Причем так громко, что несколько молодых людей обернулись на нее. Вдруг она представила, что мать и Квинни узнают, что она живет в одной комнате с негритянкой. Она решила, чего бы это ей ни стоило, подружиться с Ивонн.
Она купила все, что значилось в списке, кроме того, конфет для всех, пару банок колы для себя, кое-что для сандвичей и пакет пончиков. Пакстон несла сумку с покупками к себе в комнату и, когда поднималась вверх по лестнице, увидела полноватую, но очень привлекательную девушку, волочащую по ступенькам сразу три сумки. В то же время симпатичный высокий светловолосый молодой человек бился над невероятных размеров чемоданом, который на вид весил гораздо больше того, что может поднять нормальный человек.
— Дьявол, что ты туда напихала, Габ? Камни? Или несколько штанг?
— Всего несколько книг… Нет там ничего особенного, клянусь тебе.
— Чепуха. Попробуй подними его. Будь я проклят, если не заработаю грыжу с этим несчастным багажом.
Медленно поднимаясь следом за ними, Пакстон заметила, что молодой человек уже дошел до белого каления, и решила предложить свою помощь, хотя чемодан был явно неподъемным.
— А если попытаться поднять его втроем? — с сомнением предложила она, переводя взгляд с одного на другого. Она перекинула сумку через плечо и молила Бога, чтобы не залиться румянцем, пока молодой человек с интересом оглядывал ее.
— Нечего ее баловать, — пробурчал он, — она этого не заслужила. — Молодой человек был так раздражен, что Пакстон решила, что они женаты, хотя схожесть их профилей говорила скорее о том, что они родственники.
— Если хочешь, я все-таки возьму что-нибудь, — повторила Пакстон, отбрасывая длинные волосы назад и улыбаясь рыжеволосой девушке.
— Это очень мило с твоей стороны. Мой братец устроил скандал из-за одной маленькой сумочки.
— Одна маленькая сумочка! — вне себя закричал тот, и его слова разнеслись по всему зданию. — Ты представляешь себе, сколько весит эта штуковина? Никак не меньше четырех сотен фунтов. Я вообще сомневаюсь, что се можно поднять.
— Давайте все же попробуем, — успокоила его Пакстон, и он посмотрел на нее с благодарностью.
— Почему бы нам не оставить ее здесь со всем этим скарбом — пусть сама с ним разбирается, а нам с тобой не пойти и не выпить пива в баре?
Пакстон рассмеялась, а сестра погрозила молодому человеку с видом, запрещающим и мечтать о подобном.
— Питер Вильсон, если ты уйдешь, я придушу тебя. Не забывай, пожалуйста, что твои простыни лежат в другой моей сумке, и если ты не поднимешь наверх это, то будь уверен — остаток года проведешь на голом матрасе.
— Ты убила меня. — Он опять повернулся к Пакстон, улыбаясь. — Пойдем пить пиво, а ее бросим здесь.
Пакстон смеялась, но в шутку пыталась приподнять чемодан за один конец.
— Иди сюда, обормот… берись за этот конец. — Сестра показала за что, брат со вздохом отчаяния вцепился в чемодан, и все вместе они еле перетащили его на следующую ступеньку.
Тут Пакстон поняла, что парень прав. Эта штуковина весила не меньше тонны, и она не могла представить, что же рыжеволосая девушка умудрилась положить туда.
— 1 де твоя комната? — Он опять начал нервничать и поглядывать на часы. На это воскресное утро у него были дела поинтереснее, чем выполнять роль носильщика при сестре.
— Точно не знаю.
— О Господи, она хотя бы в этом здании? — Брат был готов пристукнуть ее, но сестра быстро закивала в ответ.
— Да, — она перерыла сумочку и нашла там клочок бумаги.
На ней были джинсы и цветастая блузка, на ногах — туфли, похожие на мокасины, но из очень дорогого магазина. Больше ничего не выдавало ее достатка, кроме предположения, что чемодан набит слитками золота и что все ее сумки из натуральной кожи.
— Все нормально, это здесь, — она прочитала номер комнаты.
Пакстон уставилась на девушку с удивлением и улыбкой.
Все оказалось замечательно. Девушка ей очень понравилась.
— Ты моя соседка, — сообщила Пакстон; высокий молодой человек со вздохом присел на чемодан и с симпатией стал разглядывать Пакстон.
— Бедная девочка. Ты понятия не имеешь, на что себя обрекаешь. — Он протянул Пакстон руку. — Кстати, меня зовут Питер Вильсон.
— А меня Пакстон Эндрюз.
— А я Габриелла. Габби Вильсон, — объяснила девушка и ласково улыбнулась, — Ты откуда? Мне нравится твой акцент.
— Я не подозревала о его существовании, пока не приехала сюда, — рассмеялась Пакстон. — Интересно, здесь все его замечают. Через несколько минут ты поймешь, что одна из наших соседок не в восторге от моей родины.
— Да пошли ты ее подальше, — разрешила все проблемы Габби, в то время как Питер опять приступил к подъему чемодана.
— Сестренка, Пакстон слишком хорошо для этого воспитана. Иди-ка сюда, болтушка, если тебе удалось уложить такой чемоданище, ты и поднять его должна. Помоги мне дотащить его до твоей комнаты. У меня встреча в половине шестого.
— Это убийственно, — с отвращением сказала она и потянула за свой конец. Пакстон помогла ей.
— Твоими стараниями я сломал себе спину, — отозвался Питер. Минуту спустя они втащили чемодан в гостиную и поставили его на оранжевый коврик. Затем сходили за оставшимися сумками.
— Куда ты собираешься поставить его? — спросил Питер, хотя прекрасно знал, что такого размера чемодан никуда не поместится.
— Я еще не придумала. — Она взглянула на Пакстон. — Слушай, кто обставлял гостиную? Дракула? Где они раздобыли такую мебель?
— Может, на помойке, — примирительно сказал Питер. — Там же, где ты нашла свой багаж.
Габби в ответ только покачала головой; Пакстон улыбнулась ему снова, когда он вносил очередную сумку Габби. Куда можно поставить все это, если у них в комнате есть только маленькая кладовка, — этот вопрос интересовал и Пакстон.
— Ты на старшем курсе? — спросила его Пакстон.
— Я окончил колледж в июне. Сейчас поступил в юридическую школу. Два последних года я живу не в кампусе, и, слава Богу, этот ребенок не уговорил родителей разрешить ей поселиться у меня, а то бы я окончательно сошел с ума. — Они стояли в дверях, и по всему было видно, с каким удовольствием Питер покинет их. — Ладно, она теперь на твоей совести. — Он посмотрел на сестру, на груду вещей, которую они свалили посередине комнаты, подкрепился пончиками из предложенного Пакстон пакета, помахал им на прощание и оставил Габби с Пакстон.
— Спасибо тебе огромное за помощь и прости его, пожалуйста, — сказала она, как только брат вышел. — Он безнадежный лентяй, но я люблю его. Я не признаюсь в этом ему, но тебе могу сказать это. Он безнадежен и к тому же бьет меня… или пытается это делать. — Однако было ясно" что от великолепно ладят между собой, и на секунду Пакстон даже позавидовала им. У них с Джорджем никогда не было таких легких отношений. Но ее брат был на десять лет старше Питера, и у него никогда не было чувства юмора.
