я не сомневался. Ваня хоть и был молчаливым, но работу свою знал и выполнял ее хорошо, без нареканий.
– Вот и хорошо, – сказал я и похлопал обоих по плечам. – Я поехал. Если какое ЧП, сначала мне звонить. И не ведитесь на ее жалобы. Она та еще хитрая дрянь.
Парни снова кивнули, и я уехал, уверенный в том, что всё будет сделано в лучшем виде.
Нужно проведать жену. Пусть она на меня сильно злится, это пройдет. Задарю ее подарками, пообещаю, что это в первый и последний раз, и она простит. Ради ребенка не может не простить. Нашему сыну нужна полноценная семья, и Соня это понимает.
Не удивился, когда Соня не приняла мой вызов, но когда ее мать тоже была не абонент, напрягся. Неужели что-то случилось, пока я ездил по делам?
На перекрестке, пока горел красный, нашел в интернете номер больницы, набрал его и попал в приемный покой.
– Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, как там София Орлова? Должна быть в родильном отделении. Я ее муж, Гордей Орлов.
– Добрый день, Гордей Владимирович, сейчас посмотрю, – сразу же узнала меня по голосу. Навел я там сегодня шороху. Пауза в несколько секунд, – Так ее выписали сегодня еще в обед. Она выписку взяла, подписала отказ от претензий и уехала.
Понятно. Моя жена не захотела оставаться в этой клоаке ни минуты после того, что сегодня случилось. Ничего, найду ей частную клинику без сюрпризов, так что больше ей переживать такой стресс не придется.
Воодушевленный, что не придется наворачивать круги по больнице, я поехал домой. Наверняка Соня уже там. Может, спит или отдыхает.
Вот только когда я радостно вошел в квартиру, вместо жены обнаружил на кухне своих родителей, одиноко сидящих за пустым столом.
– А вы что тут делаете? – удивился я их появлению. Обычно они предупреждали о своем визите.
– Добрый вечер, сынок. Вот, наслаждаемся яствами, которые нам твоя жена приготовила, – съязвила мама в своем репертуаре, и я перевел взгляд на отца.
– Где Соня?
– Здрасьте, приехали, – хмыкнула снова мама. – Ушла твоя Сонька. Грубиянка. Вы только посмотрите на нее. Ни рожи, ни кожи. Безотцовщина, а туда же.
– Что вы ей наговорили такого, что она ушла? – процедил я сквозь зубы.
Мои родители никогда не любили Соню. Считали ее недостойной меня партией.
Я никогда не вмешивался в их взаимоотношения, считая, что со временем они примут мою жену, особенно когда она родит, а сейчас начал понимать, что это было большой гребаной ошибкой.
– Неважно, сынок, о чем мы тут общались, пока твоя Сонька обчищала карманы. Ты бы проверил потом столовое серебро. Такая голодранка могла и утащить. Ну ничего, я пригласила к нам дочку Севастьяновых, такая хорошая девочка. А какая умница, МГУ с отличием закончила. Переодевайся давай, она через час будет. Ужин скоро из ресторана привезут, так что не переживай, стыдно не будет.
Мать продолжала нести какой-то бред, а я не мог поверить, что всё это реальность.
Снова набрал номер Сони, затем ее матери, но их телефоны были отключены.
Был уверен, что в квартире матери Сони нет.
И где мне теперь ее искать?!
Глава 7
– Я и забыла, что они живут довольно аскетично, – прошептала я на ухо маме, пока дедушка искал в погребе банку соленых огурцов, а бабушка пошла открывать дверь.
Родители отца были сторонниками сельской жизни, и когда отец, обосновавшись в городе, хотел забрать их к себе, они наотрез отказались, наоборот, зазывая нас к себе.
Мама, выросшая в городе, не любила жить в деревне даже два-три дня, да и коров доить у нее не получалось, как бы бабушка не пыталась ее обучить, так что приезжали мы по детству не так уж и часто.
– Придется потерпеть, солнышко. Это единственное место, о котором не знает Гордей.
Несмотря на то, что дедушка с бабушкой меня любили, на свадьбу так и не приехали.
После смерти отца связь между нами была потеряна на много лет, так как помогать маме, если она не оставит им меня, они отказывались, а мама не собиралась меня бросать.
Конечно, между ними были до сих пор натянутые отношения, но ради меня мама со временем наладила с ними контакт, так что я для них не была незнакомкой. Вот только такой близости с ними, как у других со своими родственниками, у меня не было.
– Надеюсь, бабуля не заставить меня доить коров. В моем положении будет тяжеловато, – шучу я, а сама сомневаюсь, шутка ли это.
– Ну уж нет, Соня, я тебе своих крошек не доверю, – говорит бабуля, Маргарита Львовна, и ставит на стол закипевший чайник. – Максимум, до несушек могу допустить, чтобы яйца собрать поутру. Ты смотри, мы с дедом спозаранку встаем. Я коров дою, он скотину кормит, а потом коров да овец на пастбище гонит, пастуху. У нас не как в городе, ты учти, не забалуешь да не побездельничаешь.
– Я не лентяйка, бабуль, – покачала я головой и с удовольствием взяла протянутую чашку чая. После дороги было немного холодно, так что согревающий чай – самое то.
– Маргарита Львовна, я у вас до утра переночую и домой поеду, хорошо? – сказала мама, а сама нервно ерзала на стуле.
Ей было некомфортно находиться здесь, но я ценила, что ради меня она преодолевала свои многолетние обиды.
– Ты бы лучше у нас на недельку осталась, Машка. Чего в этом городе делать? Не зря ж сюда рожать приехали. Я повитуха опытная, правнучка с удовольствием приму.
Я в ужасе едва не отшатнулась, поскольку это было моим самым страшным кошмаром.
Я, конечно, хотела спрятаться от мужа-предателя, чтобы он меня не доставал, передохнуть недолго и обо всем подумать, но не желала, чтобы мои роды проходили в деревенском доме без должной помощи врачей и оборудования.
Пока мы ехали сюда и мама вела машину, я перелопатила в интернете столько информации о подобном, насмотрелась статей о домашних родах, когда женщинам приходилось рожать самим, что тряслась от страха за свое будущее.
Не все домашние роды заканчивались успешно, а худшего своему малышу я не желала.
Он должен родиться здоровенькими и крепеньким, и я бы навсегда возненавидела себя, если бы из-за моей обиды на мужа мой ребенок пострадал бы во время родов.
