Читаем без скачивания Революция сейчас ! - Илья Стогоff

Сперва Романов был арестован и доставлен в Бутырскую тюрьму. После отказа общаться со следователями его подвергли обследованию в институте им. Сербского. Диагноз гласил: "социально не опасен, нуждается в амбулаторном лечении..."

Дело шло к освобождению, однако неожиданно медики передумали и Романову было прописано лечение в психиатрической больнице общего типа. В подобных лечебницах пациенты могут содержаться неограниченно долгое время. Спустя полтора года Илья писал на волю, что пытается не отчаиваться и конспектирует биографию Ницше.

Вторая дочь Щипцовой и Романова родилась в тюрьме. Адвокаты утверждали, что в тюремной больнице не хватает лекарств и новорожденной кололи сильнодействующие гормоны. Старшая девочка в это время находилась в тюремном детском саду.

После "Краснодарского дела" ФСБ возбуждено в Москве три новых уголовных дела против анархистов. 23-25 июля 1999 года у нескольких активистов были проведены обыски, изъяты персональные компьютеры, образцы почерка и так далее.

Понятыми при обысках опять были студенты милицейской академии...

Кто взорвет российского сфинкса...

Весной 1999 года одна из московских газет опубликовала коротенькую заметку:

18 апреля в центре Москвы, на Лубянской площади, состоялся митинг-концерт в поддержку девушек-политзаключенных. В концерте приняли несколько московских панк-групп. Раздавались листовки. Акцию снимали журналисты московского телеканала ТВ-Центр и группа людей в кожаных куртках (несмотря на жару) и с проводками в ушах. Когда анархисты поинтересовались, что они здесь делают, те не представились и сказали, что снимают все "для себя, для архива".

В интервью нашему изданию гитарист группы "Лисичкин Хлеб" Дмитрий Модель сказал: "Панк-рок - это не бессмысленные беспорядки и пьяные дебоши. Панк-рок - это осознанный социальный протест".

Панки протестовали и в Петербурге. В одном из панк-клубов прошел концерт группы "Долби систему", посвященный заключенным анархисткам. Публика накачивалась пивом и орала: "Долой ФСБ!", "Кондратенко - фашист!"

После концерта я попытался выяснить, что именно известно собравшимся о "Краснодарском деле". Большинству не было известно ничего. Однако я все-таки нашел собеседника - молодого человека в очках, который был способен сформулировать свое отношение к покушению анархистов на батьку Кондрата:

- Кого они нашли? Двух девушек? Самим-то не смешно? Эта система воюет с собственными детьми! Лично мне не хотелось бы находиться в этой стране в тот момент, когда большинство молодых людей поймет, что против них ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ведется настоящая травля... Боюсь, то, что здесь начнется, не понравится никому.

Нечто очень похожее уже происходило в России. Более чем за девяносто лет до "Краснодарского дела".

В самом начале ХХ века один из лидеров партии эсеров, Григорий Гершуни ("высокий голубоглазый человек ярко еврейской внешности"), разъезжал по стране в поисках хотя бы двух-трех молодых людей, способных провести громкий теракт. В этом случае ЦК партии брало ответственность на себя и объявляло исполнителей своей боевой организацией.

В Петербурге Гершуни знакомится со студенческой семьей, состоявшей из одной девушки и двух молодых людей. Долго уговаривать их не пришлось. Весной 1902 года один из студентов, переодетый в форму личного адъютанта Великого князя Сергея, явился в Мариинский дворец к министру внутренних дел Сипягину и вручил ему запечатанный пакет.

Внутри пакета лежал смертный приговор, подписанный ЦК партии эсеров. Министр прочел первые несколько строк и удивленно задрал брови. Больше он не успел сделать ничего. Всю обойму своего револьвера террорист разрядил ему в живот.

На похоронах Сипягина подружка террориста должна была застрелить тогдашнего обер-прокурора, а третий член этой семейки - петербургского генерал-губернатора. Оба покушения сорвались, но начало эсеровскому террору было положено. Боевая организация начала свою "красную работу", жертвами которой вскоре стали несколько тысяч человек.

Следователи Краснодарской прокуратуры уверены, что так же, как и в начале ХХ века, организаторы и исполнители теракта были разделены. Мозг находился в Москве, исполнители были найдены на месте. И точно так же, как за убийством Сипягина, за покушением на Кондратенко должна была последовать широкомасштабная динамитная война.

Должна была?.. Такая война вскоре последовала. Начиная с 1997 года история терроризма в России вступила в новый этап.

Глава 4

Последние баррикады

Модный российский журнал "ОМ" писал:

Если бы классикам марксизма дали почитать прокламации этих революционеров, у тех случилась бы истерика. В десяти случаях из десяти под "революцией" здесь имеется в виду "сексуальная революция". Леннон для них был куда важнее, чем Ленин. И главное - во главе этой странной революции стояли не обездоленные тощие пролетарии, а обеспеченное и улыбчивое поколение послевоенного бэби-бума...

Тем не менее парижское восстание 1968 года было самой настоящей революцией...

Классический анархизм сформировался еще в конце XIX века. Троцкизм - в 1920-40-х годах. В конце ХХ века отечественные леваки понимали: им необходима более свежая идеология.

Такой идеологией стали взгляды европейских "новых левых".

Убей Чарли Чаплина! В себе...

В январе 1957 года в парижском отеле "Ритц" ждали приезда великого комика Чарли Чаплина. Швейцары вытягивались во фронт. Директор отеля раз в две минуты подбегал к дверям: "Еще не приехал?" В суматохе никто не обратил внимания на группу молодых людей, выстроившихся перед отелем.

В тот момент, когда машина Чаплина показалась из-за поворота, юные радикалы развернули плакаты: "Мошенник чувств и страданий!", "Сопливый гуманист!", "Фашистское насекомое!", "Убирайтесь домой, мистер Чаплин!" Прежде чем демонстрантов скрутила полиция, они успели раздать несколько сотен листовок. Франция была в шоке. Устроитель акции, девятнадцатилетний Ги Дебор, торжествовал.

В конце 1950-х кружок Дебора регулярно атаковал общественное спокойствие. Во время пасхальной службы, переодетый монахом-доминиканцем художник Мишель Мурр забрался на амвон собора Нотр-Дам де Пари и полчаса пичкал прихожан атеистической пропагандой. Парижские галереи выставляют картины авангардиста Конго. Когда критика признала произведения художника последним словом современной живописи, Дебор раскрывает карты: полотна намалеваны самцом шимпанзе.

Именно в этот период Дебор пишет статьи, из которых позже выросла его главная книга "Общество спектакля".

Он провозглашал:

Я обвиняю современников в позоре нашей эпохи: в прославлении труда. В создании идиотской идеологии, основанной на поклонении вещам и презрении к поэзии...

И на коммунистическом Востоке, и на капиталистическом Западе основа отношений между людьми - это деньги. А я утверждаю, что основой жизни должно стать творчество. Основой творчества - тунеядство. Работать должны машины, труд людей следует законодательно запретить!..

Дебор считал, что в борьбе за светлое завтра революционеры должны опираться не на интересы классов, а на свои собственные интересы. Наиболее последовательными революционерами он считал уголовников, футбольных фанатов и наркоманов. Он утверждал, что их основным занятием должны быть ограбления, публичные скандалы и акты вандализма.

В 1957 году Ги Дебор основывает организацию, ставшую иконой для сегодняшних "новых левых" - Ситуационистский Интернационал. В него входят несколько авангардных художников, поэтов и киношников. По всей Европе у Дебора появляются единомышленники.

Скоро сторонники ситуационистов захватывают власть в студенческом профсоюзе Страсбургского университета. Они увольняют всех профессоров, распускают университет - один из старейших во Франции, - а на все деньги из его казны печатают порнографические комиксы, которыми оклеивают стены города.

Дело кончилось судебным разбирательством. Прокурор зачитывает обвинительное заключение. В нем говорится, что молодые бунтари "отвергли все моральные устои, цинично возвеличили воровство и провозгласили Всемирную Революцию Непрекращающегося Оргазма". Ситуационисты поблагодарили прокурора, распечатали его речь и принялись распространять ее в качестве листовки.

К весне 1968-го идеи Дебора подводят Францию к грани, за которой следует вооруженное восстание. Об учебе студенты забывают окончательно. В одном только Нантерском университете (в пригороде Парижа) с января по апрель проходит 49 случаев массовых беспорядков. Студенты громят офисы американских фирм и захватывают административные здания.

Первомайская демонстрация в Париже заканчивается кровавым побоищем. Власти не выдерживают и объявляют о закрытии Нантерского университета. Туда вводят Роты республиканской безопасности - CRS. Этот французский ОМОН используется только для подавления беспорядков среди гражданского населения.