— Агент Брэнсон, — сказал Станц, — у этой гражданской есть информация о Фоксе?
Кодовое имя — Фокс5 — было одновременно подходящим и разочаровывающим. Образец № 10 был хитер и опасен, о чем теперь свидетельствуют четыре погибших оперативника, но схема именования казалась смехотворно шаблонной и лишенной воображения. Если Организация хочет двигаться в будущее, ей необходимо избавиться от атрибутов прошлого.
Угол обзора камеры Брэнсона слегка наклонился.
— Отрицательно. С ней все ясно. Просто неприятная особа.
— Тогда пусть движется дальше. Наша единственная забота — выследить Фокса, понятно?
— Принято.
Станц снял наушники с шеи и вернул свое внимание к Фэйрборо.
— Я хочу, чтобы все линии связи контролировались.
— Да, сэр. У меня уже есть люди на базе, которые проверяют социальные сети и трафик сотовых телефонов. Если кто-то хотя бы упомянет что-то странное, мы узнаем об этом.
Телефон Станца завибрировал. Он снял его с пояса и взглянул на экран.
— Черт, — пробормотал он.
Он сорвал наушники, швырнул их на пол и поспешил наружу, нажимая Принять, когда спускался по ступенькам. Станц поднес телефон к уху.
— Директор, — сказал он, внезапно почувствовав, что его язык стал похож на наждачную бумагу.
— Чарли, скажи мне, что у тебя все под контролем.
— Мы восстанавливаем контроль, сэр.
— Недостаточно хорошо, черт возьми! Ты понимаешь, какие ресурсы мы задействуем, чтобы исправить эту хуйню? Нам не нужны никакие избираемые должностные лица, задающие вопросы, будь то о вашем Фоксе или о нашем внезапном росте расходов. Эти ублюдки заботятся об экономии денег только в том случае, если чувствуют, что не имеют права голоса при их трате, и они чертовски уверены, что прямо сейчас у них нет права голоса. Я бы хотел, чтобы так и оставалось.
— Я быстро решу этот вопрос, сэр.
— Общественность не должна узнать об этом, Чарли. У нас достаточно дерьма, чтобы замутить воду, но это уже слишком. Ты сделаешь все, что нужно, чтобы исправить это. Даже если это означает усыпление твоего потерянного животного.
Станц стиснул челюсти, стиснув зубы.
— Да, сэр.
Когда звонок прервался, он засунул телефон обратно в чехол и прошелся по жесткому покрытию перед трейлером.
Он пятнадцать лет надрывал задницу, чтобы добраться до своей нынешней должности, и его работа с группой инопланетян, совершивших аварийную посадку на Земле, дала реальные результаты, которым правительственные исследователи и ученые в конечном итоге найдут хорошее применение. Однажды он будет признан человеком, который своей преданностью делу позволил Америке вступить в новую эпоху. Немногие были готовы так же испачкать руки. Он делал грязную работу с этими инопланетянами в течение четырех лет.
Станц не собирался допустить, чтобы дело его жизни было отвергнуто из-за какого-то близорукого бюрократа. Образец № 10 был последним в своем роде на Земле, и Станц хотел получить его обратно. Бюджеты и политики не имели значения; речь шла о возвышении человеческой расы, о том, чтобы вывести человечество на следующий уровень эволюции. Любой, кто не мог этого видеть, был не более чем препятствием, которое нужно обойти или уничтожить.
Он прокрался в командный трейлер и надел наушники.
— Вызовите еще несколько гончих, джентльмены, — приказал он. — Нам нужно поохотиться на Фокса. Мы собираемся выманить его из этой пустыни и бросить обратно в клетку.
Глава шестая
Зои съежилась, когда посмотрела на старый, обветшалый мотель перед ней. Матрасы, вероятно, были насквозь пропитаны неидентифицируемыми телесными жидкостями и кишели насекомыми. Но нищим выбирать не приходится, а у Зои точно не было переполненного банковского счета. Это место должно подойти.
— Мне нужно зайти и снять комнату, — сказала она, беря свою сумочку с места рядом с пакетом фаст-фуда на пассажирском сиденье. Запах сырных, жирных гамбургеров пропитал воздух в машине. Было так много других вариантов, что она могла бы купить, но дешево и быстро оказалось основным критерием при выборе; ей не терпелось убраться с дороги, а существо такого размера, как Рендаш, вероятно, ест много.
Она просто хотела запихнуть что-нибудь плотное в свой желудок и немного поспать.
— Я буду ждать твоего возвращения, — сказал Рендаш. Его голос звучал измученно. Через несколько секунд он исчез. Хотя она уже знала, что он может это сделать, наблюдать за этим было умопомрачительно.
Зои стряхнула с себя затянувшийся шок, открыла дверь и вышла. Перекинув ремень сумочки через плечо, она наклонилась к машине.
— Я вернусь так быстро, как только смогу.
— Иди, человек, — пробормотал он.
— Зои, инопланетянин, — она закрыла дверь, прежде чем он смог ответить, чувствуя некоторое самодовольное удовлетворение от того, что прервала его, и направилась к мотелю.
Ярко-красная неоновая вывеска в окне извещала о Есть номера. Зои открыла дверь и вошла внутрь. Смешанные запахи дыма и плесени сразу же поразили ее.
Вестибюль был будто прямиком из 1970-х годов, с деревянными панелями на одной из стен, низким блевотно-желтым диваном и коричнево-оранжевым рисунком на потертом ковре. Потрепанная стойка была того же цвета, что и диван, пестрящий дырками от сигарет. Сбоку от комнаты отходил короткий коридор. Дверь за прилавком выглядела тяжелой, как будто из дуба, но знак ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА не полностью покрывал пробитое отверстие в тонкой как бумага внешней панели.
— Привет? — позвала Зои.
Она услышала приглушенный звук спускаемой в туалете воды. Одна из дверей в коридоре открылась, и оттуда вышла женщина. Зои внутренне поморщилась; выйдя так быстро, она, вероятно, пропустила мытье рук.
У женщины были длинные светлые обесцвеченные волосы, с темными корнями. Густой макияж на ее лице совсем не скрывал гусиные лапки вокруг глаз и морщинки возле рта, а густая черная подводка размазалась в одном уголке. Она была худой. Укороченный топ демонстрировал загорелый живот и пирсинг в пупке, а из-за пояса ее джинсов с низкой посадкой выглядывал намек на татуировку.
— Что вам нужно? — спросила женщина, подходя к прилавку. Она взяла пачку сигарет, вытряхнула одну и зажала ее между ярко-красными губами.
— Мне нужна комната, — сказала Зои.
— Конечно, нужна, — сказала женщина уголком рта. Она достала из кармана зажигалку, щелкнула ею и прикурила сигарету, прежде чем небрежно бросить зажигалку на стойку. Было ли вообще разрешено курить в помещении? Женщина глубоко затянулась и выдохнула облако дыма. — Пятьдесят баксов за одноместный номер.
Одноместный?
О, нет, нет, нет.
— Мне нужны две кровати.
— Прости, милая, — женщина сделала еще одну затяжку, зажав сигарету двумя пальцами, окурок был измазан губной помадой, и повернула голову, чтобы выпустить побольше дыма. — У меня осталось только две комнаты, и в обеих только одна кровать, — ее взгляд переместился мимо Зои, в сторону окна. — Тебя там кто-то ждет? Можете забронировать оба номера, если вы действительно так сильно не хотите спать вместе. Но это Вегас, хах.
Каким бы заманчивым это ни было, Зои не могла оправдать трату вдвое большей суммы — иначе она проехала бы немного дальше в Вегас и поискала местечко получше.
— Нет, спасибо. Одной комнаты вполне достаточно.
Женщина взяла открытую регистрационную книгу и положила ее на стойку перед Зои, указывая на пустую строку красным акриловым ногтем.
— Впиши свое имя и подпиши здесь.
Зои выгнула бровь. Очевидно, декор был не единственной устаревшей деталью этого места. Разве в наши дни отели не делают все это с помощью компьютера? Она заглянула за прилавок: на столе у стены стоял единственный компьютер, массивная штука с глянцевым стеклянным экраном и зияющей прорезью для дискет. Она не видела ничего подобного с начальной школы.
Не желая больше терять время, Зои вписала свое имя и заплатила за номер. Женщина считала дебетовую карту Зои с помощью планшета, который она достала из-под прилавка.
