Вот это как раз чаще всего и не приходит в голову стороннему наблюдателю, пытающемуся понять «загадочную русскую душу», странные и, как кажется, совершенно алогичные и безумные поступки русских людей.
Но если предположить, что эти люди — дети, то многое становится понятным.
* * *
1) У нас на даче больше пыли!
Первая психологическая особенность детей, которую стоит отметить: их уважение к себе, в отличие от уважения к себе взрослых, носит сравнительный характер.
Что это значит?
Взрослый уважает себя за какие-то объективные достижения. Я создал дружную семью, вырастил достойных детей. Достиг высокого уровня мастерства в своей профессии. И т. п.
Взрослому не мешает то, что кто-то другой в той же профессии ещё более успешен, что чьи-то дети — ещё более удачные.
Чтобы уважать себя, взрослому не нужно сравнивать себя с другими, убеждая себя в своём превосходстве.
У детей всё не так. Дети, во-первых, плохо понимают, какие, собственно, существуют основания для самоуважения, у них не развито самосознание. Во-вторых, они не уверены в себе и им необходимо, именно по этой причине, убедить себя в своей полноценности и значимости прямо сейчас, не откладывая дела в долгий ящик.
Поэтому они научились добиваться иллюзорного самоуважения за счёт превосходства над другими. Иногда — подлинного, но чаще — тоже иллюзорного.
Иначе говоря, чтобы ощутить, что с ним всё в порядке, ребёнок должен сравнить себя с другими детьми: если не со всеми, то с теми, кого он знает, — и убедить себя в том, что он их в чём-то превосходит.
Замечательные примеры подобного способа добиваться самоуважения есть у Корнея Чуковского в книге «От двух до пяти». Скажем, один мальчик хвастался: «А у нас на даче столько пыли!»
Он не нашёл другого способа ощутить своё превосходство над собеседниками, как вот такой: с нашей точки зрения, очень странный. Мы же считаем, что это плохо, когда много пыли. Но у ребёнка другая точка зрения!
У него есть преимущество перед другими детьми. У них на дачах пыли мало — а у него много! Вот он какой крутяка!
Дети всё время хвастаются друг перед другом и стремятся одерживать победы друг над другом (в том числе — родные братья и сёстры — друг над другом). Это неизбежно, пока ребёнок мал и слаб. Так он добивается самоуважения.
А теперь задумаемся: если иметь на даче огромные кучи пыли — не такое уж большое преимущество, как нам кажется, — то иметь огромное количество средств массового уничтожения людей (термоядерных ракет и пр.) — возможно, тоже не такое уж преимущество?
Однако это не мешает большинству россиян испытывать законную гордость своей крутостью.
Хотя, если уж на то пошло, пыль лучше ядерных ракет (не такая опасная). Так что разумнее гордиться пылью — чем ракетами.
* * *
Тут необходимо кое-что уточнить.
Дети никогда не сравнивают себя со взрослыми. Почему — понятно: это слишком невыгодно.
Так вот, русские воспринимают европейцев как взрослых. Разумеется, я имею в виду европейцев западных.
Поэтому россияне стремятся ощутить своё превосходство, например, над грузинами и украинцами (которых воспринимают как равных себе и даже младше себя, по причинам, всем понятным), — но превосходить цивилизованную Европу не стремятся. А ведь именно это могло бы их стимулировать к нормальному экономическому и правовому развитию. Но увы!
Отношение русских к Европе и европейцам всегда напоминало отношение испорченного, хамоватого, но слабого и зависимого ребёнка к взрослым, от которых он, во многом, зависит, перед которыми лебезит и в душе преклоняется, но ради самоутверждения время от времени хамит им и делает на зло.
Так, кстати, часто ведут себя испорченные дети в детском саду по отношению к воспитателям.
* * *
Как видим, сохраняя свой традиционный — монгольский — уклад, русские вынуждены постоянно сравнивать себя с другими и постоянно хвастаться.
На это хвастовство они всегда тратили огромные средства.
Полёты в космос (хотя во многих российских посёлках и деревнях нет ни водопровода, ни канализации, и женщины стирают бельё в речках и ручьях, как в 13 веке), победы в олимпиадах (где наши простые русские ребята, такие, как Вик Уайлд и Витька Ан показывают всем этим ничтожествам кузькину мать) — это важнейшая составляющая русской жизни, без которой обойтись никак нельзя.
И это так будет всегда, пока ещё существует Россия.
Что-то измениться могло бы только в том случае, если бы русские научились добиваться самоуважения иным — конструктивным, взрослым — способом.
Но надежды на это нет никакой.
* * *
2) Я! Я!! Я!!! ВСЕ СМОТРИТЕ НА МЕНЯ!!!!!!!!!
Вторая психологическая особенность детей: им необходимо постоянно находиться в центре внимания окружающих.
Зачем это им?
Просто они не уверены не только в собственной значимости, но даже, как это ни странно, в самом своём существовании. То, что другие люди (особенно здорово, если это взрослые!) обращают на них внимание, подтверждает в их собственных глазах, что они есть, они существуют, и, более того, играют в этом мире определённую роль.
И никаким иным образом добиться этого дети не могут, потому что ничего ещё не умеют и их социальный статус крайне низкий.
Те же особенности мы видим у русских.
Особенно им сладко, когда их замечают взрослые: т. е. европейцы.
Поэтому русские время от времени — подобно хулигану-двоечнику с последней парты — стремятся обратить на себя внимание всего мира какими-то пакостями, поскольку иначе они привлечь к себе внимание не умеют.
Так ведёт себя Россия в целом. Так ведут себя и отдельные русские люди.
Скажем, недавно прогремела на всю страну гнуснейшая история ареста за «государственную измену» жительницы Вязьмы Светланы Давыдовой, матери семерых детей. Шум стоял по всей Руси Великой, и, разумеется, у многих зудело — тоже отметиться, чтобы все меня заметили: Вот он я, я тоже участвую, я есть, я важный и значительный! Все смотрят на меня!!!
Например, журналистка Ольга Романова сразу махнула в Вязьму и увидела: там мебель плохая. Закупили мебель и повезли. И Ольга Романова даже публично отрапортовала, что и сборщик вместе с мебелью едет.
Это всё — в то время, когда мама ещё сидела в следственном изоляторе ФСБ.
Ретивой Романовой, которой нужно было поскорее отметиться, подтвердить свой статус и обратить на себя внимание, не пришло в голову, что:
1. люди бывают привязаны к своим вещам, независимо от того, дорогие они или дешёвые, и особенно это свойственно детям,
2. чтобы узнать, что людям нужно, следует спросить у них самих: может быть, у них есть чувство собственного достоинства (которого сама О. Романова, увы, лишена), и они ответят, что ничего не нужно,
3. пока мать в тюрьме, не следует отбирать у детей ещё и привычную обстановку и вообще что-то менять в их жизни.
Понятно, бурная романовская активность принесла и какую-то пользу: например, дети увидели, что они кому-то небезразличны. Но больше тут, скорее, вреда.
А всё потому, что цель — отметиться, заявить о себе, пролезть в самый фокус общественного внимания.
Зоя Светова — другая московская знаменитость, которой тоже надо ежечасно подтверждать свой статус — посетила Светлану Давыдову в узилище. Сделать для неё она ничего не могла и изначально сама это понимала. Но — отметилась: была, написала. Я важная, значительная, я — в центре внимания!
Так, когда был захвачен Театральный центр на Дубровке, на переговоры с Мовсаром Бараевым (главным террористом) вскорости прибыли и Ирина Хакамада, и даже Алла Пугачёва! Не имевшие, разумеется, никаких полномочий.
Но не в этом было дело. Важно — показаться, отметиться, пролезть в центр общего внимания.
Точно такая же психология, разумеется, и у Путина. Он вообще чрезвычайно типичный русский человек.
* * *
3) Я уже большой!
Классическая фраза всякого нормального ребёнка: «Я уже большой!». Ну, или: «Я узе байсой!» — неважно.
Нигде так не популярны солидность и взрослость — как среди малых детей.
В этом смысле чрезвычайно характерно отношение русских к Европе, которую, как я уже отмечал выше, они воспринимают как Мир Взрослых, отличный этим от их мира.
Многим кажется отношение русских к Европе парадоксальным.
Больше всего они жаждут, с одной стороны, приобщиться к европейской жизни. Купить на свои кровные (т. е. наворованные) домик в Швейцарии или на Лазурном берегу — или, на худой конец, просто поездить, пошляться по Парижам и Лондонам — чтобы потом небрежно всем знакомым рассказывать (при этом выясняется, что никаких впечатлений о Европе, кроме 50 сортов колбасы в магазинах, у рассказчика нет), ощущая себя Очень Крутым от чувства приобщённости к настоящей взрослой жизни.
