Правда, когда с ними Лифа, то защита нужна всем остальным.
Подхватываю пушистого на руки, и запрыгиваю с ним в портал.
Какая резка смена декораций. Я оказался, кажется, в пустыне. Я бы назвал эту выжженную землю пустошью. Повсюду песок, и все вокруг такое желтое. Нет даже намека на траву или деревья. Также, из птиц я вижу только стервятников, и они кого-то жрут вдалеке. Подошел поближе и присмотрелся. Ясно, два трупа, один гнол, а второй гоблин.
Открываем карту и смотрим, где мы и что нам делать. Оказалось, что это место где-то на краю материка.
И что мне делать? Конечно, сперва нужно послать разведку!
За два бургера я договорился с разведчиком, а сам сделал себе над головой платформу и уселся на горячий песок. Увы, но платформа пропускала лучи, и с теньком мне не повезло. Пришлось сидеть под ярким солнцем и следить за своим разведчиком. А он оказался шустрым, и довольно быстро открывал мне на карте туман войны.
Наверное, сегодня мой день, но первым, что он нашел, была небольшая деревня. У нее не было какого-то личного названия, так и называлась просто — деревня добытчиков.
Пятнадцать минут ушло у меня на то, чтобы добежать туда. Там я увидел, что сотни гоблинов в грязной и пыльной одежде ходят туда-сюда, с кирками в руках. Работяги, что ли? А не хотите поработать добытчиками в моем мире? Дяде Варгу очень нужно много камня. А судя по всему, они его здесь добывают.
Сотни телег тянулись в эту деревню. Половина всех построек были складами для каменных блоков. А простой неотесанный камень они складывали в кучи, из которых потом брали его на переработку.
В невидимости было легко ходить и смотреть, что здесь и как. Увидел здесь магов, которые из рассыпного камня делали блоки, и рабочие увозили готовую продукцию на склад. А вот куда они девают его дальше?
Куда-то точно должны.
— Шевелись! — привлек мое внимание громкий крик.
Толстый гоблин прописал удар плетью худому, который, судя по всему, был рабочим, и был ранен. А толстый гоблин, похоже, был надзирателем.
— Вставай! — психовал гоблин, и еще раз ударил лежащего по спине плетью.
Интересная здесь иерархия. Рабство, что ли?
Меня эта картина позабавила, и я решил себя немного развлечь.
Примерно прикинув, что раненый так быстро не встанет на ноги, и еще получит пару ударов плеткой, я подошел к надзирателю сзади, и стал ждать.
— Ты сдох или как? — заорал он, и ударил еще раз.
В тот момент, когда его плеть прошлась по спине, я сделал свой ход, и от всей души пнул надзирателя под зад, от чего он пролетел метра три.
— А-а-а-а-а-а... — закричал он от неожиданности.
Только такая реакция была недолгой и он, быстро подорвавшись с земли, стал вертеть головой по сторонам, пытаясь увидеть, кто посмел сделать такое с ним.
Мы находились на почти пустой улице, и жителей здесь было мало.
Хотелось рассмеяться в голос, как этот толстячек мечется и спрашивает всех проходящих. Вот один не выдержал и влупил ему в бороду, за то, что он схватил его за рубаху.
Ничего не узнав, он решил излить свою злость на том же рабочем. Подбежал к нему, и как замахнется кнутом. А я снова прописал ему поджопник, и опять он улетел далеко.
Надо же… Он перелетел даже через того, кого только-что бил.
— ДА ЧТО ЭТА...ЭТА ТАКОЕ?! — завопил он с обидой в голосе.
Ого, он говорит, практически, без ошибок. Наверное, умный и закончил филологический факультет гоблинских наук. А мог бы пойти в большой спорт. Вот как классно в длину умеет летать.
Теперь он поглядывает то на кнут, то на раненого.
До него стало доходить, почему его наказал «бог». И что, он сделает какие-то выводы? Сделал… Ну, кнут он свернул и засунул за пояс, но достал кинжал, и медленно пошел к раненому.
Ну, капец, дурак дураком. Ты за кнут получил леща, а теперь... что я с тобой должен сделать?
— Шнурк, ты какого тут делаешь? Ты же говорил, что раба на продажу поведешь. Почему ты теперь над ним стоишь с кинжалом? — о-о-о-о-о, появилось новое действующее лицо.
— Раб сломан! Я убивать его! — яростно ответил он.
— Эй! Не надо убивать свой раб! — и только я подумал, что хоть один нормальный попался, который не прошел просто так мимо, как… — Давай я убивать твой раб, и платить тебе двумя монетами.
— Хорошими монетами? — прищурился гоблин с кинжалом.
— Почти хорошими монетами, — кажется, они уже торгуются.
— Согласен на одну хорошую монету, и одну не совсем хорошую!
А вот мне просто, капец, интересно стало, что у них тут за валютная единица!
Вот же… А теперь я буду здесь ходить и думать, может мне взять одного языка?
— Договор! — согласился он на монеты, и выхватил уже свой кинжал.
— Убивать... только недолго! Он был нормальный раб!
— Сам знать, как я убивать! — предвкушающее ответил ему гоблин-садист и, высунув язык, подошел к рабу.
В момент, когда он уже замахнулся кинжалом, я только смотрел с любопытством.
Точно, садист… Первый свой удар он нанес в бедро, а затем с наслаждением провернул кинжал в ране.
Я подождал, когда он выпрямится и оскалится в довольной улыбке. А затем напитал свои руки силой, и как долбанул по нему молотом сверху вниз. От гоблина осталось только мокрое пятно. А второй, что продал смерть своего раба, сейчас стоял в диком шоке, с открытым ртом, не произнося даже звука. Он, кажется, забыл, как дышать.
— Е-е-е-е-е... — наконец отвис он, и запрокинул голову к небу. — Прошу прощения! — поклонился он. — Пожалуй, мне пора…
Сперва он пятился спиной, а затем побежал. Ладно, это
