сопроводят до мест.
— Люди надёжные? — холодно поинтересовалась Ксения, как будто не она сейчас психовала до истерики в гостиной. — А то, не дай бог, сопровождать до места будут уже тебя. Только твоё место будет за колючей проволокой.
— Люди надёжные, проверенные и хорошо оплачиваемые, — заверил Денис. — Просто не дёргайся, не мешай. Не путайся под ногами, короче!
Загребному было неприятно, что дочь усомнилась в его способности решать проблемы. И вообще в последнее время она стала неоправданно самостоятельной. Вон даже посмела намекать на решётку. Надо будет приглядеться к её окружению. Что за новые манеры в поведении, откуда взялись?
Однако он сам не был до конца откровенен с дочерью. Во всей этой истории у него был свой интерес.
Ещё до близкого знакомства с Поливановым, он обратил внимание на его жену. Красавица! Умница! Держится с достоинством. Украшение для мужа-бизнесмена, и сама, между прочим, не слепой котёнок в бизнесе.
И почему, млин, некоторым везёт немерено и незаслуженно?! Всё у этого Поливанова схвачено: и бизнес прёт, и связи в областной верхушке крепкие, авторитет приобрёл, да ещё и жена красавица на зависть всем! При такой жене любовницу даже заводить зазорно. Хотя…
Вот на том самом банкете, где Загребной впервые увидел Марию, у него и родилась мысль о любовнице для Поливанова. Мысль постепенно оформилась в план: подсунуть Поливанову родную дочурку. Двойная выгода: дочки хотелки теперь станут не его, Загребного, заботой. И второе рано или поздно Маша узнает об измене и уйдёт. Что такая женщина может простить предательство, Денис совсем не допускал. Не простит точно.
И если всё срастётся, то все проблемы Загребного будут решены в момент. Про себя девелопер признавал, что Поливанов сильно превосходит его во всём.
Да и тайная мечта станет ближе. Мария получит развод. И это откроет дорогу Загребному для открытых ухаживаний. Странно, но ему впервые хотелось именно ухаживать за женщиной, приглашать на свидания, дарить цветы и подарки. У него никогда в жизни такого опыта не было. Женщины обычно навязывались сами. Ни искать. Ни завоёвывать их не приходилось. А тут, как наваждение: хотелось и всё!
Маше всего тридцать пять лет. Для Загребного детский возраст. Самому ему уже пятьдесят два. И он справедливо полагал, что чувства к Маше — его последняя песня.
Так что на метания дочери он почти не обращал внимания. Не до неё. Поэтому пропустил мимо ушей её лепет про назначенную встречу с матерью Тимофея. Ну мало ли о чём бабёнки хотят перетереть.
Его беспокоили больше мысли о вертолёте. Не хотелось начинать роман с Машей с похищения, но, похоже, другого варианта не было. Поливанова надо было чем-то прижать.
— Ладно, как похитим, так и спасём! — подмигнул сам себе Загребной. — Тем более, что спасателям обычно награда полагается.
Дочь уже упорхнула из его кабинета, и мужчина почувствовал себя свободнее.
— Да! — рыкнул недовольно в телефон, отвлёкший его от приятных мыслей.
— Денис Маркович, пришлось начать действовать несколько раньше и немного грубее, — сразу начал с оправданий помощник. — Мария Семёновна собиралась с сыном ехать к родителям, а доставать их оттуда было бы гораздо труднее. Поэтому мы их на всякий случай тормознули, но помахаться пришлось. Пацан реально не так просто кмс получил! Нашим парням досталось, — с уважением в голосе признался помощник.
— Вы охренели?! — взревел Денис. — Этот пацан ещё ребёнок! Ему шестнадцати нет!
— А дерётся, как здоровый лось! Никто не ожидал, поэтому и пропустили плюх, — проворчал помощник. — И вообще ничего мы ему не сделали. Может, пару синяков получил и всё.
— Идиоты! Это подсудное дело! Пацан — малолетка, а вы зрелые мужики! Надеюсь, Мария не догадалась, кто стоит за нападением?
— Да ну, что вы! Конечно, нет! Она уверена, что это конкуренты Поливанова постарались.
— Укрепите в ней эту мысль любым способом! И чтобы первые дни у них не было никакой информации! Потом я начну действовать. И, не дай бог, вам облажаться, ребята! — ледяным тоном предупредил Денис.
У него ёкало сердце от предстоящей встречи с Машей, и он очень не хотел испортить себе праздник. Но жизнь, она же сука вредная… какую-нибудь пакость он всё равно ждал.
* * *
Маша плохо помнила, как они с Ромкой покинули торговый центр. Перед глазами стоял Тимофей и всё! Получается, два месяца разлуки показали, что ничего не забыто. Она по-прежнему любит мужа, и ей по-прежнему больно от его измены. Тем более горько было видеть, как он покупает любовнице кольцо. Помолвку, наверное, намечают.
— Помолвка, а там и свадьба. — сама себе прошептала Маша, и слёзы опять тихо потекли по щекам.
Маша посмотрела на сына. Сейчас он её практически спас от унижения. Ещё немного таких взглядов, и Маша обязательно пожалела бы мужа. Но чем дальше они отходили от ювелирного бутика. Тем легче ей становилась. И она сама уже понимала, что просто поддалась минутному моменту. Ей даже стало стыдно перед сыном.
Ромка пёр вперёд, как будто за ним гнались с собаками, и её тащил за руку. Губы сжал в плотную упрямую полоску. Злился. Это Маша видела ясно. Но она видела и другое: как бы Ромка не хорохорился, ему тоже было больно.
Раньше он отца уважал, гордился им. И пусть ему не хватало от Тимофея внимания, но сын считал, что это из-за работы. А работа в их семье была в приоритете. Папа обеспечивает всем будущее, так Рома привык считать.
И вот его мир раскололся, и острые брызги полетели во все стороны. Отец оказался не героем, а подлецом. А мать не железной леди, одной левой решающей все его, Ромкины, проблемы, а обычной женщиной, которая плачет по ночам в спальне, думая, что сын не слышит. А он всё слышит! И всё понимает!
— Жесть! Как мы до этого дожили?! Откуда эта стерва на наши головы взялась?! Мам, давай я поведу?
— У тебя прав нет, — тихо заметила Маша. — Давай лучше вызовем такси и поедем к моим.
Ни Маша, ни Роман даже не замечали, что за ними постоянно наблюдают, их сопровождают, их действия и разговоры контролируют.
Прода 21.10.2025
Это случилось внезапно. Маша успела вызвать такси, и время ожидания составило десять минут. Многовато, но других вариантов не было. Ехать в пригород до посёлка Солнечный, где в обратную дорогу вряд ли кого найдёшь, желающих не было.
Родители давно перебрались туда на пмж, продав городскую квартиру. Они у Маши были уже старенькие. Маша была единственным поздним ребёнком. Конечно, она старалась бывать у родителей чаще, но с
