Вот тут веддана и сорвалась. Можно сказать, на крик перешла. Вначале укоряла обладателя в безответственности и в том, что сам лично не занимается воспитанием приёмных сестёр. Потом поучала, как важно выполнять все данные детям обещания. И напоследок проговорилась:
– Вы с самого утра словно сговорились мне портить настроение!
– Кто это «вы»? – ухватился за слово Загралов. – Ну-ка рассказывай, кто это осмеливается ссориться с высшей ведьмой?
Чувствовалось, что строптивая девица ни за что не стала бы признаваться, не тяготей над ней воля её создателя и спасителя из небытия. Но пришлось. Тем более что сама расшевелила интерес своей нечаянной оговоркой.
– Да есть тут один… – начала она с неохотой, но потом решила, что в любом случае перед кем-то душу облегчить придётся. И продолжила уже с такими нотками, которыми сестра жалуется старшему брату на хулиганов: – Старый мухомор! Ты представляешь, он на полном серьёзе предлагает поселиться у него в спальне! И сегодня полночи меня уговаривал. Ну нет, каков нахал, а?!
Только вот непонятно было, она настолько резко отрицает подобную связь со своим любовником по сороковым годам прошлого века или сомневается и спрашивает совета. Наверное, ещё вчера утром Иван мысленно посмеялся бы над приставаниями господина Хоча или в крайнем случае остался нейтральной стороной. Но, насмотревшись на резко помолодевшего Апостола и жутко счастливую Диану, заметно пересмотрел и изменил своё мнение. Да и последние просмотры явно показывали: тело Игната Ипатьевича, особенно по внутреннему своему состоянию, молодеет всё больше и больше. В данном случае тоже сказывался фактор его постоянного пребывания в сущности телесного фантома. Конечно, каскадёром стать, как молодая Фаншель, он бы ещё не смог, но когда его никто из посторонних не видел, дедуля бегал, словно практикующий спорт пятидесятилетний мужчина. Если учитывать ещё и умения самого целителя совершенствовать свой организм, то не стоило удивляться, что он в таком диком для здравого рассудка возрасте ещё и пожелал интимной близости.
На это и пришлось намекать:
– Игнат молодеет день ото дня…
– Ага! – зафыркала Зариша. – Молодеть – это ещё не значит мочь. Да и вообще, он выглядит как дедушка!
– Зря наговариваешь на человека…
– Но ведь он давно умер! – без всякой логики воскликнула Зариша. Видимо, ей пришла в голову мысль, что она может оказаться в одной постели с покойником.
– Хм! Кто бы говорил… – напомнил обладатель веддане об очевидном, о её воскрешении. – К тому же именно его памяти о твоём теле ты и обязана собственному возрождению. Так что не спеши отвергать его притязания и не смотри только на его старческую оболочку.
Высшая ведьма помолчала немного и призналась:
– Конечно, когда я закрываю глаза и просто его слушаю, он сразу становится для меняя милым и юным Гнатиком… Но как только взгляну на его лысину!..
– Понятно, – мысленно вздохнул, экстраполируя по внутренней связи свою задумчивость, Иван. – Видимо, придётся нашему знаменитому целителю делать новое открытие… никак не меньше.
– В какой отрасли открытие? – Наверняка Авилова догадывалась, но от вопроса не удержалась.
– В противовес своему знаменитому депилятору – теперь ему придётся создавать средство для восстановления волос.
– Да ну тебя! – не то обиделась, не то рассердилась веддана и постаралась оборвать связь со своей стороны. Но с обладателем такие штучки не проходят:
– Я тут подумал и решил… Девочек и моих родителей перекинем сюда с помощью «скачек». И назад отправим так же. Пусть их тут меньше видят посторонние, да и в особняк могут неожиданно нагрянуть проверяющие из надзорных за опекунством организаций. Это – раз. Ну и два… Ты нашего Хоча не обижай слишком, а то ещё помрёт от любовных переживаний… А у нас на нём целая «империя» держится.
– Ха! – зло отозвалась Зариша. – Но если я к нему в спальню переберусь, то ваш Хоч точно до утра не доживёт!
– Во-первых, он не «наш», а «твой». А во-вторых, полюбить такую, как ты, никто другой, кроме него, не сможет и не посмеет. Поэтому цени, что есть, и не разбрасывайся добром, ссылаясь на его чрезмерную опытность и зрелость.
На том и расстались. А обладатель переключился на заворочавшуюся у него под боком супругу:
– Проснулась? От угрызений совести за вчерашнее?
– Нет… – с томной ленцой стала мурлыкать прелестница. – От угрызений… голода. Причем не только голода физического, а и…
Её шаловливые ручки уже активно ласкали мужа, поэтому дальнейшие интимные прелести показались ему и естественными, и уместными. Конечно, хотелось бы и дольше предаваться естественным позывам плоти и чувственным наслаждениям, но постарались уложиться в полчаса. Ольге следовало спешить в студию, на съёмочную площадку, а Загралова отвлекали дела насущные.
Глава 6
Археологи
Одно из дел – это продолжающийся в катакомбах интенсивный поиск древних сокровищниц, захоронений и тайников ещё проарийского, славянского происхождения. Первые четыре дня после войны ведущие поиски ведьмы были заняты общей деятельностью, помогали спасать «Империю Хоча» от наезда правовых и государственных структур. Но вот уже двое суток как они под научным руководством фантома Надежды Нефёдовой возобновили поиски по прежним направлениям, исследуя найденный не то подземный зиккурат, не то рукотворный город.
К огромному сожалению, в том подземном царстве ничего толком не сохранилось. Каменные полати-возвышения да некие углубления в стенах в виде полок нельзя было назвать мебелью. Разве что на полу валялись примитивные каменные статуэтки, которые только отдалённо походили на изображения людей или животных и на которых с огромным трудом можно было заметить какие-то почти стёртые знаки. Судя по их расположению, здесь когда-то шла то ли эвакуация, то ли тотальное разграбление. Даже костей как таковых не было. Только труха да нагромождения пыли вперемешку с паутиной и плесенью. Слишком уж там преобладала сырость, и всё, что имело органическое происхождение, оказалось полностью уничтожено за тысячелетия. Канализация там в своё время имелась довольно разветвлённая, как и подвод воды от подземных ключей, но со временем система то ли забилась, то ли была разрушена подвижками недр. В результате самые нижние уровни напоминали собой затхлое болото, в которое ну никак не хотелось материализоваться духам, чтобы дать освещение. Несколько раз они это сделали, с омерзением осмотрели что смогли, да и отмели дальнейший поиск внизу как совершенно бессмысленный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
