из самого синего льда, гладкой кожей, вся такая без изъяна — была ой какой соблазнительной. Егор впервые почувствовал себя озабоченным маньяком. И имя у нее красивое — Лиза, Елизавета, и вся она такая сладкая.
Стал возбуждаться, член и без того не опадал, но губы пересохли, облизнул, вспыхнуло острое желание не только взять ее, но и снова попробовать на вкус вместо завтрака.
— Лиза.
— Да? — девушка обернулась, посмотрела вопросительно, а Егор лишь проверил, настоящее это ее имя или врет. Настоящее, откликнулась сразу.
— Я Егор.
— Точно? А я уже решила, что нет у тебя имени, что ты просто лесной житель. Леший.
— Можно и так, называй как хочешь.
Хабаров зачерпнул из таза, где запаривался веник, воды, выплеснул на каменку, пошел пар, Лиза ойкнула, опустив голову к коленям, закрывая себя. Но ее тут же потянули наверх, раздвинули ноги, усадили на колени и начали целовать.
Это было что-то с чем-то. Горячий, обжигающий пар по коже и поцелуй, лишающий воздуха. Лиза простонала, крепче прижалась к мужчине. Чтобы оттолкнуть Великана Егора, и мысли такой не было. А надо было поговорить, может быть, даже рассказать всю правду, попросить помощи.
Но нет, не сейчас, так решило сознание, так решил молодой организм, наконец понявший, что значит секс и как правильно надо им заниматься.
Егор сжимал ребра девушки до хруста, сердце вырывалось из груди, повел ладонью вниз, накрыл ягодицы, прошелся пальцами по влажной промежности. Гладкая, скользкая, манящая. Хабаров не припомнит, когда он так последний раз занимался безудержным сексом, не контролируя себя.
Это все можно было списать на воздержание, на чистый свежий воздух, на буйство гормонов и весну, что ворвалась после промозглой зимы в его жизнь. Егор даже не хотел анализировать, пусть Дюймовочка молчит, пусть шутит, да хоть стреляет голая по стенам дома, он хотел ее здесь, сейчас, немедленно.
— Откуда ты взялась, сучка такая похотливая?
Хриплый голос, укус мочки уха, Лиза морщится, вскрикивает, когда в нее проникают два пальца и начинают надавливать на что-то чувствительное. Она цепляется за плечи мужчины, царапает их острыми ноготками, его «сучка» даже возбуждает.
— Мозг от тебя плавится.
— Это от жары, не могу, не могу больше… а-а-а-а…
Лиза дрожит, слишком быстро наступает оргазм, хватило нескольких движений пальцами внутри, большой палец при этом натирал клитор, поцелуи шеи. Девушка дергается, приподнимается, из нее вырывается струя жидкости, все пульсирует и сжимается.
— Да дьявол… сейчас сердце остановится. Твою же мать… малышка…
Слишком душно и жарко, Хабаров, не выпуская девушку из рук, выходит из парной, прислонив ее спиной к стене, входит членом на всю длину. Начинает насаживать на себя, сцепив челюсти, смотрит в глаза, растворяясь в них, утопая, там уже нет льда, там пекло, в котором он горит.
Хочется, чтобы все продолжалось как можно дольше, Егор снова хочет чувствовать ее оргазм, останавливается, снимает с себя, разворачивает, шлепает по ягодицам. Лиза кусает губы, чуть не падает вперед, но ее держат, фиксируя за локти.
Проникновение, протяжный стон, толчки. Голова кругом, Егор не слышит свой голос, лишь стоны девушки, ее второй оргазм. Не может больше сдерживаться, начинает кончать, успевая перехватить член в руку.
Лиза падает на лавку, бедра трясутся, она смотрит на мощного мужчину, на то, как он кончает, напряженный, под кожей играют мышцы, вены вздуты. Сперма стекает по его пальцам, глаза закрыты, дыхание тяжелое.
Егор. Ему идет это имя. Кто он вообще такой? Чем занимается? Может, военный?
— А сейчас все рассмотрела?
— Иди в жопу.
— Уверена? Я могу.
— Дурак ты, Егор.
Хабаров улыбается, зачерпывает из бака ковшом холодную воду, выливает на голову, жрать хотелось ужасно.
— Хорошо, пусть дурак, но с Гоголем по лесу не гуляю.
— Зря, рекомендую.
— Ну ты и язва, Дюймовочка.
— А недавно была сучкой.
— И она тоже. Короче, жду в доме, там оленина оттаяла, будет царский ужин, а то у меня от бессилия случится обморок, мне срочно нужен белок.
Ветрова поняла, для чего ему белок, не стала отвечать, проводила взглядом, сама зачерпнула ковшом холодной воды и плеснула в лицо. Пусть идет, нужно хоть немного побыть одной и подумать над своим отвратительным, как бы сказал отец, поведением.
Не успел Егор зайти в дом, лишь в одном полотенце на бедрах и валенках, как увидел краем глаза в полумраке движение, медленно взял колун у крыльца и обернулся.
Не любил Хабаров непрошеных гостей, а забор вокруг дома носил скорее декоративный характер. В соседней деревне все знали дом Хабаровых, и никто ни разу не посягнул на него.
— Эй, мужик, здорово.
— Чем обязан?
Из тени вышли двое крепких парней в черных коротких куртках и вязаных шапочках. У одного, что повыше, была свежая глубокая царапина на левой щеке, второй нервничал и оглядывался по сторонам.
«Только бы Дюймовочка не вышла сейчас. Только бы не вышла. Иначе придется их двоих здесь положить, а потом в лесу закопать».
Это была первая мысль Егора, и она ему ой как не понравилась. Если Лиза сейчас действительно выйдет из бани, да еще полуголая, да еще ляпнет что-то, драки и крови не избежать. Хабаров повидал в свое время таких упырей.
— Мы, это, девушку ищем, заблудилась она. Отдыхали, поругались, она психанула и убежала в лес.
— Когда это было?
— Той ночью, ну, прошлой. Под утро, точнее.
Говорил порезанный, но судя по виду, обеспокоенным, что девушка уже почти сутки где-то пропадает, он не был.
— Молодая?
— Что?
— Девушка молодая?
— Это здесь при чем?
— Если молодая, то устала, присела, заснула и замерзла.
— Насмерть?
— Да, скорее всего, да.
— Валера, что он несет? Она точно замерзла?
— Или в болоте пропала, там дальше торфяные болота, они не замерзают зимой, если не знать, куда идти, можно сгинуть.
Хабаров говорил спокойно, а сам держал за спиной колун, сжимая холодный металл пальцами, поглядывая в сторону бани.
— А ты сам тут, что ли, живешь?
— Да, на выходные приехал.
— Один?
— Один.
Гости напрягали.
— Вы, мужики, поторопитесь, стемнело почти, а то сами в болото попадете, а я замерз.
Егор был сама дружелюбность и приветливость, но гости ему не понравились конкретно. Зашел в дом, метнулся к окну, двое уходили в сторону леса, значит, пришли пешком, дорога там далеко.
Не нужно было ломать голову, кого они ищут. Жабы сами пришли за Дюймовочкой, а она от них, видимо сбежала.
Чудные дела.
Глава 11
— Настя, привет, это я, Лиза.
— Господи, Лиза, что с тобой, все хорошо?
— Все в порядке.
— Лиза,
