Получив подтверждение их преступной деятельности, полиция начнет поиск всерьез. Допросит персонал и жильцов отеля. Описание беглецов будет разослано полицейским постам по всей планете. Через два-три часа д'Аламберы будут объявлены во всепланетном розыске.
Это, как они считали, была важнейшая часть их плана. Пришло время просить помощи у новых приятелей. Кордоба была выбрана не случайно, с этой планеты исчезло больше преступников, чем с какой бы то ни было другой. Но это отнюдь не значило, что им помогут. Заговорщики укрывали преступников родом только с этой планеты, имеющих к тому же большой послужной список. Д'Аламберы надеялись, что по своим делам они достойны того, чтобы их рассматривали как перспективных членов организации.
Если им не удастся войти в контакт с заговорщиками, дело плохо. Они станут объектами такой охоты, которой эта планета еще не видывала. Все отлетающие корабли, включая и их собственный, будут тщательно досмотрены. Возвращение всего награбленного не снимет с них вину за то, что они сделали, и охота на них будет продолжена. Если их схватят, они даже не смогут открыть свои истинные имена, ведь это нанесет непоправимый удар по деятельности Службы Имперской Безопасности. Им, как и всем преступникам, придется отбывать наказание в тюрьме.
План должен сработать. У них нет другого выхода.
Они подождали часа три, пока новость о Дубчеках не проникла в ряды преступников. Затем, убедившись, что люди только о них и говорят, попытались по видикому связаться с некоторыми из новых приятелей.
— Нас разыскивает полиция, — говорили они им, — нам нужно спрятаться, срочно. Сможете помочь?
Чаще всего на другом конце просто прерывали связь, не удосуживаясь ответить. Лишь дважды коротко ответили: нет. «Друзья познаются в беде», — с горечью подумала Иветта после шестого безрезультатного звонка.
Повезло Жюлю. Человек на другом конце линии с минуту молчал, затем осторожно проговорил:
— Может быть, я смогу помочь. Я слышал о людях, которые занимаются подобными делами. Сколько дашь, чтобы узнать об этом подробнее?
— Пять тысяч рублей.
— Десять.
Собеседник понимал, что все козыри у него, на руках и собирался использовать их в максимальной степени.
Жюль притворился, что колеблется.
— Хорошо, твоя взяла. Как быстро ты сможешь все выяснить?
— Это может занять час или два. Есть номер, по которому тебя можно найти? Жюль горько усмехнулся.
— Нет, обстоятельства вынуждают меня все время быть в движении. Я позвоню снова по этому номеру, скажем, через три часа? Идет?
— Хорошо, — человек отключился, а Жюль поспешил сообщить сестре, что рыбка будто клюнула.
Теперь перед ними стояла проблема: как провести оставшееся время и не быть схваченными. Они зашли в общественную уборную, переоделись и — изменили внешность. Затем направились в местный парк развлечений — в толпе легче затеряться. Захватывающие аттракционы, крики зазывал и запахи еды из ларьков напоминали им атмосферу родного Цирка. Время от времени кто-то из них останавливался, зачарованный. Другой терпеливо стоял и ждал, пока восторг пройдет, и тогда оба двигались дальше, не произнеся ни слова. Каждый знал, что чувствовал другой. Цирк был всей их жизнью в течение более чем двадцати пяти лет; и даже их служба в СИБ не смогла целиком заполнить пустоту, образовавшуюся, когда они покинули Цирк.
Наконец три часа миновали. Передышка была короткой, пора возвращаться к работе. Они уже направились к центральным воротам, когда Иветта вдруг сжала руку Жюля, шепнув одно только слово: «Руб».
Это было сокращение от старого циркового боевого клича «Хей, руб!», и Жюль внутренне собрался. Исподтишка глянув в направлении, которое показала взглядом сестра, он увидел полицейского, медленно направлявшегося к ним. Он не вынул оружия И; казалось, несколько колебался, что было хорошим признаком. Вероятно, ему надлежало проверять любого, кто по комплекции напоминал бы выходцев с планет с большой силой тяжести. Хотя д'Аламберы были одеты в свободные одежды и изменили внешность, по описанию они были достаточно близки к грабителям, чтобы вызвать подозрение полицейского.
— Внимание, — шепнул Жюль. — Расходимся, без паники. Встретимся в пункте В.
— Хорошо.
Они стали неторопливо расходиться в разные стороны. Когда расстояние между ними достигло тридцати метров, полицейский понял их маневр, его подозрение возросло. Не имея напарника, он решил пойти за Жюлем и оставил Иветту в покое. Заметив это, Жюль ускорил шаг. Полицейский тоже пошел быстрее. Каждый раз, когда полицейский прибавлял скорость, Жюль делал то же самое.
Наконец, полицейскому надоела эта игра.
— Эй, вы! Подождите! — крикнул он Жюлю. — Я хотел бы поговорить с вами.
Жюль с готовностью остановился и обернулся к полицейскому с выражением полнейшей невинности на лице. Тот ослабил бдительность, Жюль внезапно рванулся к группе палаток со скоростью, приведшей полицейского в крайнее изумление. Ему потребовалось целых две секунды, чтобы вспомнить об оружии, но Жюль был уже далеко от него. К тому же стрелять в людном месте было нельзя. Полицейскому ничего не оставалось, как попытаться догнать подозреваемого.
А Жюлю при его атлетической подготовке и физических данных сына планеты ДеПлейн ничего не стоило увеличить расстояние между собой и преследователем. С каждой секундой он удалялся все дальше, лавируя между людьми. Полицейскому пока удавалось держать его в поле зрения, но и только.
Наконец, Жюль достиг палаток и нырнул за них. На короткое мгновение он стал невидим для стража закона. Прямо за рядом палаток находилась наружная стена парка высотой не более трех метров — не столь уж сложное препятствие для Жюля. Но он не воспользовался этой возможностью для спасения. Как только полицейский поймет, что Жюль бежал этим путем, он свяжется со штаб-квартирой, и весь район, окружающий парк, будет оцеплен в радиусе нескольких километров. Он, конечно, попытался бы проскользнуть и через такую блокаду, но риск был бы велик.
Вместо этого он вспрыгнул на крышу палатки и теперь ждал, припав к ней, появления своего преследователя.
Полисмен забежал за угол, держа наготове оружие, увидел стену и остановился в раздумье, а не успел ли подозреваемый уже перемахнуть через нее. В этот момент с крыши палатки на него обрушилось стокилограммовое тело Жюля. Полицейский и его оружие полетели в разные стороны, а Жюль перекатился вперед, схватил станнер, поднялся на ноги, проверил оружие — оно было на тройке — и выстрелил. И все это одним непрерывным движением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
