Графиня прищурилась, бросив быстрый взгляд на Беатрис, кивнула, словно в ответ на свои мысли и ответила:
– Граф Рудольф был когда-то женат. Но это было давно. Детей у него нет и не было. Судя по всему, и ни одна из его любовниц не осчастливила его отпрысками. Сейчас женщины – это последнее, что его может заинтересовать. Это неудивительно, учитывая его возраст. Кроме того Рудольф бесплоден, ему это отлично известно. Поэтому можешь не бояться требований исполнения супружеского долга. Его главная страсть – интриги и власть. Он умен, но в нем сочетаются две крайности: слишком долго думает и упускает верную возможность, либо действует неосмотрительно импульсивно. Этот брак позволит ему подняться еще на одну ступень. Ты будешь его тенью, а потому сможешь заглянуть за кулисы грандиозных интриг. Надеюсь, ты не забудешь меня… Найдешь возможность навестить свою старую графиню и поделиться наблюдениями.
– С радостью! Где же еще я смогу найти столь мудрого собеседника?
Они рассмеялись. И графиня предалась размышлениями о том, как будет устроено венчание Беатрис.
– Венчание – самое важное представление! Обычно на бракосочетания такого уровня приглашаются не только знатные гости, на них как воронье слетается чернь. И потом долго еще люди рассказывают друг другу и обсуждают подробности, заметь, не только простолюдины. На твоем же венчании будет присутствовать сам король. А потому пора задуматься на тем, каким будет твой венчальный наряд!
Снова прозвенел колокольчик, и господин Вильно впорхнул в залу, только на этот раз в его руках-крылышках была папка с чистыми листами. Беатрис достала тушь и тонкое перо. Слуги поставили перед ней столик и все трое склонились над строгими линиями, которые рождались под рукой Беатрис.
В большой парадной столовой был накрыт ужин на три персоны. Свечи горели в канделябрах, выхватывая из полумрака фамильные портреты. Графиня был сдержана, но любезна. Беатрис – молчалива. Рудольф, высокий, словно высохший от времени, сидел напротив них, он уже рассмотрел Беатрис и остался доволен ее красотой и аристократичностью, она прочитала это в его светлых, бесстрастных глазах. Еще никогда к ней не относились как к вещи. Осознание этого неприятно поразило Беатрис. Но при этом губы ее вежливо улыбались, отвечая на любезность графа. Казавшийся бесконечным ужин подошел к концу, они переместились в гостиную.
Бесшумно шагая, из темноты возник Крис и грациозно запрыгнул на колени к Беатрис. Два янтарных глаза в упор уставились на Рудольфа, отчего граф невольно поежился. Беатрис провела рукой по гладкой шерстке кота, но Крис не расслабился и не замурлыкал. Рудольф первым отвел взгляд. Графиня удовлетворенно хмыкнула и пояснила:
– Знаете, граф, в чем преимущество женской роли? Мы можем себе позволить быть капризными и эксцентричными. Познакомьтесь, это наш любимец – Кристобаль. – Тонкие губы графа изогнулись в подобии улыбки.
– Как вы верно подметили, капризы. Я всегда полагал, что место котам в хлеву, в крайнем случае на конюшне, но никак не в гостиной.
– И напрасно! – возвысив голос протянула графиня – Кристобаль не только полностью истребил поголовье мышей в моем замке. Он очень умен! Не стоит вам обижать его недоверием. Здесь как в политике, стоит заручиться поддержкой союзника…
Глаза графини лукаво блеснули. Беатрис сделала над собой усилие, чтобы не засмеяться. Это был замечательный урок, и она с восторгом внимала своей покровительнице. Рудольф с недоумением смотрел на старую даму, не зная, как отнестись к ее словам. В итоге, судя по всему, записал их на счет эксцентричности, простительной в столь преклонном возрасте, и натянуто улыбнулся.
Крис продолжал смотреть на него немигающим янтарным взглядом, чувствуя пренебрежительное и снисходительное отношение к своей госпоже. Темно-синее платье Беатрис в слабом свете свечей казалось черным и шерсть кота сливалась с ним абсолютно. Янтарный блеск казался потусторонним, демоническим. Если бы Рудольф не был напрочь лишен фантазии, он бы не только смутился, но пришел бы в суеверный ужас. Граф предпочел игнорировать кота. Он начал разговор на важную для него тему – объем приданого Беатрис и условия брачного договора. После того, как все было решено, Рудольф церемонно раскланялся и покинул замок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Каков чурбан? – графиня залилась громким смехом. Крис мяукнул ей в ответ и улегся поудобнее на коленях смеющейся Беатрис. – Мужчины очень примитивны по своей природе. А Рудольф – редкий экземпляр самовлюбленного павлина. В большинстве своем мужчины полагают нас глупыми. Что же не будем их разубеждать в этом… Глупость, капризы и причуды – дают нам возможность свободы.
Беатрис. Аудиенция и венчание
Когда Беатрис была маленькой, она любила наряжаться в белое платье и представлять себя невестой. Ей тогда казалось, что свадьба – это величайшее счастье. Сейчас она с горькой иронией вспоминала эту игру. Подготовка к венчанию обернулась каторжным трудом. Часами она стояла неподвижно, когда целый штат портних работал над платьем, парикмахеры постоянно колдовали над ее волосами, подбираю ту, единственную верную прическу и украшения для нее. Многократно повторялся и репетировался весь ход венчания. Король, действительно, выразил желание присутствовать на церемонии и это многократно добавило работы всем. Графиня был в восторге, она успевала везде: давала распоряжение садовникам, поварам, слугам. Приказывала декорировать кареты гербами, покупала лошадей. С особой вдумчивостью смаковала она расположение гостей за столом и порядок рассылки приглашений. Накануне венчания король пригласил графиню и Беатрис на аудиенцию – это стоило графине немалых усилий, она умело сыграла на любопытстве его величества.
Был теплый день, и король встретил дам, гуляя по парку в окружении избранной свиты. Это был немолодой полноватый мужчина с круглыми щеками и цепкими глазками-бусинками. После глубокого реверанса он взял пожилую графиню за обе руки.
– Вы прекрасно выглядите, время не властно над вами! Неужели вы обрели секрет вечной молодости? Поделитесь со мной?
– Ох, ваше величество, право… вы слишком щедры на комплименты…
– А эта юная особа, та самая сирота? – Беатрис склонилась перед королем, не решаясь поднять на него глаза. – Смелее, дитя мое! Да, Беатрис Прекрасная, так ведь вас окрестили наши повесы?
Беатрис покраснела, чем вызывала смех короля.
– Кто же поведет вас к алтарю? Бедное мое, дитя. Ваша покровительница не сможет этого сделать. Придется мне, позаботиться о вас! – Графиня восторженно вздохнула, Беатрис присела в глубоком реверансе.
Король остался доволен своей идеей, приближенные с жаром ее одобрили и только одна самая старшая дама нахмурилась. Графиня торжествующе не нее посмотрела и была награждена полным ненависти взглядом.
– Как в старые добрые времена! Ничто так не бодрит, как свежая, но выдержанная годами ненависть! Великолепно! Беатрис, ты сделала еще один шаг по карьерной лестнице для твоего будущего мужа. К алтарю раньше король вел только свою племянницу. Ты понравилась ему. Браво! Ах, что это будет за действо!
Беатрис любовалась графиней, казалось, что она, действительно, овладела тайной омоложения. Румянец играл на ее щеках, глаза сияли и по-кошачьи хищно щурились.
В день венчания Беатрис разбудили на рассвете. Ее ждала ванна, потом облачение в венчальный наряд, кропотливая работа парикмахера. Графиня всегда была рядом и зорко следила за происходящим. Наконец, Беатрис позволили отдохнуть с условием, что она не будет совершать резких движений и выходить из комнаты. Графиня в это время занялась собой и вскоре вышла к воспитаннице во всем блеске праздничного наряда.
– Ну что же, пора. Твоя задача – двигаться грациозно, улыбаться загадочно. Помни, что твой взгляд – драгоценный подарок, не награждай им всех подряд…
