стыд — это результат влияния внутреннего критика, а внутренний критик подпитывается мыслями о стыде — налицо порочная взаимосвязь и взаимопревращение, проистекающие из нашей первоначальной заброшенности.
Смертельный двойной удар семьи и общества нокаутирует нашу эмоциональную природу, и для восстановления нам нужно реабилитировать свой врожденный эмоциональный интеллект. Это чрезвычайно важно еще и потому, что, как подчеркивал Карл Юнг, наши эмоции сообщают нам о том, что является важным для нас. Когда наш эмоциональный интеллект ограничен, мы часто не знаем, чего на самом деле хотим, и, следовательно, растрачиваем невероятное количество энергии при решении даже самых незначительных проблем.
По мере эмоциональной реабилитации осознанность, о которой мы говорили ранее, начинает распространяться на наш эмоциональный опыт. Это помогает нам остановить привычное дистанцирование от своих эмоций. Затем мы учимся оценивать свои эмоции и выбирать здоровые способы реагировать (или не реагировать) на них. Такое эмоциональное развитие позволяет нам увидеть собственные естественные предпочтения и находить более простые и оптимальные решения.
К концу длительной психотерапии один клиент признался мне: “Вчера я задумался обо всех моих открытиях за годы работы над собой и поразился тому, насколько сильно мои жизненные ценности теперь отличаются от культуры «мачо» родительской семьи. Сейчас я предпочитаю искусство науке, романы — научной литературе, садоводство — игре в гольф и времяпрепровождение дома с моей девушкой — вечеринкам в баре”.
Горевание как проявление эмоционального интеллекта
Горевание — это ключевой процесс воссоединения с нашим подавленным эмоциональным интеллектом. Горевание предоставляет нам доступ к полному набору наших эмоций. Проживание горевания необходимо, так как это помогает освободить и переработать боль о страшных потерях нашего детства. Эти потери подобны смерти части нас самих, и горевание может инициировать их возрождение.
Горевание и вербальная вентиляция
Горевание устраняет задержку развития, восстанавливая нашу жизненно важную способность к вербальной вентиляции. Вербальная вентиляция — это предшествующая скорби практика проговаривания чувств, позволяющего освободить и устранить эмоциональный дистресс.
Ниже описана последовательность шести картинок, которые наглядно демонстрируют преобразующую силу вербальной вентиляции. В первом кадре немого мультфильма женщина с темным облаком над головой разговаривает с подругой, над которой сияет солнце. Во втором кадре, когда первая женщина рассказывает о своих жалобах, ее туча закрывает солнце над ее подругой. В третьем кадре, когда ее гнев выходит наружу, из тучи вырывается вспышка молнии, и подруга скорбит вместе с ней. В четвертом кадре, когда подруга обнимает женщину, разделяя с ней горе слезами сочувствия, из тучи над ними проливается дождь. В пятом кадре, когда по их лицам растекается умиротворение, из-за темного облака вновь пробивается солнце. В шестом кадре обе они улыбаются, плавно переходя на приятную беседу, и солнце светит над ними обеими.
Эти картинки наглядно показывают силу вербальной вентиляции, которая является главным условием доверительности. Этот процесс также является ключевым в эффективной терапии. Она также является основным исцеляющим фактором в эффективной психотерапии, и вот пример того, как это происходит.
Клиент страдает от болезненных флешбэков. Он начинает сессию в состоянии эмоциональной регрессии и переживает сильную душевную боль. Он вербально вентилирует, проговаривая свое состояние с психологом. Он регрессирует в травмированного ребенка, плохо себя чувствует, часть его грустит, а часть злится. Он снова потерян в болезненных эмоциях своей первоначальной заброшенности, и это состояние похоже на смерть (и тут необходимо горевание!).
По мере того как он позволяет своим чувствам найти выражение в словах, клиент начинает говорить, плакать, и через эмоцию гнева проявляется его боль. Затем, прорабатывая свою боль, он постепенно выходит из своего флешбэка. Он возвращается к своим естественным повседневным ощущениям, которые говорят ему, что он больше не является узником своего травмирующего детства. Облегчение по этому поводу возвращает его к нормальной способности к совладанию. Если эмоция горевания достаточно глубоко проработана, то, как правило, в результате он ощущает прилив надежды и облегчение. Нередко возвращается чувство юмора, и смех перемежает его продолжающуюся вербальную вентиляцию. Этот смех обычно сильно отличается от саркастических, издевательских насмешек его внутреннего критика, который пребывал в нем в начале сеанса.
Порой внутренний критик настолько враждебен к гореванию, что его обуздание может стать главным приоритетом вашей реабилитации. До тех пор пока критик не будет достаточно обуздан, горевание может скорее ухудшать ощущения эмоциональной регрессии, чем выполнять восстановительную работу, которую инициирует процесс горевания.
Я работал со многими клиентами, которые были настолько травмированы гореванием, что нам нужно было потратить много месяцев на когнитивную переработку, прежде чем горевание освобождалось от токсичного влияния внутреннего критика. В главе 11 предлагается практическое руководство по восстановлению способности к гореванию.
Духовное исцеление
Смягчение потерь от заброшенности через усиление чувства принадлежности
Конечно, духовные убеждения являются предметом личной, а иногда и сугубо личной заботы, но я верю и надеюсь, что то, что я здесь пишу, не будет считаться прозелитизмом. Наоборот, моя цель — выделить психологические понятия, которые имеют нерелигиозный духовный аспект. Однако я знаю, что некоторые пережившие травму страдали в детстве от ужасающего духовного насилия,
и, если само понятие “духовность” как-то вас оскорбляет вас или является для вас триггером, пожалуйста, не стесняясь, пропускайте этот раздел. В этой книге можно найти и много других полезных советов.
Ключевым аспектом депрессии заброшенности в кПТСР является отсутствие чувства принадлежности к человечеству, жизни, кому-нибудь или чему-нибудь. Я встречал многих переживших травму, чей первый проблеск надежды “принадлежности” появился во время поисков, начинавшихся как поиски духовности. Не найдя ничего, кроме предательства в мире людей, они обращались за помощью к духовному миру.
Духовные поиски иногда подпитываются бессознательной надеждой обрести чувство принадлежности. Худшее, что может случиться с ребенком, — это быть нежеланным в его первичной семье, никогда не чувствовать себя ее частью. Более того, многие люди, перенесшие травму, не воспринимают практически ни одну социальную сферу как безопасную и дружелюбную.
Многие пережившие травму также не испытывают чувства принадлежности к традиционным или организованным религиям. Считая традиционную религию слишком похожей на их дисфункциональные семьи, некоторые жертвы травмы ищут более индивидуальные духовные подходы. Они обретают чувство принадлежности к чему-то высшему и более утешительному, читая духовные книги или занимаясь медитативными практиками. Это также позволяет им избежать опасности прямого человеческого контакта.
Другие пережившие травму находят духовный опыт принадлежности к чему-то высшему и достойному, общаясь с природой, слушая музыку или наслаждаясь искусством. Однажды я восхищался книгой, название которой сейчас не могу вспомнить, представлявшей собой сборник высказываний многих известных людей, которые испытали нуминозные переживания через непосредственное восприятие красоты природы.
Нуминозное переживание — это мощное волнующее чувство благодати, сопровождаемое ощущением, что за величием Вселенной, как и внутри вас, стоит позитивная мягкая сила. Это в свою очередь иногда дает глубинное осознание и принятие того, что вы являетесь ценным
