получу очередное унизительное задание.
Бросаю взгляд на коридор, ведущий к детской и перебарываю желание подняться и провести остаток дня с сыном. Побеждает страх, что Ник может вообще запретить мне видеть Риана.
Сад кажется просто необъятным. Он уступами спускается вниз, каждый уступ оформлен по-разному, а в центре — шикарный каскад из фонтанов. И куда мне дальше?
Выбираю последовательное изучение всех ярусов. Проходу первый, наслаждаясь розовыми кустами, цветущими даже в начале осени. Затем второй с зелеными кустами причудливых форм, а потом сворачиваю на дорожку, спускающуюся к третьему ярусу, засаженному деревьями, и слышу голос Ника.
Нашла! Выбираю тропинку, которая должна привести к нему, даже подбираю юбку, чтобы быстрее дойти. Но тут слышу женский голос. Это та самая женщина, что приехала в гости.
Они говорят негромко, слов не разобрать. Но внезапно я слышу смех Николаса. Искренний, довольный. Он смеялся так… давно.
Подхожу ближе и в прогале между деревьями вижу их. Ника и эту женщину. Они стоят у беседки: она лицом ко мне, с обезоруживающе доброй улыбкой и блеском в глазах, а он спиной ко мне.
На нем все та же белая сорочка, которая обтягивает его широкие плечи, только теперь рукава ее неформально завернуты. Цвет рубашки сильно контрастирует с загорелой кожей и делает очевидным, что все эти рельефные мышцы — результат долгих тренировок.
— Я так рад, что ты приехала, — говорит Ник. — Скучал.
— Сам-то что давно меня не навещал? — перекидывает ему упрек женщина.
— Времени не было, ты же знаешь.
Тут женщина делает шаг назад и подворачивает ногу. Ник подхватывает ее, уберегая от падения, склоняется и…
О, боги! Он ее сейчас поцелует! Сердце сжимают тиски, становится жутко неловко и больно. Краска приливает к щекам, а на глаза наворачиваются слезы.
Я поворачиваюсь, чтобы не смотреть, цепляюсь за ветку дерева, спотыкаюсь и с громким “Ой!” падаю на тропинку.
Глава 12. Гость
Уф! Какой позор! Не только из-за того, что я увидела этот момент — а ведь явно не предполагалось, что кто-то будет свидетелем поцелуя, учитывая уединенность места. Мне еще жутко стыдно из-за чувства, которое кольнуло мне грудь. Я не имею на него никакого права, но оно чернильным пятном растекается по моей душе. Ревность.
— Что там случилось? — спрашивает женщина.
Ничего! Меня тут нет! Целуйтесь дальше! Я пытаюсь скрыться за деревьями и замираю в надежде, что меня все же не заметят. Жмурюсь и даже задерживаю дыхание, жалея о том, что не могу никак заглушить громкий стук своего сердца.
— Ничего, — отвечает Ник, а я слышу ухмылку в его голосе. — Тут просто… Мыши шуршат и пищат.
Я слышу стук каблучков по мощеной дорожке, а потом мягкие шаги по грунтовой дорожке.
— Ну да, мыши, которые говорят по-человечески, — скептически и немного с укором мелодично говорит женщина и останавливается рядом со мной. — Тина?
Надо же, как она быстро запомнила мое имя. Я выхожу из-за дерева и стараюсь не смотреть на нее. Но все равно то и дело поднимаю взгляд. Невольно сравниваю нас.
Она в дорогом платье, с улыбкой на лице, будто излучает свет. И я в невзрачной одежде, которая, к счастью, скрывает синяки. Бесправная и теперь безродная. Естественно, я проигрываю это сражение. Хотя… Я его давно проиграла.
Грусть затапливает меня. Я думала, что давно отпустила Ника. А оказывается, стоило ему появиться на моем пути, как несбывшиеся мечты напоминают о себе. Находиться рядом с ним и видеть, чувствовать его равнодушие — больно.
Но лучше так, чем каждый миг думать, какую причину найдет мой муж, чтобы сорваться на мне, или переживать о том, что оборот Риана начнется неожиданно рано, и никто не сможет ему помочь.
Женщина чуть наклоняет голову набок и прищуривается, ожидая ответа.
— Господин Сайланд велел найти его, когда я закончу с его камзолом, — бормочу я. — Прошу прощения, что помешала.
— О чем вы, Тина? — брови женщины сходятся на переносице. — Разве можно помешать пустой болтовне? Вы не ушиблись?
Я рассеянно отряхиваю платье, на которое прилипли несколько опавших листочков. Гостья Ника внимательно рассматривает меня и, конечно, останавливается взглядом на синяках на шее — единственных, которые я ничем не смогла прикрыть.
Это смущает. Очень хочется поскорее уйти.
— Ни-и-и-ик? — ее голос становится совсем строгим, и она переводит взгляд на дракона.
Мне кажется, или она подумала, что это сделал Николас? Еще, не приведите боги, решит ревновать!
Открываю рот, чтобы переубедить ее, но Ник успевает перебить, пригвождая меня к месту глазами. Как будто я виновата в том, что тут оказалась. Он же сам велел найти его!
Наши взгляды пересекаются, от чего по телу пробегают мурашки. Уговариваю себя, что я не должна так реагировать на него. Но не могу. В груди буря эмоций, не оставляющая ни единого сомнения, что Гардариан не смог убить во мне способность чувствовать. Особенно — быть равнодушной к Нику.
Тем неприятнее слышать холод в его словах.
— Тина, проверь, готова ли рыба в Сальдейском маринаде, и проследи, чтобы накрыли на три персоны, — распоряжается он. — И приведи себя в порядок к обеду.
Белокурая женщина продолжает сверлить взглядом Николаса, но, похоже, не собирается говорить ничего при мне. Поэтому я делаю книксен, оставляю Ника с его дамой решать проблемы и ухожу в кухню.
К счастью, дорогу к ней я уже запомнила, когда бегала за кофе для Ника. Ну хоть что-то в этом издевательстве было положительного.
Значит, Ник распорядился приготовить рыбу в Сальдейском маринаде… От одного названия у меня уже начинают течь слюнки, настолько сильно она мне нравится. Ник готовил мне ее сам в самый первый раз, когда утащил меня в свое тайное логово. Мое самое любимое блюдо.
А теперь, получается, Ник готовит его для своей новой возлюбленной?
Закусываю губу, чтобы чуть отвлечься от этих мыслей, и буквально бегом добираюсь до кухни.
Все готово: и рыба идеальная, и на столе, как и
