мотнул головой в сторону Толика, — все на веру принимаю», а я ясность обожаю. Понял, Китаец?

— Я это давно понял, но, с другой стороны, ни у тебя, ни у меня выбора нет. Мы начали это вместе, и…

— Чем ты раньше занимался? — перебил его Волчара.

— Ты же блатной, — усмехнулся Китаец. — И знаешь, что подобные вопросы не задают.

— Я в курсе, что базарят, а что нет. Мы не на пересылке, где ты с кентами с одной зоны едешь. За нами…

— Все будет так, — жестко сказал Китаец, — как решил я, и советов мне не надо. Запомни это.

— Лады. — Явно недовольный, Волчара кивнул.

— Ну, — наливая вино, Артур взглянул на сидевшего напротив Русича, — как тебе здесь?

— Черт его знает. Я же по таким заведениям не хаживал. Вроде все комфортно. Даже руки вымыть хочется и вилку — в левую, а нож — в правую, — усмехнулся он. — А заодно салфетку подоткнуть под воротник.

— Ну, это уж слишком, — улыбнулся Артур.

— Что желаете? — Официант по-своему понял взгляд Русича в его сторону.

— Пару коктейлей, — сказал полковник. — «Кровавую Мэри». У вас их делают?

— У нас все делают, — угодливо улыбнулся официант.

— Точно все? — быстро спросил Артур.

— Абсолютно. — Федор понял, что Артур хочет о чем-то спросить официанта, но, видно, передумал и снова отпил пива.

— Неси коктейли, — буркнул он.

— Не мужицкое это дело. — Русич взял бутылку пива и поднес горлышко ко рту.

— Мужчина, — услышали они игривый женский голос, — прикурить не дадите?

За соседний столик села женщина. Большие лучистые глаза с вызовом смотрели на них. Русич вскочил, шагнул вперед и щелкнул зажигалкой. Артур, отвернувшись, усмехнулся.

— Благодарю, — прикурив, сказала женщина.

— Не за что, — буркнул Русич.

— Может быть, вы не откажетесь выпить со мной? Я терпеть не могу посещать подобные заведения одна. А в этом большом городе я никого не знаю. — Она бросила взгляд на полковника. — Ваш Друг не рассердится?

— Все нормально, — успокоил ее Русич. — Мы с ним только за столиком познакомились.Француз, — неожиданно для себя добавил он.

— Француз? — уставившись на Артура, недоверчиво переспросила она.

— Ну да. Но по-русски говорит отлично.

«Похоже, он решил меня сосватать», — мысленно усмехнулся Артур.

Он заметил женщину сразу, как та появилась в ресторане. Войдя, остановилась у входа и оглядела зал. Высокая, стройная, на взгляд Артура, современно, но не броско одета. Волнистые светлые волосы касались плеч. Но Артур быстро потерял к ней интерес. В его жизни женщины никогда не занимали много места. Он знал, что ни одна женщина не будет рядом с ним. На это у него была веская причина.

«Хотя, — покосившись на оживленно разговаривающего с женщиной Русича, усмехнулся он про себя, — одна из особ женского пола, пусть совсем неожиданно, но уже вмешалась в мои жизненные планы».

— Артур Викторович, — услышал он, — хочу представить вам…

— Ангелина. — Женщина с улыбкой протянула ему руку. Поднявшись, Артур осторожно пожал ей руку и почувствовал силу ее пальцев. Удивленно вскинул брови, но, отметив аккуратно подстриженные ногти, мысленно усмехнулся: «Со спортом у нее в порядке. Этому она уделяет достаточно времени».

— Вы действительно француз? — не удержалась от вопроса Ангелина.

— По национальности, — улыбнулся он, — русский и подданный нашей великой державы, но много времени провел во Франции. — Сказав это, упрекнул взглядом Русича. — Садитесь.

— Спасибо. — Она спокойно приняла приглашение. Артур, отставив стул, дал ей возможность сесть. — В Москве бываю часто, — достав сигарету, проговорила Ангелина, — но сегодня впервые решила пойти в ресторан.

— В командировку приехали? — давая ей прикурить, поинтересовался Русич.

— Нет, просто решила немного пожить в Москве. Появились лишние деньги, — весело добавила Ангелина. — И еще, — понизив голос, она заговорщицки посмотрела на него, — узнать, есть ли в столице настоящие мужчины.

Русич недоуменно взглянул на полковника.

— Мне нужна помощь, — сказала Ангелина. «Вот почему ты так спокойно обратилась к нам, — понял Артур. — Тебе нужны исполнители».

— Много вам задолжали? — спросил он.

Она рассмеялась:

— Теперь я верю, что вы много времени провели во Франции и мнение о нашей великой державе черпаете из газет. Я расслышала иронию в вашем голосе. Но нет, я не и>у ребят для выбивания долгов. Слава Богу, я не попадала в такие ситуации. Сама не должна, и мне тоже никто не должен. Просто хочу проучить…

— Мадам, — усмехнулся полковник, — вы ошиблись адресом. Мы не мстим за обиженных прекрасных дам. Если вам больше нечего сказать, то ариведерчи. — Он улыбнулся.

Ангелина резко встала.

— Вы меня не так поняли, — сухо проговорила она. — Я приняла вас за нормальных людей, которым можно сказать то, что…

— Разговор на эту тему, — перебил ее Артур, — портит нервную систему. О ревуар.

— Бон шанс, — улыбнулась она и отошла к своему столику.

— Похоже, тоже по-французски говорит, — удивился Федор. — Что она сказала?

— Удачи, — перевел полковник и улыбнулся. — Если бы она начала говорить по-французски, я бы сорвался на русский мат. Я знаю лишь несколько самых простых фраз, а дама, похоже…

— Грубо ты с ней, — сказал Русич. — Может, у бабы беда какая, а ты…

— Так в чем дело, мон ами, — усмехнулся Артур. — Вперед и с песнями. Даме нужен рыцарь, который начнет ломать за нее копья. Я себя к таковым не отношу. Оставь мне ключи от квартиры — и в добрый путь. Когда убьют, сообщи. Похороны организую.