Илья вздохнул:
– Надо поговорить с Галей. Если она станет и дальше так себя вести, у нее будут проблемы…
– Как я с ней поговорю? – всхлипнула я. – Она ничего не хочет слушать. Утром я попыталась, так мы чуть не поссорились. А Славка? Зачем он полез к ней?
– Она же первая начала, – мягко напомнил Илья. – Славка думал, что это игра. Шутка…
– Хорошенькие шуточки! Втроем держали девчонку и поливали из шланга!
– Так ведь все были мокрые…
– Все равно! Их трое – она одна! И мы тоже хороши! Стояли и смотрели!
– Хорошо-хорошо, – поспешно согласился Илья, – мы все не правы. Но зачем она ударила его? Ну, могла бы двинуть, толкнуть, а она – пощечину! За что?
– Да не знаю я! – огрызнулась я и затихла.
– Ничего, ничего, – успокаивал меня Илья, – Генка с ней поговорит, может, она поймет. А когда успокоится, то и мы все выскажемся.
Он поднялся с земли и поднял меня:
– Пойдем отсюда, а то получим солнечный удар.
Я послушалась его, и мы пошли к нему на дачу, ликвидировать последствия разгрома и потопа, учиненного нашими друзьями.
Оказалось, Элька и без нас справилась. Она даже на стол накрыла. Ведь ребята еще и не завтракали, или не обедали, уж и не знаю, как назвать…
Глава 11
Затишье
Мы сидели за столом втроем, ждали Галку и Генку. Они явились примерно через час. Галка была спокойная и задумчивая. Генка улыбался. Мы старались не касаться в разговоре сегодняшнего инцидента. Галка не спрашивала о ребятах, наверное, Генка сообщил ей о том, что они уехали.
Потом пришла моя мама и велела нам прекращать бездельничать. Надо было собирать ягоду и варить варенье. Ребятам тоже нашлась какая-то работа. Мама прошлась по участку и заставила их прополоть и полить грядки.
– Нечего рассиживаться, – подгоняла она, – здесь закончите, приходите ко мне, нужна ваша помощь. А где еще трое?
– Уехали, – сказал Илья.
– Сбежали! – констатировала мама. – Испугались общественно-полезного труда!
Галка, не говоря ни слова, взяла миску и пошла собирать ягоды. Эльку мама посадила чистить ягоды перед варкой. Я направилась следом за Галкой.
Сестра с каменным лицом обрывала ягоды, миска быстро заполнялась.
– Обижаетесь на меня? – спросила она.
– Нет, с чего ты взяла…
– Обижаетесь, я знаю, – хмуро подтвердила Галка, – Славка с ребятами уехали, даже видеть меня не захотели, да?
– Галя, все не так, как тебе кажется, – осторожно начала я.
– Славка уехал, не попрощавшись, – отчеканила Галка, – тоже мне – парень называется! Хоть бы извинился!
– Вы немного погорячились, то есть увлеклись, заигрались, не знаю, как лучше сказать… Галя, ты же тоже виновата…
Галка в сердцах отшвырнула миску, ягоды рассыпались по траве.
– Ах, вот, значит, как! Я же и виновата! Может, прикажешь бежать за ними до города и вымаливать прощение?!
Галка негодовала. Она так раскричалась, что к нам прибежала мама и спросила, что у нас произошло.
– Ничего, – бросила Галка, – я миску уронила.
Мама ушла. Галка села возле миски и стала собирать рассыпанные ягоды. Я помогала ей. Она сопела обиженно.
– Генка мне битый час доказывал, что у вас не принято так себя вести. Как? – горячилась сестра. – Я так понимаю, у вас тут все девчонки приседают перед парнями и терпят любые их выходки? Учти, я не намерена! Если парень хам и подонок, я так ему и скажу!
– Галя, ну какой же Славка подонок, – застонала я. – Он же тебе понравился!
– Это не имеет значения! – отрезала она. – Был бы он нормальным человеком, он бы остался и извинился. Ты знаешь, что мне сказал Генка? – зашептала она, глядя мне прямо в глаза. – Он сказал, что нам с тобой надо временно побыть на даче, чтоб все успокоились. Представляешь? Он что? Угрожает? Я не могу поехать в город из-за того, что влепила Славке пощечину?
Я схватилась за голову:
– Галя, погоди! Что за чушь? Я думаю, Генка преувеличивает, а может быть, ты его неправильно поняла…
– Я неправильно поняла? – Глаза Галки расширились и потемнели. – Куда уж мне! – она недобро усмехнулась. – Генка так красочно расписывал расправы, которые учиняют над девчонками некоторые ваши ребята только за то, что эти девчонки «неправильно себя ведут». Сиди, мол, тише воды, ниже травы, и никто тебя не тронет. Девушка не должна гулять одна, девушка должна то, девушка не может этого… Бред сивой кобылы! Дикость! У вас тут Древний Восток и рабовладельческие времена, что ли?
«Генка явно перегнул палку, – подумала я. – Напугать он ее хотел? Или отвадить от Славки?»
– Галя, успокойся, пожалуйста, – попросила я, – никто не будет тебе мстить, но, думаю, из-за твоего характера у тебя скоро совсем не останется друзей.
– А мне и не нужны такие друзья! «И лучше будь один, чем вместе, с кем попало», – так говорил Омар Хайям.
Я вздохнула:
– Не будем сейчас спорить, а то мама на нас смотрит. Я только попрошу тебя, пожалуйста, не раздавай пощечины направо и налево. Пощечина считалась оскорблением во все времена.
Я забрала у нее миску и понесла на веранду. Да, тяжелое мне предстояло лето.
Пришли ребята. Мама попросила их перетащить мешки с цементом в подвал, а потом всех нас усадила за стол. Галка вела себя спокойно. Даже шутила. Говорила маме, чтоб накладывала работникам побольше. Ребята отнекивались, стеснялись.
– Не слушайте вы их, – насмешничала Галка, – они холодную тушенку прямо из банок едят, я видела.
– У нас холодильника нет, – смутился Илья.
– В таком случае ешь, пока дают, – сказала Галка.
– Сейчас всем раздам ложкой по лбам. – Маме надоела наша перепалка. Галка замолчала, опустила глаза, но я видела, как она улыбается.
После еды Элька отказалась идти с нами на озеро. Нашла какую-то книжку на полке, забралась с ногами на диван и уткнулась в нее.
– Достали-таки девчонку, – посетовала мама.
Галка взяла полотенце и невозмутимо покинула нас, Генка поспешил за ней. Мы с Ильей тоже пошли, по дороге он придержал меня.
– Ох, и язва у тебя сестренка! – пошутил он. – Послушай, давай убежим? Я что-то устал от всех сегодня.
– А как же Генка?
– По-моему, его все устраивает, – ответил Илья.
– Неудобно как-то…
– Боишься, как бы снова чего не вышло? – он невесело усмехнулся. – Ничего, мы ненадолго.
Мы снова укрылись на тайном пляже в камышах. Забрели в неподвижную, нагретую за день воду озера. Но вода не освежала, было душно, как в ванной. Мы слышали, как плескалась у берега Галка, как они с Генкой о чем-то говорили, даже смеялись. Я думала о том, что рано или поздно надо будет возвращаться, снова общаться с сестрой, Элькой, снова чувствовать себя кругом виноватой. Ничего этого делать не хотелось. А хотелось, как Элька, забраться с ногами на диван с хорошей книжкой и провести вечер в тишине и одиночестве.
