— И откуда ты это взял? С такими параметрами?
Михаил ухмыльнулся. Ну да, для таких плетений и чтобы на ходу отслеживать в реальном времени, нужны только сильные маги. Это сейчас у них уникальный случай, когда даже нехватку опыта, образования, а также отработанной методики плетений можно легко заменить сырой силой. В их неожиданной команде — лучшие отпрыски боярского рода, который в том числе с помощью евгеники и подбора родителей несколько веков усиливал дар от поколения к поколению. Обычные рядовые инженеры или дефектоскописты со слабеньким даром не потянут, а сильным одарённым на такую ерунду расходоваться — это как гвозди золотым микроскопом забивать. Да и ниже дворянского достоинства это, такой ерундой заниматься, проще новую машину купить или механика нанять.
— Сам придумал. Никто не делает — мы будем первые. Наш шанс — делать так, как никто не делал. Это называется теория минимакса. Короче, пока я готовлю дом и запускаю ловушки, быстро пробуете тренироваться — и поехали.
— А я? — спросила Маша.– Чем мне заниматься?
— Ты стрелять умеешь ведь?
— Ну… отец немного показывал, говорил, что каждый обязан уметь стрелять, — Маша неожиданно всхлипнула. — Мама была против, и вот… Пригодится ведь, да?
— Да. Я занят за рулём, остальные следят за двигателем. Ты берёшь ружьё Пахома. Чтобы, если что, у нас был хотя бы один человек, который сможет открыть огонь немедленно.
На самом деле Михаил был уверен, что толку с этого будет ноль. Вряд ли Машу действительно серьёзно водили тренироваться в тир. Да и стрелять по живым людям — это совсем не то, что палить по мишеням, особенно первый раз. Но пусть чувствует себя нужной.
Когда машина выезжала за ворота, в салоне чувствовалось ожидание, напряжение, ощущение начинающейся тяжёлой борьбы. И даже природа словно ощущала то же самое. Если с утра у облаков не хватило решимости и силы нарушить безмятежную пустоту и голубой покой небосвода, пролиться хотя бы лёгким дождём на землю, то сейчас чёрные грозовые тучи неторопливо развёртывались вдоль всего горизонта, собираясь с духом для последнего решительного броска. С каждой минутой туманная рать всё сильнее темнела и сгущалась, собираясь с духом, чтобы наконец-то обрушиться молниями и самой настоящей бурей.
Глава 6
Дорога на Ярославль
Самый короткий и быстрый путь в город был по прямой дороге от охотничьего домика на шоссе и дальше по асфальтированной трассе. Но всем было понятно, что именно по этой дороге станет ехать группа захвата. Потому никого не удивило, что на первом же перекрёстке Михаил свернул на грунтовку, которая петляла через лес и местные деревеньки. Дождь нагнал беглецов через полчаса. Шумно плескала в стёкла окон вода, так что дворники еле справлялись, трещал и бухал гром, сверкали молнии, освещая стеклянную пыль дождя. Неприятно тёплая духота наполняла салон машины, но за окном лило так сильно, что попытка легонько приоткрыть окошко закончилась ледяным душем и дружным визгом на заднем сиденье. Что хуже — видимость безобразно упала, и некоторое время машина вынужденно плелась как черепаха. Хорошо ещё грунтовая дорога была достаточно накатана и не расползлась в болото. Однако постепенно капли били в стекло всё слабее и реже, небо и воздух перед машиной на глазах начали светлеть, а дождь стихать. Видимо, гроза шла достаточно узким фронтом или беглецов задело лишь самым краем.
В какой-то момент дорога окончательно просохла, и если бы не обстоятельства — путешествие доставило бы Михаилу огромное удовольствие. На осторожные касания руля и нажатие педалей трепетно и послушно отзывается раритетный автомобиль и при этом — зверь машина. Почти сотню километров пробежала бойко и весело, причём по не самой лучшей лесной дороге летела километров по пятьдесят в час, а иногда и более. Дорога утекала назад под колёсами, по бокам расстилались необозримые поля, окаймляемые лесами из тополей, то стройные лесные ряды берёз и осин, которым, кажется, и конца нет. Изредка у самой линии горизонта на глаза попадались небольшие деревеньки на десяток-другой дворов или же одиноко стоящие фермы. Останавливайся, ложись в поле среди поднявшейся, но ещё зелёной пшеницы и растворяйся в окружающей неге, ленивый и беспечный в непробудной тишине. Пикник в здешних местах составил бы неисчерпаемое наслаждение, если бы не причина, гнавшая беглецов вперёд. И всё равно настроение у всех заметно повеселело, зазвучали шутки, Женя неразборчиво замурлыкала себе под нос какой-то неторопливый мотивчик.
Дорога выскочила из леса очередной раз в поля и дошла до развилки. В бардачке имелся атлас дорог, именно здесь направо путь лежал в Ярославль, прямо — к поместью. Ошибиться нельзя, у самого леса вдоль дороги стояли заросшие кустарником красноватые скалы причудливой формы. Они же были отмечены и в атласе как приметный ориентир. Следы колёс в основном вели направо вдоль речушки и дальше, через мост на другой берег. Именно туда Михаил и свернул. И почти сразу Аня заорала в голос:
— Стой!
Михаил плавно затормозил. Наверное, надо было предупредить раньше, что они едут в город, но он всё откладывал разговор. Просто не мог заставить себя рассказать. Аня, едва машина замедлилась, резко открыла дверь и выскочила наружу. Отбежала в сторону на метр и вид у неё при этом был крайне недовольный. Михаил спокойно вышел следом и обошёл машину так, чтобы стоять напротив Ани. Почти сразу и остальные последовал их примеру, только заняли место чуть в стороне, сгрудившись вместе. И все молчали, как будто никто не решался нарушить глухую полуденную тишину. Даже птицы на деревьях и те щебетали как будто вполголоса, ветер не шелестел в листьях, и только кузнечики, притаясь в траве, трещали без умолку.
— Миша, ты сказал — нас будут ждать, — начала Аня. И сейчас в голосе слышались стальные нотки. Да, хоть и взбалмошная, хотя ещё почти девчонка, но она была дочерью наследника главы клана. — Зачем ты свернул к Ярославлю? Ты сказал, нас будут ждать, но единственная укреплённая точка в окрестностях — это поместье твоего отца. В условиях клановой войны город — это ловушка, значит, все наши должны отступить к поместью. Там казармы гвардии рода. Что ты не договариваешь?
Наверное, самым правильным было бы
