Читаем без скачивания Седьмая жертва - Яна Розова

– Кабаны тоже опасные животные, – сказала Марина.

– Да, но и осторожные. Вряд ли мы встретим кабанчика…

– Вот и хорошо, – резюмировала Тамара.

– Откуда ты так много знаешь о лесе? – спросила Марина.

– Просто в детстве ходила в походы. Я увлекалась туризмом и краеведением.

Слева и немного впереди мелькнул светлый силуэт Милены.

– Девочки! – закричала она. – Я нашла сумку Лены!

Оказалось, что сумка лежала всего в двух шагах от тропинки. Других следов присутствия Порше или признаков случившегося на первый взгляд не было. Но, оглядевшись, Марина увидела, что в одном месте трава примята, а тоненькие веточки куста сломаны. Будь у женщин больше опыта в таких делах, они бы смогли понять, в какой стороне надо искать Лену.

Но действительно пугающую находку сделала Кристина. Она пришла на звук их голосов со своей стороны дорожки, побродила вокруг и вернулась с белым мужским носовым платком. Кристина держала его за уголок.

– Он пахнет чем-то резким, – сказала она брезгливо.

Оказалось, что платок пахнул эфиром.

Женщины переглянулись. Кристина всхлипнула. Говорить о том, что произошло, они не могли. Впали в состояние шока.

Лика обернулась и стала всматриваться в лес. Теперь он не казался таким уж прозрачным. А Марина поняла, что душа леса вовсе не так добра, как это можно было себе представить. Хотя нет, это несправедливо. Лес-то тут при чем? Если какой-то псих напал на модель, то не надо виноватить природу.

Почти всю дорогу до дома они молчали. Кристина и Милена плакали, Лика сказала им, что не стоит делать поспешных выводов. А что, если вонючий платок не имеет к нашей модели отношения? Тамара заметила, что теперь надо срочно отсюда выбираться – хоть пешком, а Марина задумалась о другом: откуда взялся тот мужик, который напал на модель?

Ответ Лики на этот вопрос Марину не устроил.

– Он из леса выскочил. Решил изнасиловать и… – Фразу Лика закончить не смогла.

– А как так получилось, что тут поблизости обретается этот псих? Он сидит возле этого дома круглый год и ждет, пока сюда кто-нибудь приедет? А может быть, это хозяин дома?

– Все это чушь, – сказала Кристина, высморкавшись. Даже она могла иногда брать себя в руки. – Я думаю, что мы должны еще поискать Лену. Если ее схватил маньяк, она может быть еще жива!

Но Лика решила иначе.

– Надо вернуться в дом. Поесть, собрать вещи и идти по дороге домой, в сторону Гродина. В городе мы сразу пойдем в милицию, и тогда сюда приедут профессиональные спасатели, милиция. Словом, пусть уж ищут профессионалы, а для нас это слишком большой риск.

Все согласились, и только Кристина гневно покачала головой.

В комнате наверху она сказала Марине:

– Никому не говори, но я пойду в лес. Я не могу это так оставить. А что, если Лена еще жива? А что, если он связал ее и бросил до вечера? Есть такая статистика, что если человека не находят в первые часы после похищения, то с каждым часом его шансы на спасение уменьшаются в два раза. Я вылезу в окно, а ты молчи!

– Нет, Кристина, не вздумай! Я Лику позову!

Марина вцепилась в рукав ее куртки. У Кристины был какой-то безумный взгляд, и это пугало.

– Марина, я должна это сделать, – сказала девушка тихо. – Должна. Моя сестра вот так пропала, понимаешь?

– Как – так? – Марина выпустила рукав, понимая, что сейчас услышит одну из самых захватывающих историй в своей жизни.

– Ты слышала, что пятнадцать лет назад в селе Петриковском пропали три девочки? Четвертая девочка смогла убежать от напавшего на нее мужика и привела к нему односельчан. И они нашли одну мертвую девочку у него в подвале, два других тела – в огороде. Вот я про что говорю.

Марина знала об этом случае. Петриковское и Силаевка, где родилась и жила до поступления в Гродинский университет Марина, находились по соседству. А пятнадцать лет назад ей и самой было пятнадцать. О похищении и зверском убийстве трех девчонок Марине и ее одноклассникам рассказала классная руководительница. Об этом тогда все говорили чуть ли не целый год. Происшествие так взволновало округу, что даже маленькие деревенские дети стали играть в киднеппинг.

– Марина, одна из тех девочек была моей сестрой. Мне было двадцать, я уже была взрослой, а ей всего-то десять. Я забрала ее из школы и вела домой. Тут к нам подкатил на мотоцикле парень, который мне нравился. Я с ним стала кокетничать, а он предложил мне покататься. – В голосе Кристины звучало такое раскаяние, что Марина остро пожалела ее. – Я и поехала, а Аньку бросила прямо на дороге. Одну. Понимаешь, я же не думала, что на нее нападет извращенец. Да я и не знала о его существовании… А потом, когда мы покатались, я не нашла сестру дома. И даже не пошла ее искать! Такая дура! Решила, что она свернула к подружке и теперь радуется жизни у нее в гостях. А Аньку в это время… Если бы я пошла ее искать, то могла бы сделать хоть что-нибудь. Был бы шанс!

Кристина всхлипнула, высморкалась в бумажный платочек и вытерла слезы.

– Ты как хочешь, а я пойду.

Она открыла окно, огляделась, залезла на подоконник…

Марина в ужасе бросилась к ней:

– Куда ты? Второй этаж!

Но, выглянув вниз, увидела под окном крышу сарая – всего в метре. С самого сарая тоже реально спрыгнуть. Пожалуй, можно рискнуть. А вот если сейчас звать Лику, то Кристина точно убежит в лес.

Одна за другой, они быстро соскочили на крышу сарая.

В лесу Кристина сразу пошла в глубь леса, будто видела впереди какую-то цель. Сначала Марина пыталась двигаться за ней следом, а потом разглядела справа от себя что-то непонятное. Вроде полянки, только без всякой растительности, и земля на этой полянке была слишком ровной. Окликнув Кристину, Марина направилась в ту сторону. Сейчас она только посмотрит, что там, а потом попробует убедить подругу по несчастью в бесполезности начатого ими поиска. Журналистка была уверена, что без них женщины не покинут дом. Лика ни за что их тут не бросит. Но все-таки надо было скорее возвращаться.

Марина почти дошла до места, удивляясь, что полянка имеет форму правильного прямоугольника, а потом вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Она вообще была чувствительна к взглядам. Стоило ей иногда обернуться, как Марина замечала, что кто-то на нее смотрит – например, из окна дома, мимо которого она шла, или из машины. И лишь заметив этот взгляд, она понимала, что обернулась не случайно, а именно потому, что на нее смотрели. С годами Марина научилась фиксировать в себе это почти неуловимое ощущение чужого взгляда. И вот теперь было то самое оно.

Понимая, что здесь и сейчас все может быть намного страшнее, чем когда-либо в ее жизни, Марина замерла, готовясь резко обернуться, а потом бежать куда глаза глядят.

Над ее головой запела птица.

Где-то треснула ветка.

Ветер качнул верхушки деревьев.

А потом Марина оказалась в чьих-то грубых сильных руках. Ее потащили в сторону от подозрительной ровной поляны, при этом горло Марины было сдавлено так, что она едва могла дышать, не то что кричать. И только она вспомнила про белый мужской носовой платок, пахнущий эфиром, как ощутила его у себя на лице.

…Очнулась Марина в странном месте. Это было очень холодное и очень большое помещение с низким потолком, вроде подвала, а может, и вправду подвал. Пол был земляной, стены – бетонными. Окна отсутствовали. Источником света служил большой фонарь, стоящий на полу в паре метров от Марины. Луч слегка желтоватого света упирался в деревянные перекрытия потолка. Они были редкими, а между ними провисал черный, наверное толстый, полиэтилен.

Марину тошнило, горло у нее болело, но не внутри, как бывает при простуде, а снаружи. Она сидела на стуле с подлокотниками и высокой деревянной спинкой. Ее тело, руки и ноги были обвязаны толстыми веревками, они плотно прижимали Марину к стулу.

Услышав, что за ее спиной кто-то ходит, она попробовала повернуть голову, но шея очень болела. Тот, кто был сзади, вышел вперед. Его темная тень перекрыла свет фонаря. Марина зажмурилась от страха, а открыв глаза, поняла, что человек уходит. Несмотря на смятение чувств, это ее удивило.

Но она удивилась намного сильнее, когда услышала легкие женские шаги и увидела перед собой знакомое лицо.

Тамара Карякина, 28 лет

…взглядами, рукопожатиями теперь обменяемся мы,может быть, даже несколькими словами,и каждыйбудет темнее света, будет светлее тьмы,потому что все остается,что проявилось однажды…

О смерти Видаля Тамара узнала от Кольки Филиппова. Его звонок застал Тамару в ванной, под душем. Сквозь шум воды ее чуткий музыкальный слух распознал аккорды «Аутодафе» – одной из самых любимых Тамариных песен «Алхимика», которую она использовала в качестве сигнала мобильника.