Она меня чуть не добила! Нет, я и так знал, что девушка отчего-то испытывает ко мне неприязнь, но никак не мог ожидать, то она попробует отпугнуть меня таким образом. И как только узнала о моей аллергии? Это же тайна за семью печатями! Или же это вышло случайно?
Благородная барышня прибыла в дом, куда до начала праздника вход открыт лишь женатым парам, чтобы проведать жениха, не получив официального предложения? В такое верилось с трудом. Скорее господин Ризеган использовал девушку, чтобы узнать правду о моём плохом самочувствии. Или же Арлета каким-то образом связана с главой местного ведомства?
«Потому заранее пришла предупредить, чтобы дракон Его Величества не делал предложение? — предположил я. — Или постаралась очернить себя в моих глазах ради каких-то других целей?»
Всё это было очень подозрительно. Сейчас барышня Кустер стояла спиной к двери и прижимала ладони к лицу, будто была готова сгореть со стыда. Или снова притворяется? Вельможи посматривали с любопытством то на неё, то на меня, а слуги тихонько перешёптывались. И тут из толпы, как карманник из подворотни, выскочил господин Кустер и бросился ко мне:
— Вам уже лучше! Как я рад!
Он помог мне встать. Тут к нам присоединился Сарча, который помог мне дойти до кровати и подал бутылочку с зельем. Отпив, я смог нормально дышать, а Кустер продолжал громко восторгаться:
— Верно говорят, что любовь — самое невероятное чудо жизни! Моя бедная Арлета так сильно переживала за здоровье Его Светлости, что уговорила меня поехать к господину Ризегану и проведать своего жениха. И, только гляньте, он уже смог подняться с постели!
— Так они помолвлены? — раздались шепотки, но на Алрету всё равно смотрели косо. — Не слышал об этом. А вы?
— Мы решили объявить о помолвке на новогоднем балу, — продолжал выдумывать господин Кустер.
Иногда он боязливо посматривал на меня, будто ожидая, что я начну возражать, но я молчал. Во-первых, я ещё не мог нормально говорить, очередной приступ аллергии был очень сильным, а во-вторых не хотел рушить жизнь девушки. Если заявлю, что никакой помолвки не было, на будущем барышни Кустер можно было ставить крест. Было ещё и в-третьих, но об этом я решил подумать позже.
— Как прекрасно! — господин Ризеган воздел руки. — Вы проведём сразу две помолки. Получится прекрасный праздник!
Я прищурился, внимательно изучая лицо хозяина дома. Как ни странно, он действительно говорил то, что думал. Интересно только, чему больше радовался Ризеган: стремительному выздоровлению дракона Его Величества, пышному празднику и помолке своей дочери или же тому, что отношения гостя и барышни Кустер идут по его плану?
Вельможи уже начали расходиться, явно разочарованные тем, что ничего скандального не произошло, а к Артете подошла пышнотелая блондинка, при виде которой Сарча едва не выронил бутылочку с драгоценным зельем.
— Как вы? Идёмте сюда…
— Уже покидаете жениха? — остановил их Ризеган, усилив мои подозрения. Он начал бесцеремонно подталкивать девушку к кровати. — Вдруг ему станет хуже, когда вы уйдёте? Тогда помолку придётся перенести…
— Нет, — прохрипел я и выставил ладонь. — Не нужно её заставлять, господин Ризеган. По своей доброте Арлета будет ухаживать за мной день и ночь, но ведь скоро бал. Ей нужно хорошо отдыхать и высыпаться, чтобы выглядеть свежей и прекрасной.
— Вы правы, — заулыбался он. — Тогда оставлю вас на попечение слуги и попрошу лекаря снова навестить вас.
— Благодарю за беспокойство, — откидываясь на подушки, вдохнул из последних сил.
Ризеган высокомерно кивнул, будто он тут король, а я лишь никчемный шут, и вышел из покоев. Не глядя на меня, Арлата поспешила за ним, последней выходила её пышнотелая служанка.
— Вы тоже покидаете нас? — странным, неестественно высоким голосом спросил Сарча, и я удивлённо покосился на слугу.
Тот не отрывал от блондинки круглых, как у совы глаз. Та передёрнула округлым плечиком и манерно, подражая говору горожанок, бросила:
— Я всюду следую за своей госпожой.
Когда дверь захлопнулась, Сарча повернулся ко мне и пролепетал:
— А вы на самом деле намерены обручиться с барышней Кустер?
— Мне вроде как не оставили выбора, — задумчиво пробормотал я. — Если не считать тот, который вёл бы к позору этой девушки и осуждению общества, направленному на меня.
— Тогда женитесь на ней! — пылко заявил он. — Она кажется милой и разумной. Немного сумасбродная, но ведь и вы не образец благоразумия.
— Как лестно это слышать от тебя, — не сдержал я усмешки.
— Она из благородной семьи, — увлечённо продолжал Сарча. — Слышал, что роду её матушки исходит от древних королей…
— А ещё от неё пахнет оборотнем, — тихо проговорил я, и слуга испуганно осёкся.
Я кивнул и поманил его, желая ещё раз приложиться к зелью. Слуга подошёл и помог мне выпить, бормоча:
— Ничего себе! Неужели она связана с тайными делишками господина Ризегана?
— Это и предстоит выяснить, — прошептал я и, уже проваливаясь в сон, пробормотал: — А помолвку можно расторгнуть уже после, выплатив положенную компенсацию господину Кустеру.
Мне снились волки, на задних вальсирующие вокруг разряженной ёлки, под которой в коробке с большим бантом сидел мой друг Дейлар, которого я видел перед отъездом в Леверетт, и огромной ложкой уплетал из банки малиновое варенье. Оторвавшись от лакомства, старший следователь подмигнул мне и заговорщически прошептал:
— Только Даррену не говори!
Я прижал палец к губам и, звдрогнув, открыл глаза.
Была ночь, и рядом стояла Арлета. Она закрывала мне рот ладошкой и шептала:
— Умоляю, помогите мне!
Глава 15
Арлета
Я вылетела из спальни приезжего лорда, как зверёк из ловушки, стоило двери приоткрыться. Едва дыша от злости и стыда, последовала за отчимом с решительным видом.
— Не уделите мне минуту?
— Дорогая… — Он явно не желал исполнять мою просьбу, мялся и с сожалением посматривал на удаляющегося в окружении вельмож Ризегана, а потом смиренно кивнул. — Поговорим в моей комнате.
«Всё равно не отстанешь» — говорил его тон.
Я последовала за господином Кустер в покои, отведённые для гостей, свалившихся, как снег на голову. Взглядом остановила служанку, которая хотела войти за нами, и Панча осталась снаружи. Так я была уверена, что нас никто не подслушает. Стоило двери закрыться, как я выила на отчима всё, что бурлило у меня внутри.
— Как вы могли?! А если бы граф заявил, что никакой помолки не было? Вы хоть представляете, чем это могло закончиться? Я не говорю о себе, так как давно поставила крест на своей жизни. Но в чём виновата ваша родная дочь? Малышка Триста не заслужила косых взглядов… Неужели вы не думали о репутации семьи, которая бы рухнула в одночасье? Даже о себе? Открой господин Хартш правду, и за вас не вышла бы замуж ни одна из благородных дам!
Я едва перевела дыхание и, гневно глядя на него, сжала пальцы в кулаки. Ещё не хватало сорваться второй раз! Если я сменю ипостась в чужом доме, всё, что я сейчас наговорила, покажется сказочным будущим.
— Во-первых, — воспользовавшись паузой, процедил отчим, — ты сама вошла в комнату неженатого мужчины без сопровождения и поставила себя под удар. У меня выбора не было — либо я сообщаю о вашей скоропалительной помолвке, либо прощаюсь с репутацией семьи. А во-вторых, граф едва дышал. Даже если бы он хотел возмутиться, то был не в состоянии это сделать.
Я с изумлением посмотрела на мужчину, который шантажом заставил меня поехать в дом главы ведомства, и теперь сияет, как начищенный золотой.
— Верно, вы очень довольны собой от того, как ловко загнали меня в ловушку, — в отчаянии прошептала я. — Воспользовались болезнью графа и моей слабостью, чтобы быстренько избавиться от обузы.
— Говоришь так, будто я преступление совершил, — поморщился он и присел в кресло. — А должна спасибо сказать, ведь я устроил твой брак с богатым вельможей!
