Читаем без скачивания Михаил Ломоносов - Ольга Минаева

7 мая 1940 г. Московский государственный университет получил имя М. В. Ломоносова. Первопроходец в российской науке, Ломоносов сформулировал свои представления о том, каким должен быть университет в известном письме И. И. Шувалову. Первый памятник М. В. Ломоносову – бронзовый бюст – был открыт в день 120-летия университета 12 января 1877 г. Этот памятник – напоминание о том, какую важную роль в создании университета сыграл М. В. Ломоносов, какое сильное влияние оказал он на развитие русской науки, образования и культуры. В историю российской науки навсегда вписаны сотни имен знаменитых ученых – питомцев университета, составивших цвет русской культуры и науки. Они стали достойными продолжателями дел и идей Ломоносова.

Ломоносов и русская журналистика

В 1741–1742 гг. Ломоносов сотрудничал в «Примечаниях» к газете «Санкт-Петербургские ведомости» – единственной в те годы русской газеты. Полное название «Исторические, генеалогические и географические примечания», в 1741 г. прилагались к каждому номеру газеты, которая выходила два раза в неделю. Один выпуск «Примечаний» назывался частью, его объем – четыре полосы газетного формата.

Ломоносов, ожидая назначения в Академию наук после учебы в Германии, нуждался в заработке. Он работал автором и переводчиком «Санкт-Петербургских ведомостей» вне штата, получая по 10–15 рублей «на пропитание».

Исследователь русской журналистики XVIII века профессор А. В. Западов написал: «Как переводчик Ломоносов дебютировал в частях 80–83 «Примечаний», где напечатана переведенная им с немецкого статья академика Крафта «О сохранении здоровья». Она подписана начальными буками их фамилий – инициалами «Л» и «К». Следом за этой статьей, в частях 84–88, появился перевод сочинения Крафта «Продолжение о твердости разных тел», начало которого печаталось в 1740 году, и заняло там части 93–98. Очередные части «Примечаний» 1741 года – 89 и 90 – также отведены статье Крафта «О варении селитры», переведенной Ломоносовым. В общей сложности десять частей «Примечаний» 1741 года подряд были заняты переводами Ломоносова.

Оформление газеты «Санкт-Петербургские ведомости» в 1748 г., когда Ломоносов руководил ее изданием

В следующем, 1742 году, Ломоносов поместил в «Примечаниях» свой перевод статьи «Продолжение описания разных машин» (части 15, 16, 41, 42, 43, 44 и 45, 46). Начало этой статьи печаталось в «Примечаниях» 1739 года (части 68–71) как перевод с французского. Но окончание ее, появившееся в 1742 году, подписано буквами «Л» и «К» (Ломоносов и Крафт), из чего следует, что Крафт был автором всей этой статьи, или во всяком случае заключительной ее части. В статье содержатся описания 124 различных машин, от простейшего ворота до самоходной телеги с парусами».

В «Примечаниях» к «Санкт-Петербургским ведомостям» были также напечатаны две оды Ломоносова: на праздник рождения императора Ивана Антоновича (18 августа) и на победу над шведами 23 августа 1741 года (11 сентября). А. В. Западов невысоко оценивает их качество, но делает вывод, что Ломоносов развивает «умение писать стихи на заданную тему».

В мае 1748 г. Канцелярия Академии наук поручила Ломоносову, уже профессору, работать в газете «Санкт-Петербургские ведомости». И за этот «излишний сверх должности его труд» ему собирались выплачивать, кроме жалованья, в награждение по двести рублей в год. А также Канцелярия Академии решила выдавать Ломоносову бесплатно один экземпляр «Санкт-Петербургских ведомостей» и «без задержания» в связи с его работой по проверке переводов для газеты.

Портрет М. В. Ломоносова. Художник Г. К. Преннер

Эта единственная тогда в России газета состояла в основном из переводных заметок из зарубежных газет. Штат газеты был немногочисленным, сотрудники совмещали обязанности редакторов и переводчиков. «А те переводы править и последнюю оных ревизию отправлять и над всем тем, что к тому принадлежит, труд нести г. профессору Ломоносову» – указывалось в решении Академии наук. Российские новости, в основном связанные с императрицей Елизаветой Петровной, появлялись не в каждом номере газеты. Таким образом Ломоносов отвечал за содержание пяти-шести полос газеты из восьми. Последние две полосы традиционно отводились под платные объявления. Профессор А. В. Западов считал, что Ломоносов фактически был редактором газеты в этот период. Несмотря на большую занятость, он ответственно подходил к работе в газете. Увеличилось количество научных сообщений, улучшился язык газеты, стал более простым, доступным.

За выпуск газеты отвечала Академия наук, поэтому на последний просмотр и утверждение каждый номер доставлялся в Канцелярию Академии. «В особой «Инструкции ведомостной экспедиции» определялся порядок работы по составлению «Ведомостей». Отдельным параграфом предписывалось «в писании от всякого умствования и предосудительных экспрессий удерживаться; особливо что к предосуждению России или ее союзников касается, в «Ведомости» не вносить». Перед тем как газета будет «пущена в народ», экземпляры номера должны были доставляться в Канцелярию для последнего просмотра и утверждения». Такое пристальное внимание к газете и двойной контроль нередко создавали конфликтные ситуации. Один из конфликтов описан А. В. Западовым так: «В № 85 газеты за 1749 год было напечатано известие «о пожаловании камер-пажа Ивана Шувалова в камер-юнкеры». Пожалование это было связано с особыми милостями императрицы, оказанными Шувалову, и при дворе посчитали неучтивым именование нового любимца без отчества… Сотрудники газеты были обвинены в «крайней неосторожности и нерадении» и получили «пристойный выговор в Канцелярии». В № 91 заметка была повторена с соблюдением «надлежащей учтивости». Шувалов был назван «господином» и «Иваном Ивановичем».

Переводчик Лебедев и корректор Барсов, отвечавшие за выпуск номера, заявили, что «у многих людей об отчестве его (Шувалова) спрашивали, но никто нам того объявить не мог; чего ради мы, отчества его не зная, так и оставили». Ломоносов же в ответ на обвинение в «недосмотре» ответил… что по инструкции должен рассматривать только один «перевод российский». «А до российских артикулов, – сообщил Ломоносов, – нет мне никакого дела, ибо оные присылают от Канцелярии в Экспедицию, и так, как есть, печатаются. Затем в них я ничего переменять не должен, кроме погрешностей в российском языке, а особливо что в данной мне инструкции предписано от всяких умствований удерживаться…»

Немало иронии сквозит в этих строках. С чувством собственного достоинства и уверенностью в своей правоте Ломоносов отводит претензии академической Канцелярии, которая, ограничив его инициативу инструкцией, пытается сделать редактора переводов ответственным за недосмотр составителей придворной хроники».

В 1751 г., после нескольких столкновений с Канцелярией Академии, Ломоносов подал прошение об увольнении от редакторских обязанностей, мотивируя эту просьбу большой занятостью. 8 марта 1751 г. М. В. Ломоносов обратился в Канцелярию Академии наук с просьбой освободить его от просмотра переводов для «Санкт-Петербургских ведомостей».

Однако на этом участие Ломоносова в русской журналистике не заканчивается. По инициативе Ломоносова, как пишет А. В. Западов, был создан журнал «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие» – «ученый журнал», издаваемый с 1755 г. Академией наук. В этом журнале в 1764 г. Ломоносов опубликовал два своих стихотворения: «На Сарское село» и «Г. Г. Орлову на благополучное возвращение императрицы из Лифляндии».

Он находил время для того, чтобы следить за научными публикациями в печати, живо реагировал на статьи русских и иностранных авторов. В 1754 г. Ломоносов сформулировал свои представления о профессиональной этике журналиста в статье «Рассуждение об обязанностях журналистов при изложении ими сочинений, предназначенное для поддержания свободы философии».

Он пишет, что нельзя превращать «сочинение в ремесло и орудие для заработка средств к жизни, вместо того чтобы поставить себе целью строгое и правильное разыскание истины». Задачи Академий наук своими «своими усердными трудами и учеными работами» просвещать. «Журналы могли бы также очень благотворно влиять на приращение человеческих знаний, если бы их сотрудники были в состоянии выполнить целиком взятую ими на себя задачу и согласились не переступать надлежащих граней, определяемых этой задачей. Силы и добрая воля – вот что от них требуется», – пишет Ломоносов. Он добавляет, что журналисты, в поисках заработка, пишут на темы, в которых ничего не понимают. «Дело дошло до того, что нет сочинения, как бы плохо оно ни было, чтобы его не превозносили и не восхваляли в каком-нибудь журнале; и, наоборот, нет сочинения, как бы превосходно оно ни было, которого не хулил бы и не терзал какой-нибудь невежественный или несправедливый критик… Ученый, проницательный, справедливый и скромный журналист стал чем-то вроде феникса».