одной стопки, что-то пишут на ней, затем откладывают в другую стопку и берут следующую бумажку. И так далее и тому подобное; лист за листом, не поднимая головы.
Единственный другой предмет, кроме бумаг, на письменном столе – это старомодный дисковый телефон. Хелла вздрагивает, когда неожиданно раздаётся резкий пронзительный звук. На всех столах телефоны теперь звонят, и все родители как один поднимают трубки. Хелла прикладывает ухо к стеклу.
Очень приглушённо, едва разборчиво её мать произносит:
– Нет, извини, мне ещё нужно доделать работу. Ты можешь отвести её на водное поло?
Затем она кладёт трубку и продолжает перекладывать бумаги и писать.
– Хм, – говорит Энди.
Хелла смотрит на него.
– «Хм»?! И это всё? Я бы предпочла какое-нибудь объяснение или предложение, как вытащить их оттуда.
– Мы не можем этого сделать, – отвечает Энди.
– Ты даже не пытаешься!
– Хелла, они тут потому, что это испытание. И только они сами могут завершить его, если сделают всё правильно. Так было с нами.
Вилли встаёт на колени перед комнатой своего отца.
– Что это за испытание тогда? – интересуется он. – Они все делают одно и то же.
И опять звонит телефон. И снова Хелла вздрагивает – она вся на нервах. Снова родители синхронно отвечают на звонок.
Хелла спрашивает:
– Вилли, что говорит твой отец?
Мальчик прижимает указательный палец к губам и прислушивается.
– Он говорит: «Нет, извини, мне ещё нужно доделать работу. Ты можешь отвести Вилли к стоматологу?»
При слове «стоматолог» Хелла мимолётно содрогается.
– Странно, в точности как моя мать, только в моём случае это водное поло.
Мэгги подхватывает:
– А у моей мамы это моя танцевальная студия.
– Думаю, я поняла, – говорит Хелла. – Они слишком много работают. Во всяком случае, с нашими родителями всё обстоит именно так. Наша соседка, одна пожилая женщина, часто приходит присмотреть за нами.
Энди поднимает брови.
– Может быть. Наши бабушка с дедушкой постоянно на подхвате, когда мне и Мэгги нужно куда-нибудь съездить.
Вилли кивает.
– Моя тётя. Она говорит, что мамуля потому недостаточно строга со мной и позволяет мне есть кучу снеков, что так она чувствует себя менее виноватой из-за того, что так много работает.
Хелла тяжело вздыхает.
– Выходит, пока они отвечают по этому телефону, что им нужно доделать работу, они останутся запертыми в своих комнатах.
– Очень на то похоже, – соглашается Энди.
– Я думаю, у них осталось всего двенадцать минут и тридцать пять секунд, – говорит Мэгги.
Хелла собирается спросить, откуда она это знает, но тут видит, куда указывает девочка. На стене висят большие часы.
Энди объясняет.
– Это перекидные часы. Не спрашивайте меня, откуда я это знаю, но я где-то об этом читал. Листы, на которых цифры, опадают.
Тридцать пять делается тридцатью четырьмя, затем тридцатью тремя.
– Обратный отсчёт, – совершенно безо всякой нужды произносит Хелла.
Серж кладёт руку на стекло.
– А оно бьющееся? Мы можем его расколотить?
Хелла рычит.
– Это было бы слишком просто для этого отеля.
– Подождите минутку. – Серж выходит из комнаты и возвращается с высоким деревянным подсвечником. – Я всё же хочу попробовать.
Он разбегается с выставленным вперёд подсвечником, грохает им по окну… Тот отскакивает, как будто стекло резиновое. Мальчик болезненно приземляется на задницу, а подсвечник катится ещё дальше по полу.
Хелла подходит к нему.
– Ты в порядке?
Серж кривится в гримасе и неловко поднимается на ноги.
– Ага, кажется. Но синяк будет.
Мэгги указывает на его мать.
– Она даже головы не подняла.
Телефоны звонят. Хелле уже осточертел этот звук, который, наверное, она ещё не раз услышит в голове.
– Они отвечают одинаково, – говорит Энди. – Неужели они не понимают, что зациклились?
– Что? – спрашивает Мэгги.
– Цикл, повторяющееся событие, они зациклились, – поясняет её брат.
– Пф, так и скажи: повторяющееся событие, – фыркает Мэгги. – Мы можем остаться с ними? Тогда, если они дадут правильный ответ и получат свободу, мы будем все вместе.
– Да, действительно, это кажется лучшим вариантом, – отвечает Энди. – А ты что думаешь, Хелла?
Хелла кивает.
– Шанс, что мы заблудимся в этом отеле, слишком велик. Потом мы можем их и не найти. Но как нам следует поступить с теми картинами, которые попросили нас о помощи?
– Если наши родители выберутся из этих комнат, они могут помочь, – говорит Серж. – Они, вероятно, знают, как вытащить их из портретов.
Хелла кривит уголок рта.
– Они родители, а не волшебники.
– Чем больше людей, тем больше идей, Хелла, – замечает Энди.
– Но что, если они никогда не дадут правильный ответ? – вспыхивает Хелла. – И вообще, мне это не кажется такой уж хорошей идеей.
Серж потирает ушибленное место.
– О, там была ворона на стойке ресепшен, когда я проходил мимо в поисках подсвечника. Она даже не взлетела, так и стучала клювом по дереву.
– Ты уверен? Я видела только пылищу, – удивляется Хелла. – Администратор просто редкостный лентяй.
– Ну конечно, я уверен, – отвечает Серж. – Я уж как-нибудь опознаю ворону!
Хелла подходит к двери. То, что ворона сидит там, должно что-то значить, и до сих пор вороны им только помогали. Остальные следуют за ней.
Девочка оборачивается.
– Держите дверь открытой, вставьте что-нибудь в проём.
Но слишком поздно. Дверь с грохотом захлопывается за Вилли. Мальчик подпрыгивает в испуге и пытается снова её открыть.
– Заперто!
Энди тоже пробует, но без толку.
– О нет! – вскрикивает Мэгги.
Тогда раздаётся тройной стук.
ТУК-ТУК-ТУК.
Глава 18
На стойке действительно сидит большущая чёрная ворона[1]. Она, кажется, смотрит прямо на Хеллу, и когда девочка подходит к ней, та продолжает спокойно сидеть.
– Привет, миз Ворона, – негромко произносит Хелла. – Что ты хочешь мне сказать?
Птица подаётся вперёд на лапах и снова троекратно стучит в стойку.
– Я тебя не понимаю, – говорит Хелла.
ТУК-ТУК-ТУК.
Хелла почти слышит её мысли: ты глупая или что? Затем ворона отлетает за стойку. Хелла смахивает пыль и перегибается через столешницу, но она слишком широкая, чтобы можно было разглядеть, что находится за ней.
– Я пойду посмотрю, – предупреждает она и заползает на стойку.
– Сеструха, будь осторожна, – советует Серж.
– Да, да, – отмахивается девочка.
Лёжа на стойке, она видит, что ворона ждёт её на другой стороне. Да как вообще птица сюда попала, недоумевает Хелла. Она не видела нигде открытых окон. Ну не важно. На полу нет ничего особенного, кроме опять-таки пыли. Однако девочка видит деревянные полки, а на них нечто похожее на книгу. До неё не дотянуться, так что делать нечего, ей придётся перелезть через стойку.
– Мальчики! – восклицает она.
– И девочка, – прибавляет Мэгги.
– Там, мне кажется, книга, – говорит
