могут сделать только верховные жрицы, а я… — я прервалась, вспомнив один важный факт из своего прошлого. — Эта книга за каждый проведённый ритуал требует жертву, которую ей полагается сожрать. Теперь понятно, почему твой дядя так боится, и почему все остальные попрятались! — Я отпустила книгу, и она с глухим стуком упала на пол. Я села рядом, облокотившись о распахнутые двери лаборатории. — Твой дядя провёл ритуал. Я не знаю какой, но он лишил его жизни. Он съел чью-то жизнь. Но самое страшное не в этом — для проведения ритуала нужна видящая. У нас в храме предатель.
— Если это так, почему эта видящая не забрала книгу с собой после неудачного ритуала?
— Я откуда знаю?! Испугалась и сбежала. А может, и… — Я многозначительно посмотрела на книгу.
— Папа не проводил ритуалов. Он только делал отвары.
— И от этого слабела его душа. Вот он и потянулся за ядом. Книга обычно не влияет на человека, если он не ранен душевно. Но если человек чем-то отягощён, он будет тянуться к этой книге всё больше и больше, пока она не съест его всего. Вот мы и попрятали их в храмах. Сейчас слишком мало людей, способных противостоять этой книге.
— Ты не ответила. Ты сможешь отвязать книгу?
— Смогу, но на это нужно время.
— А жертва?
— Она у меня есть!
Глава 15
Спрятав книгу в лаборатории и молясь про себя, чтобы лорд её не нашёл, я отправилась в свою комнату. К моему приходу Лися успела всё прибрать и поручить местному умельцу вернуть дверь на петли.
— На тебя кто-то напал? — чуть ли не со слезами на глазах спросила она, обняв меня.
Мне стало настолько хорошо от этих объятий, что я на секунду задремала. Но, вырвав меня из дремоты, Лися резко спросила:
— Кто?! — Она буравила меня взглядом. — Он тебе не навредил? — Она встряхнула меня за плечи. — Отвечай!
Дверь с шумом захлопнулась и тут же открылась.
— Всё сделано. Теперь никакая сила не сможет вырвать её из петель, — заявил вошедший молодой жилистый мужчина.
— Пар, язык за зубами! — с нажимом сказала Лися.
— Лись, ты же меня знаешь. Я нем как могила.
«Н-да, только вот не для всех могила немая…»
И меня осенило: могила! Влас должен быть похоронен где-то на территории замка. Если он погиб при ритуале, сомневаюсь, что его вообще похоронили. Но где может быть его тело и как давно он умер?
В голове было больше вопросов, чем ответов. Но Влас мне всё расскажет. Он просто обязан!
— Он ушёл, можешь рассказывать! — снова встряхнув меня, потребовала Лися.
— Нет, я успела убежать, — бесцветно ответила я. — У негодяя всё на лице написано.
Я села на кровать. Лися оглядела комнату, вспомнила, что табуретка разбита, и просто повернулась ко мне.
— Имя скажешь?
— Не хочу. Лися, как только его увидишь, поймёшь. Можно я переоденусь и примусь за работу? Мне нужно отвлечься, — жалобно произнесла я. Лися, видимо, прониклась.
— Хорошо, можешь не спешить. Я тебя жду. Постараюсь отвлечь тебя как следует.
После осмотра комнаты я поняла, что Лися убралась слишком тщательно. Ни одного стебелька кровавой слезы! Придётся ещё и на кладбище идти.
Этот вьюн рос только на могилах невинных дев.
Я подняла маленький кусочек незамеченного стебля и обречённо произнесла:
— Если так дальше пойдёт, то такой вьюн будет красоваться и на моей могиле. С моими успехами я скорее умру, чем выйду замуж.
И тут же усмехнулась, давая себе нерадужный ответ:
— Почему? Есть же тот, кто всегда готов помочь тебе избежать столь "ужасной" участи. Например, будь ты чуть менее быстрой, всё бы случилось…
Меня передернуло.
— Лорд ещё этот. Вот же! Дёрнул нечистый просить предсказания суженого! Нет, не может быть, чтобы это был он.
Хотя почему? Такой мне как раз и подходит: пытался себя убить, одержим книгой, ещё и влюблён в мёртвую жену. То, что надо для Миланы!
Приведя себя в порядок, я пошла работать, несмотря на то что сил практически не осталось. Но и оставаться наедине с мыслями было невозможно.
— Милана, тебе лучше? Может, сегодня отдохнёшь? Выглядишь неважно.
— Со мной всё в порядке, — ответила я Шинали, восемнадцатилетней помощнице.
— Лися сказала, что тебе совсем дурно.
— Она преувеличила. Со мной всё хорошо, — измученно улыбнулась я. — Что мне делать?
Закатив рукава, я приготовилась к работе, но не успела сделать и шага, как раздался голос почтальона.
— Два письма Милане Вицкой! — пророкотал седовласый мужичок с растрёпанной бородой.
Все посмотрели на него. Он, в свою очередь, оглядел нас и, не дождавшись ответа, повторил:
— Два письма Милане Вицкой!
Острые щупальца страха проникли под кожу. Что, если это письма из храма? Я провалилась? Узнали о книге?
— Это я, — вымолвила я и приняла два свёртка обычной бумаги. — Спасибо.
— От кого хоть письма? От любимого поди? — подмигнул он.
Я прочла имя отправителя. «Анналана Викольк». Узнав это имя, мои губы невольно растянулись в улыбке. Почтальон, видимо, принял это за ответ и, улыбаясь, закончил:
— Молодёжь! Ох, молодёжь…
Первое письмо принадлежало моей подруге из храма. Групповые задания мы выполняли вместе с ней и ещё двумя подругами.
Посмотрев на второе письмо, я почувствовала, как внутри всё сжалось. «Элизабелла Ораван.»
Ну вот, Милана, пришёл твой смертный час. Элизабелла просто так писать не станет.
— Милана! Вот ты где! — вбежал Иван. Я с трудом оторвалась от конверта.
— Лорд рвёт и мечет. Требует, чтобы ты немедленно пришла к нему. Он ждёт тебя в кабинете.
«Поработала…»— мысленно вздохнула я.
Наспех засунув письма в карман фартука, я побежала за Иваном, так как не имела понятия, где находится кабинет хозяина.
— Ты только не волнуйся. Он вспыльчивый с некоторых пор… Я служу у него уже пять лет и знаю, что он быстро остывает. Но когда вспыхивает… Короче, если он активирует Линг — беги. Мне это не раз жизнь спасало, — тараторил Иван, слегка повернув голову назад.
— Судя по твоим словам, сейчас он чертовски зол.
— Да так и есть. Не спрашиваю, что ты могла натворить. Мне неинтересно.
Ишь ты! Неинтересно ему…
— Спасибо за предупреждение.
— Не за что, — коротко ответил он и кивнул на простую деревянную дверь.
Я постучалась. После короткого:
— Входите!
Я вошла в кабинет.
Глава 16
— Садись! — с едва сдерживаемым гневом произнёс он.
— Зачем? — спросила я, прежде чем успела о чём-либо подумать.
Он медленно поднялся из-за стола и угрожающей походкой пошёл на меня.
— Сядь, я сказал! — От этих трёх
