– Это – солдаты… – схватив Ольгерда за руку, заорал я. – Посмотри на его ладонь!
– Угу. Заметил уже… – хмыкнул Коррин. – Там, на площади, их было всего шестеро. Тут, видимо, основная масса…
Первый виток закручивающейся по часовой стрелке лестницы мы пробежали без труда. А вот перед самым выходом на второй этаж впереди загрохотало, и прямо мне под ноги выкатилось тело, из перерубленного горла которого хлестала кровь…
– Что за придурок полез поперек батьки? – взвыл Глаз, вглядываясь в лицо умирающего солдата.
– Не наш… – успокоила его Беата. – Все, кто с нами – сзади…
– Не лезьте… Я один… – запредельно ускорившись, Ольгерд метнулся вперед и исчез за поворотом. Практически сразу наверху лязгнула сталь, потом раздался хрип, звук удара железом о камень и несколько диких воплей, очень напоминающих мат…
– Олежка их достал… – расхохотался Вовка. – Иначе бы они так не матерились…
– Он может… – подтвердила Беата, и, не дожидаясь разрешения двигаться дальше, рванула вслед за братом…
На площадке третьего этажа кипел бой. Человек двадцать атакующих упорно пытались взломать строй перегородивших коридор защитников дворца и, судя по всему, были близки к успеху – три из четырех щитов, все еще зажатых в руках еле стоящих на ногах солдат были иссечены до предела. Как и доспехи всех шестерых мужчин, выполняющих свой долг.
– Бессовестный! – увидев, что ее брат уже врубился в спины орудующих мечами оборванцев, взвыла Беата и метнулась вслед за Коррином в самую гущу схватки.
– Назад! – тут же заорал он. – Быстро!!!
Хвостик выполнила команду, не задумываясь. А бегущий за ней Вовка – не успел. И нарвался на совершенно безумный шквал ударов выкатившегося из-за своего товарища двумечного мужика.
Еще один такой же, толкнув под клинок догоняющего его Ольгерда не успевшего ничего сообразить молодого парня с дубинкой, вытянулся в струнку и нанес уходящему от удара Щепкину страшный удар в грудь…
– Вовка-а-а!!! – истошный крик Беаты резанул меня по ушам, и я зажмурился, чтобы не видеть, как лезвие клинка выходит из спины друга…
Глава 8
Хранитель Эол
…Вызов Ольгерда заставил меня прервать Ремезова, с пеной у рта рассказывающего о захвате заложников.
– Да, слушаю! – активируя сенсор включения изображения, буркнул я. – Мы на подлете. Будем на поляне через…
– Это я, Эол! – перебил меня голос баронессы Золиа. – Ольгерд и остальные ушли в портал…
– В какой на фиг портал?! – заорал Сема. – Вы где?
– Около этого чертового камня… – всхлипнула Клод. – Он уже закрылся!!!
– Не реви! – Ремезов повернулся ко мне и поинтересовался: – Где она, определить можешь?
– Уже летим… – скорректировав курс по координатам маршрутизатора Ольгерда, пробормотал я, и, включив автопилот, жестом попросил Сему заткнуться: надо было связаться с искином берлоги. Все время, оставшееся до приземления рядом с Клод, я провозился с расчетами и к моменту, когда челнок замер над верхушками деревьев, впал в прострацию: Коррин ухнул в портал четвертой категории. В портал, для гиперактивации которого необходимы мощности, в два и четыре десятых раза превосходящие возможности моего логова…
Аппаратура челнока подтвердила информацию, полученную со спутника, – остаточное излучение портала соответствовало четвертой категории. И я, подобрав расстроенную до предела баронессу, набрал Маныша…
– Что с твоим лицом? – ответив на входящий звонок, он удивленно посмотрел на меня и, что-то сообразив, метнулся к своему терминалу.
– Угу… – дождавшись, пока он просмотрит результаты моих запросов и расчетов, подтвердил я. – Представляешь?
– Везением это не назовешь… – что-то набирая на консоли, буркнул он. – Вероятность такого события – один к триллиону… Вот тебе и стихи…
– Так, кто-нибудь скажет, что там была за хрень, и где сейчас ребята? – зарычал Угги, обычно отличавшийся ангельским терпением.
– Зачем-то вломились в портал… Причем портал очень хитрый… – вздохнул я. – Так называемая четвертая категория.
– Что в нем не так? – мрачно спросил Ремезов.
– Ну, во-первых, срок автоактивации очень высок. Конкретно у этого – я сверился с цифрами на терминале, – около двадцати четырех лет по времени Элиона.
– Ни хрена себе… – присвистнул Сема. – Пацаны попали… А что во-вторых?
– Во-вторых, чтобы его открыть принудительно, потребуется мощность почти трех таких комплексов, как мой. То есть этот способ на грани нереального… В-третьих, вероятность открытия этого портала при автоактивации – чуть больше сорока процентов. В общем, он откроется либо через двадцать четыре, либо через сорок восемь, либо через семьдесят два года!
– Охренеть… – обняв за плечи расстроенную жену, Ремезов прижал ее к груди и ошалело посмотрел на меня: – Слышь, Эол, а давай сопрем на Земле какую-нибудь бомбу. Ну атомную, нейтронную… Вы придумаете, как энергию, полученную при взрыве, направить на этот долбаный портал, и мы заберем оттуда ребят?
– Смеешься? – грустно пробормотал я, представив себе эту картину. – Если бы это было возможно…
– А куда именно их кинуло, определить можно? – перебил меня Угги. – Может, туда можно попасть через другие порталы и миры?
– Боюсь, что цепочка может оказаться слишком длинной… – задумчиво посмотрев на внимательно слушающего наш разговор Маныша, пробормотал я. – Но рассчитать можно… Ладно, летим в берлогу. Маше сообщим потом. Когда все прояснится…
– Постой! В какую на фиг берлогу? – вырвавшись из объятий мужа, заорала Клод. – Там, внизу, куча тел гостей из того, смежного, мира! Может, прихватим одного из них для исследования? Хоть поймем, смогут ли там ребята дышать, есть, пить!!!
– Гостей? Где?
– Вот, деревеньку видишь? Мы там положили человек десять, если не больше… И тут, в кустах, я видела пару трупов… Но этих били не мы…
…Мир за порталом нами исследован не был. По крайней мере, в каталоге службы такой не значился. Но сутки с лишним, которые потребовались искину для анализа, мы прождали не зря: жить на планете было можно. Правда, не всем – если бы Ольгерд не оставил баронессу у Портала, дня через четыре с момента перехода она бы умерла. Гарантированно. С автомедом протянула бы месяца два. Но в коме – антител против весьма агрессивных микроорганизмов, обнаруженных при исследовании трупа, у нее не было и быть не могло. Ольгерду и его компании такая напасть не грозила – прощальный подарок Джо и Деборы, нанотельца в крови, должны были адаптировать организмы к новым условиям окружающей среды где-то дней за восемь. По моему мнению, им даже автомед был не нужен – возможностей «подарка» хватило бы с лихвой. Сема, услышав об этом от Маныша, побледнел и, вцепившись в руку Клод, пробормотал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
