Читаем без скачивания Ультиматум президенту (сборник) - Николай Самойлов

Проснулся, когда солнце сияло, как золотая корона на голубой лысине праздничного утра. Телефон заливался горластым петухом. Я поднял трубку и услышал голос Гали – молодой, хорошенькой девушки, работавшей в санэпидэмстанции. Она пропела: – Солнце красит нежным светом…

– Стены древнего кремля – подхватил я. Если я правильно понял, это ваше поздравление с Первомаем?

– Вы, всегда такой сообразительный, или только по праздникам, а может, кто подсказал.

– Подсказывать некому. И в будни, и в праздники один, как перст. Сохну без ласки и любви. Приезжай, вместе отпразднуем славный праздник весны и труда.

– Спасибо за предложение, а то мы со Светой сидим, думаем, где и с кем будем отмечать. Хорошо тебе – магазин свой и закуска и выпивка под рукой.

– Рад, что вспомнили! Приезжайте и у вас всё под рукой будет.

– Ты зря время не теряй, накрывай на стол. Мы приедем голодные.

По дороге девушки подцепили скучавшего на остановке мужика. Галина представила мне его: Знакомься это – Миша – приехал из Липецка за лесом. Я с любопытством посмотрел на незнакомца: Высокий, смуглый брюнет с улыбчивыми, карими глазами мне понравился. Пригласил гостей за стол. Галя села рядом со мной, Света с Мишей. Дамы не скрывали, что домой не торопятся, хотят хорошо повеселиться, поесть и выпить. Я решил, ради праздника, позволить себе немного вина, чтобы чуть – чуть расслабиться. Время летело быстро. Девушки рассказывали анекдоты, не всегда приличные, мы с Мишей не отставали. Сухое вино и коньяк делали настроение солнечней, праздничней, речи откровенней. С каждой новой выпитой рюмкой девушки всё больше хорошели, смелели. Колени Галины всё чаще касались моих коленей, руки – рук. Глубокое дыхание круглило высокую Галину грудь, вырез нарядной кофточки открывал её всё откровеннее. Она рвалась на свободу, жаждала ласки рук и жара поцелуев.

Глаза девушки призывно мерцали, не пряча за ресницами жар желаний. Я включил магнитофон и пригласил её танцевать. Горячая, статная, длинноногая, почти моего роста, она обожгла щёку горячим дыханием. Танцуя, я крепко обнял её. Галя глубоко вздохнула, округлившаяся грудь почти вывалилась из глубокого выреза блузки, волнение высушило горло, как суховей августовскую степь. Сердце усилило напор крови в венах, я почувствовал, что мужчина оживает во мне. Я, наконец то, был снова готов нырнуть в омут любви. Я коснулся губами Галиной бело розовой щеки, ласково прикусил мочку уха и спросил: Надеюсь, ты сегодня домой не собираешься? Давно мечтаю вдоволь налюбоваться твоей красотой. Уже забыл, как выглядит голая женщина. Твои ласки должно быть восхитительно – незабываемы. Она не опустила повлажневших глаз. Прижалась губами к уху и прошептала: Наконец то дождалась. Я уже потеряла надежду, начала думать, что никогда не решишься предложить остаться ночевать. Эта ночь вернула мне уверенность в себе. Я снова почувствовал тягу к женщинам. Ощутил страсть желаний и радость от их удовлетворения.

Глава 5. Бизнес

Жизнь не только брала своё, но и, не жадничая, одаривала, давала испытать новые, яркие ощущения, После пота и усталой тусклости буден, она иногда радовала праздниками. А, однажды, преподнесла мне совершенно неожиданный подарок. Ночью приснилось, что пишу стихи. Проснулся на часах три ночи, чтобы не забыть сел записывать увиденное во сне. Окна в моём доме уже проснулись. Их, посветлевшие стёкла, любовались облаками на востоке, розовевшими, как щёки стеснительной девушки. Чтобы не забыть увиденное во сне, писал торопливо, сокращая слова, полностью записывая только рифмы. На следующую ночь всё повторилось, и так было каждую следующую ночь, пока не закончил писать сказку. Когда переписал её начисто, родилось название: Сказка о России и нашем счастье. Тогда я впервые испытал радость творчества.

Она захватывает, как любовь, влечёт к себе, как недоступная женщина. От повседневной работы такого захватывающего восторга в душе не было. Стихи изменили мою жизнь. Без них она стала скучна, пресна, неинтересна. Я, словно, прозрел, стал без усилий понимать раньше для меня непостижимое, говорить не смущаясь – нет. Наверное, дала себя знать чужая, влитая мне при операциях кровь. Я стал другим: удачливее, решительней, предприимчивей. Увидев в гараже ОРСа леса, стоящий без дела автомобиль Маз, по дешёвке купил его. Так у меня появился первый грузовой автомобиль. С водителем проблем не было. В леспромхозах зарплату не платили, поэтому Иван Лященко пошёл ко мне на работу с удовольствием.

Мы отремонтировали Маз, прошли тех осмотр и к середине июня были готовы ехать в Киров за товаром. Накануне отъезда, подошёл Иван и попросил разрешение загрузить и подвезти до Ухты трубы. Его об этом попросили друзья сына. Занятый подготовкой в дорогу, я даже не спросив какие трубы и куда нужно вести разрешил взять попутный груз. Только в Ухте, на пункте приёма цветного металлолома я увидел, что мы привезли. Два молодых парня сдали куски дюралевых труб и разделанный медный кабель на одиннадцать миллионов рублей. Я полтора месяца зарабатывал свои тридцать миллионов, а мальчишки за одну поездку одиннадцать. Было над чем задуматься. В Киров съездили удачно. Оптовые базы там были богаче, товары дешевле, прибыль от торговли выросла. Но мне покоя не давала мысль о цветном металле. В одиночку заниматься торговлей и сбором металлолома было трудно, поэтому пригласил к себе на работу, вышедшего на пенсию, заместителя начальника районной милиции Бойко Петра Михайловича.

Поручив ему заниматься торговлей и укреплением связей с бывшими коллегами, сам занялся разработкой «золотой жилы». Просмотрев газеты, выписал телефоны московских фирм, принимающих цветной металл. Обзвонив их, узнал, что самые высокие цены на металл в тот момент были у подольской фирмы «Сигма». В Советские времена все организации обязаны были выполнять план по сдаче металлолома. Последние годы никто ничего не сдавал. В леспромхозах скопились тонны металла, его разворовывали все, кому было не лень, поэтому мне не стоило большого труда уговорить директоров окрестных леспромхозов заключить со мной договора о продаже мне цветного лома по ценам приёмных пунктов в Сыктывкаре. В обмен на него я обязался поставлять в леспромхозы продукты, бензин, дизтопливо. Дело пошло, Леспромхозы без лишней суеты и усилий получали то, что им было нужно – я металл. Через две недели накопилось двадцать тонн: алюминия, бронзы, меди и радиаторов. Позвонив в Ухту начальнику АТП, договорился с ним о встрече. Встретились в ресторане гостиницы Тиман. Николай Петрович был бодр и весел. Выпили бутылку Гжелки, закусили сёмгой. Обсудив последние новости, перешли к делу:

– Николай, у тебя на базе без дела стоят две фуры, хочу взять в аренду. Если всё пройдёт удачно, после возвращения продлим аренду до конца года.

Фуры уже пол года стояли без работы, поэтому моё предложение Николая обрадовало.

– Договорились. Плати завтра аванс, оформим договор, выпишем путёвки и с богом в дорогу. Пусть водители, хоть, на хлеб себе зарабатывают.

Утром оформили все необходимые бумаги и поехали на мой склад загружаться. Металл погрузили так, чтобы сзади осталось свободное место. Сверху его прикрыли доской, сзади поставили ящики со стеклотарой. В накладных написали, что везём доску и стеклотару. В пути, на постах ГАИ сначала очень волновался, боялся, что гаишники найдут и отберут металл, но Бог миловал. Стеклотара никого не интересовала, доехали благополучно. В Подольске нас приняли хорошо. Три пресса работали круглосуточно. Спрессованный в блоки металл, грузили на фуры и отправляли в Прибалтику. С хозяином фирмы Димой Ефимовым договорились быстро. Он оформил пакет документов необходимых для открытия филиалов его фирмы по сбору цветного металла в Троицко – Печорском и Сосногорском районах. Весь собранный металл я обязался сдавать на его базу. Подписали договор. За привезённый металл получил двадцать пять тысяч долларов наличными. В то время, для меня очень большие деньги. Чтобы не гнать фуры порожняком заехали на оптовую базу и загрузились водкой, пивом, тушёнкой, шоколадом. Всю обратную дорогу водители вели машину по очереди, не останавливаясь на ночь. Опасались бандитов, которых в то время на дорогах было не меньше, чем гаишников. К счастью пронесло. В Ухте нас встретил Бойко, он нашёл оптовых покупателей, которым сдали часть товара. Оставшийся в фурах товар, развезли по своим магазинам.

Прибыль от этой поездки составила тридцать тысяч долларов. Убедившись, что игра стоит свеч, я вызвал Бойко:

– Пётр Михайлович, нас ждут великие дела! Борьба Горбачёва за общечеловеческие ценности показала, что самой общей, самой распространённой из них оказалась безудержная жадность. За годы первоначального накопления капитала, всякой мрази развелось больше, чем грязи. Давай примем все возможные меры, чтобы в неё не вляпаться. Займись строительством надёжной» крыши» и службой безопасности нашей новой фирмы, иначе всё потеряем. Я привёз лицензию и учредительные документы, будем открывать в Коми филиал Подольской фирмы по сбору цветного металла. Твоя задача договориться с бывшими коллегами об охране склада, сопровождении фур до Подольска и получении справок в ОБЭП о том, что металл приобретён законно. Всё должно быть официально: договор, перечисление денег за услуги. Мент всегда и везде – мент. Бойко мигом всё понял и взял быка за рога: