я о высшем задумывался редко. Крещеным был, а вот в церковь ходил за всю жизнь раза четыре, и то, меня мелкого туда мать за ручку водила. У нас ведь как? Пока петух жареный в одно место не клюнет, человек не перекрестится.
Вскочил, собираясь схватить Алену и дернуть назад, да куда там. Она уже дала передний газ, причем на полную.
Побежал следом. Не оставлять же девчонку один на один с этим психом, да и ответственен я за нее, как ни крути.
Из могилы послышалось утробное рычание, а затем, на поверхность одним прыжком выскочил копатель.
Да-а, интеллигентом теперь его можно было назвать с большой натяжкой. С перепачканными, взлохмаченными волосами, в грязной, заляпанной глиной одежде и безумными глазами, он напоминал монстра из фильма ужасов, но самым страшным оказалось не это, а то, что представляло из себя лицо парня. Все человеческое, что было в нем — ушло, явив на наше обозрение удлинённые уши, сизую, как у покойника кожу и ряд острых, игольчатых зубов, расположенных в оскаленной в немом крике пасти.
Такого днем на улице встретишь — перепугаешься, а уж ночью на кладбище, тут простите, от страха и обгадиться можно.
— А-а-а-а-а! — заверещала Алена, да так, что у меня заложило уши.
Задвинул девчонку за спину и в упор посмотрел на...
Кого? Что он такое? Уж точно не человек.
Почему рядом со мной творится какая-то чертовщина?
Монстр сделал шаг в нашу сторону, угрожающе зарычав.
— Не подходи, — произнес как можно увереннее.
В голове сразу закрутился хоровод мыслей.
Если он нападет, чем отбиваться? У меня, ни то что ножа, даже палки паршивенькой не имелось. Голыми руками, да против таких зубищ... Нереально.
А если укусит, я превращусь в подобного ему урода, или все же нет?
Монстр внимательно посмотрел в мои глаза, видимо пытаясь обнаружить в них страх и оценивая шансы по победу, но там была только уверенность и злость.
Да, я разозлился. Разозлился на то, что ничего не понимаю; на то, что по городу средь бела дня, спокойно разгуливает человек, который ночью превращается ни пойми во что; за то, что девушка, прячущаяся за моей спиной, после сегодняшней ночи никогда не станет прежней; на то, что вся эта херня свалилась на мою многострадальную голову.
Понятно, что виноват сам, но сейчас, легче было переложить вину на кого-то другого, например, того, кто стоял напротив и скалил зубы в нашу сторону.
Отцепив от себя девчонку, сделал пару шагов в его направлении. Понимал, что по-другому нельзя. Повернись мы к парню спиной или начни отступать, атакует. Причем атакует на своих правилах.
— Не подходи близко, — бросил Алене, сквозь стиснутые зубы.
Сжал кулаки, вставая в стойку.
Что скажешь на это, урод?
В глазах монстра светился разум, он явно не рассчитывал на подобную встречу и сейчас не знал, что предпринять: либо попытаться загрызть помешавших ему людей, либо бежать прочь.
Рыкнув от досады, отступил, выбрав последний вариант, напоследок обдав меня многообещающим взглядом, давая понять, что записал в кровные враги.
Теперь он не оставит в покое, пока не расквитается за сегодняшнюю ночь. Будет преследовать, гнать как дичь, пока не достигнет своей цели.
Только вот и я не лыком шит, без боя не сдамся.
Усмехнулся, глядя в синюшную морду.
— Пошел прочь, падальщик.
При последнем слове парень дернулся как от удара, а в его взгляде промелькнула настороженность. Сделав несколько шагов назад, он резко развернулся и бросился бежать, петляя между могильными плитами.
Само собой, преследовать я его не собирался. Достаточно на сегодня приключений.
Сзади всхлипнула Алена, и я, подойдя к девушке, прижал ее к себе. Натерпелась бедняга.
— Ну все-все, не плачь, — успокаивающе погладил по шелковистым волосам, сам начиная чувствовать, как адреналин отпускает организм, а на его место приходит осознание происходящего и запоздалое чувство страха.
— Домой хочу, — прошептала Алена, вцепившись в мою куртку мертвой хваткой.
— Сейчас поедем, точнее — пойдем.
Нам бы еще выбраться отсюда. Убей — не помню, в какой стороне выход.
В итоге, пришлось изрядно побродить между могил, пока не приметил темнеющие в лунном свете ворота.
Девушка перестала плакать и молча шла рядом, обняв себя за плечи. Лишь изредка замечал, как по худенькому телу пробегает дрожь. Нет, не от холода, от пережитого ужаса.
— Стас, кто это был? — стуча зубами, все же спросила Алена.
— Без понятия.
— Но ведь ты следил за ним не просто так, а с какой-то целью? Значит подозревал нечто подобное?
— Ничего я не подозревал. Уж точно не то, что этот псих попрется на кладбище.
— Я ведь не сошла с ума? Ты видел тоже, что и я? Он ведь не человек?
— Не человек, — согласился обречённо, — Алена, мы сейчас выйдем на трассу, попробуем поймать машину. Приедешь домой, ложись спать и забудь сегодняшнюю ночь как страшный сон.
— Угу, — буркнула девушка, погруженная в свои мысли.
Хорош совет, а ничего если этот монстр решит ее выследить? Он ведь нас обоих запомнил. Теперь постоянно придется ходить с оглядкой.
Вот как ей об этом сказать?
Идет рядом такая маленькая, хрупкая, испуганная, как воробышек. Хотя, этот воробышек, вон как перья распустил, когда на монстра орал в праведном гневе. Ястреб бы позавидовал.
Посмотрел на небо.
Светает.
Вот это мы погуляли. Пожалуй, такого свидания у меня отродясь не было, да и не будет никогда. Хрен я еще раз сунусь на кладбище. Не дождетесь.
Попутку поймали только минут через сорок. Улыбчивый парень поглядел на нас с любопытством.
— Залезайте, а то я смотрю, девушка совсем замерзла и устала. Вы чего в такое время на трассе делайте? На автостопщиков вроде не похожи.
— Гуляли, — недружелюбно буркнула Алена и прижалась поближе.
На переднее сиденье садиться отказалась, пристроилась рядом со мной, с опаской сверкая изумрудными глазами в сторону водителя.
Теперь ей в каждом встречном монстр будет мерещится.
Задумался.
По идее, девчонка должна после сегодняшней ночи от меня шарахаться как черт от ладана, а она вон, смотри-ка, наоборот жмется, стараясь быть как можно ближе.
Видимо поняв по моему лицу, о чем думаю, наклонилась и прошептала тихо.
— По крайней мере, ты человек, а не нежить.
— Уверена? — растянул губы в улыбке и щелкнул челюстями около ее носика, пытаясь разрядить мрачную обстановку.
— Дурак! — стукнула ладошкой по плечу.
— Вас куда
