управлять своим мозгом. Благодаря бурной и долгой биологической эволюции наш головной мозг хорошо приспособлен для удовлетворения простейших инстинктов. Его затейливыми и подлыми приёмами добывания еды (денег) можно бесконечно возмущаться, но в этом занятии наш мозг неподражаем. Все помыслы и последующие действия направлены на приобретение максимального благополучия при минимальных личных затратах. Столь же положительно наш мозг относится к реализации важнейших инстинктов размножения. Как для переноса генома в следующее поколение, так и для приятной имитации этого занятия он готов на смелые и головокружительные подвиги. С огромным энтузиазмом мозг стимулирует своего хозяина тратить силы, время и деньги на самые нужные и желанные для приматов способы проявления доминантности. Демонстрация личных материальных, социальных или репродуктивных достижений легко становится смыслом и единственным содержанием очень многих жизней. В большинстве случаев этим занятиям предаются по собственному желанию, от появления первой возможности и до окончания бытия.
Не вызывает сомнений, что перечисленные выше интересы составляют основу биологического содержания жизни приматов, но к осмысленной жизни человека отношения не имеют. Попробуем понять, как справиться с этими обезьяньими обременениями нашего мозга и поискать в себе что-либо от человека разумного. Для этого необходимо ознакомиться с принципами организации нашего мышления. В его основе лежит нейробиологический результат двух эволюционных процессов, которые последовательно отразились на конструкции центральной нервной системы. Наиболее древним приобретением нашего мозга является лимбическая система, сформировавшаяся как наследуемая форма инстинктивно-гормональной регуляции поведения. Именно она детерминирует врождённую страсть к пище и её занимательным социальным производным. Как правило, она реализуется через осуществление неукротимых желаний плодиться и выпендриваться друг перед другом. Весь древний и многообразный комплекс центров мозга, которым обеспечивается работа этого поведенческого механизма, носит название лимбической системы. Он является врождённым, видоспецифическим и никакого отдельного обучения не требует. Лимбическая система составляет около 10-12% массы и расходует на своё содержание около 10% метаболических и энергетических затрат мозга. Она контролирует гормональный комплекс регуляции жизни, что наделяет её огромным влиянием на поведение.
Лимбической системе противостоит неокортекс, или новая кора, которая занимает всю поверхность головного мозга с бороздами и извилинами. На неокортикальный комплекс приходится около 80% массы мозга и такое же количество метаболитов, энергии и кислорода. Учитывая энергетические различия в работе лимбической системы и неокортекса, нетрудно догадаться, чем нам выгоднее пользоваться каждый день. Не вызывает сомнений, что вести обезьяний образ жизни очень приятно, экономически выгодно и до поры до времени безопасно. По этой причине лимбическая система с её примитивным биологическим содержимым определяет самосознание людей намного чаще, чем хотелось бы. Она побеждает в мотивации поступков, диктует логику самых ответственных решений и ни за что не отвечает. Эти её безобразия принято называть страстями, интуицией и обезьяньим подсознанием, которое никакому рассудку не подчиняется.
Здравомыслию корковых структур большого мозга очень трудно противостоять спонтанным решениям и понятной биологической логике. Все рассудочные расчёты сталкиваются с одной огромной проблемой – неочевидной полезностью конкретного поступка. Каждый осмысленный шаг, построенный на анализе ситуации, взвешивании рисков, оценке самых мелких противоречий и препятствий, требует постоянных доказательств своей правоты перед интуитивной лимбической системой. В рамках непонятно откуда берущихся спонтанных желаний всё просто и понятно. Принцип "захотел и сделаю" не требует никаких интеллектуальных усилий. Все планы и последовательность действий появляются как бы сами собой и не вызывают никаких сомнений. Это прекрасное состояние лёгкости бытия услужливо генерируется первичным полуобезьяньим сознанием и не требует напряжённой работы мысли (Савельев, 2024).
Совсем другие расходы предполагает произвольное кортикальное мышление. В этом случае интуиция абсолютно бессильна, а на сцену выходят очень дорогие и редкие актёры нашего мозга. Для принятия взвешенных и разумных решений требуются обширные знания. Их можно получить, только затратив много времени и сил, хотя их непосредственная польза далеко не очевидна. Не менее важны личный опыт и практическое здравомыслие, уже проверенное на практике. Это столь же затратный компонент кортикального мышления, как и знания. Перечисленные составляющие очень дороги, но усердием и упорством их можно приобрести хотя бы теоретически. К сожалению, есть и третья составляющая, которую можно заполучить только случайно от родителей. Речь идёт о конструкции мозга, которая даёт попользоваться неокортексом не для обслуживания лимбической системы, а для произвольного мышления. При самом оптимистическом сценарии им обладает около 30% населения, а может побаловаться около 10%.
Допустим, что читателю повезло и он является одним из десяти процентов обладателей искомой конструкции мозга. Представим себе, что владелец заветных способностей получил достойное образование и воспитание. Однако и этот вариант становления личности не гарантирует возникновения произвольного мышления. Слишком много соблазнов стоит на пути даже самого способного человека. Доля биологических стимулов для получения обезьяньих удовольствий в созревании мозга так велика, что преодолеть их можно с огромными потерями. За умение пользоваться благами третичного сознания и произвольного мышления придётся дорого платить всю сознательную жизнь (Савельев, 2021б).
Результатом становится вполне предсказуемое раз двоение личности. С одной стороны, решение возникшей проблемы предопределяется осмысленным анализом происходящей ситуации за счёт огромных ресурсов неокортекса, знаний и личного опыта. С другой стороны, через лимбическую систему действует видовой инстинктивно-гормональный механизм, лежащий в основе интуитивного поведения. При выборе между двумя вариантами решений основную роль играют социальные инстинкты, накопленные в среде обитания конкретного человека. Жизнь среди гоминид с пониженной социальной ответственностью и архаичными традициями биологического происхождения обычно предопределяет лимбический выбор предпочтений. Именно в этот момент решающим оказывается наличие или отсутствие образования, воспитания и личного сочетания скрытых человеческих ценностей.
К сожалению, в большинстве случаев личный выбор склоняется к лимбическим решениям. Рассудочные предпочтения откладываются на светлое, беззаботное и безбедное будущее, которое никогда не наступает. Не следует думать, что все инспирированные лимбической системой поступки неизбежно вредны. Скорее наоборот. Дело в том, что осознанный механизм кортикальных решений вырабатывается в результате огромных затрат на индивидуальное развитие и образование человека. При этом даже многолетние усилия по саморазвитию не могут гарантировать абсолютно верного и осмысленного поступка. Результатом становятся половинчатые интуитивные решения, которые используют кору большого мозга как вспомогательный ресурс.
Таким образом, в нашем мозге всю жизнь параллельно действуют две альтернативные системы принятия любых значимых решений, а у талантов и гениев к ним присоединяется ещё и третья (Савельев, 2024). Однако сами глубинные механизмы взаимодействия между неокортексом и лимбической системой намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. На сегодняшний день стало понятно, что таких систем несколько и они созревают в индивидуальном развитии в разное время. Это говорит о том, что "очеловечивание" нашего мозга происходило медленно и потребовало больших эволюционных затрат. Для приобретения инструментов борьбы с лимбической системой пришлось решить
