- Хорошо.
Выхожу из комнаты и думаю: с чего папа так разволновался? Да, ситуация плохая, но мне впервые пришлось увидеть его в подобном состоянии. Будто меня действительно собирались убить, это было спланировано, и попытки, несомненно, повторятся. Странно. Не ожидала услышать от него столько нравоучений после сегодняшнего сухого утреннего разговора. Может, на работе проблемы, и поэтому его настроение так резко меняется?
Спускаюсь на первый этаж, вижу за столом Сашу и недовольно скрещиваю на груди руки. Сейчас я выскажу ему все, что накипело. И пусть он даже не думает отделаться.
ГЛАВА 3. ПОБЕГ.
Утром просыпаюсь под протяжный стон будильника. Сонными глазами осматриваю комнату, стол, со сваленными на нем учебниками, окно, зеркало. Приподнимаюсь на локтях и выдыхаю громко-громко, словно выталкиваю из себя все плохие мысли, воспоминания и предрассудки. Сегодня обычный день. Все будет нормально. Надо просто забыть о вчерашнем и влиться в рабочую колею.
Правда, как это сделать, если в пятницу придется ехать с папой в участок?
Закатываю глаза и валюсь обратно в кровать. Поспать толком не удалось. После того, как мы приехали из поселка, я не смогла и на минуту утихомирить в груди странное чувство паники. Решила сделать уроки на завтра, уроки на послезавтра. Затем прочитала пару глав Толстова: все пытаюсь добить Анну Каренину – тезка ведь. Потом еще долго и упорно сидела на полу, складывая скомканные вещи из шкафчика. И только к половине четвертого удосужилась лечь в постель. Лечь и заснуть, собственно, разные понятия. Поэтому отрубиться мне удалось только к пяти утра. Сейчас девять. От осознания того, что я отдохнула всего часа четыре, хочется заорать во все горло, но я как всегда подавляю в себе желание проявить хоть какие-то эмоции. Стискиваю зубы и невозмутимо вылезаю из-под одеяла. Взрослые люди не позволяют себе обнажать слабости. И я не позволю.
Зевая, одеваюсь, бужу Сашу. Прошу его опять подвести меня до института, потому что ехать на автобусе нет настроения, или, если быть честной, нет смелости. Готовлю нам завтрак, затем мою посуду, протираю стол, обуваюсь, выхожу из дома, сажусь в машину, и даже не догадываюсь, что нахожусь в состоянии критического анабиоза. Делаю все на автомате, боясь того, что на секунду отвлекусь и ненароком подумаю о вчерашнем дне. И, возможно, со стороны это выглядит глупо – Саша то и дело бросает на меня косые взгляды – мне все равно. Главное сосредоточиться на чем-то одном. Например, на учебе. Как я всегда и делала. Отличный способ сбежать от проблем: полностью погрузиться в работу. Голова забита психологией, английским, философией, и не остается времени на мысли о чем-то таком, что заставляет все тело дрожать, как при тридцатиградусном морозе.
Саша все так же вальяжно переключает передачи. Говорит что-то, наверно опять пытается быть старшим, грозным братом. Но у него не выходит. Совсем. Когда я на него смотрю, то вижу ленивого блондина, единственный раз в жизни, проявившего решительность, выбирая цвет дивана в гостиную. И мне хочется почувствовать себя защищенной, хочется почувствовать себя в безопасности рядом с ним, но я не могу. И не потому что не хочу. А потому что не ощущаю от Саши того, что заставило бы меня спокойно выдохнуть. Наверняка, это предрассудок, однако его сложно побороть. Когда ты проводишь рядом с человеком слишком много времени, волей не волей, ты начинаешь видеть его таким, каким привык видеть. А не таким, какой он есть на самом деле.
В институт я приезжаю за пятнадцать минут до начала занятий. Саша обещает отвести меня обратно, напоминает, что я всегда могу ему позвонить.
- Не волнуйся, - открывая дверь, прошу я. – Со мной все будет в порядке. Давай просто попробуем выкинуть вчерашние события из головы? М?
Ох, если бы все было так легко.
Брат кивает. Одаряет меня очередным беспокойным взглядом и отворачивается. Я лишь вздыхаю. Да, Саша не может успокоить меня: разве в такой ситуации это возможно? Однако он все равно придает мне уверенности, решительности. Я не могу быть слабой рядом с ним хотя бы потому, что не хочу его пугать, не хочу, чтобы он волновался или переживал. И, по-моему, это отлично. Отлично, что ради него я стараюсь быть храброй.
Наблюдаю за тем, как машина скрывается за поворотом, и вновь поворачиваю голову в сторону института. Он красивый. Раньше я никогда не обращала на это внимания, принимала архитектуру здания за обычное последствие пятидесятых годов: реконструкция и все такое. Что ж, зря я закрывала глаза на такие простые вещи. Институт огромный, с широкими, белыми окнами и расписными стенами. Даже утром его освещает слабая подсветка. На несколько секунд меня поражает чувство гордости. Да, я учусь здесь, и, да, я не жалею об этом.
К слову, данный порыв мимолетен. Я вдруг вспоминаю о том, что прибывать в данном учреждении и учиться в нем вещи абсолютно разные. Правда, долго порассуждать на эту тему не удается. Перейдя дорогу, я примерзаю к месту. Просто прирастаю к земле. Собираюсь сказать что-нибудь, чтобы хоть как-то выразить свое смятение и удивление. Но я не произношу ни звука. Лишь заставляю ноги вновь сдвинуться с мертвой точки, заставляю лицо стать немного мягче и заставляю свое сердце стучать чуть спокойнее. Естественно, каждое из этих желаний едва ли исполняется.
Около входа в институт стоит странная незнакомка. Вновь в черной куртке, в черных ласинах. С зелеными, яркими глазами. Она улыбается, когда понимает, что я не собираюсь кричать и нестись прочь от нее в обратную сторону, и вскидывает брови.
Мой первый порыв просто пройти мимо: мол, стоит себе и стоит. Мне-то до этого, какое дело? Однако план оглушительно проваливается, едва между нами остается три свободных метра. Шатенка отталкивается от стены и говорит:
- Привет.
Привет? Я еле сдерживаю в горле смешок. Уж очень странное начало диалога. Хотя, может, и не странное. Господи, что со мной?
- Привет. – Вскидываю подбородок и неуверенно останавливаюсь напротив незнакомки. Пожимаю плечами. – Ты что-то хотела?
- А ты ничего не хотела?
Сужаю глаза. Складываю на груди руки и признаюсь:
- Возможно.
- Возможно?
- Возможно, я хотела сказать тебе спасибо. Как-никак ты спасла мне жизнь, кажется. Я должна быть тебе благодарна за это.
- Хм, - только и тянет девушка. Осматривает меня с головы до ног, изучает лицо, руки, одежду. Затем как-то неуверенно хмурит лоб. – Тебе бы сейчас уехать вместе с братом и переждать пару дней вдалеке от города и проблем.
- Откуда ты знаешь, что у меня есть брат? – я ошеломленно вскидываю брови. Это становится уже не просто странным. Данная ситуация начинает меня пугает. – Мы разве знакомы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
