не чувствуем ее энергии, она спокойно может претворяться, – капитан оставался непреклонным.
– Керт! – Лена устремила напряженный взгляд на Даркура.
Девушка тоже не хотела верить в предательство друга. Я усмехнулась. Кто же мне поверит?
– Даркур, ты арестован на время расследования произошедшего, – произнес вдруг Керт, выбирая мою сторону.
Он что поверил? Поверил мне?
– Тебя же, Мстита, ждет серьезный разговор, – и с этими словами полковник ушел вместе с капитаном.
Воспоминания Анны
– Ты беременна?
Анна тогда нахмурилась, глядя на мужчину исподлобья.
– Ты изменила мне! – Филипп замахнулся, но так и не смог ударить свою жену. Весь удар пришелся в стенку, разбивая его руки в кровь.
Анна же тогда обхватила свои коленки руками, продолжая сидеть на полу, слезы покатились по ее худым щекам.
– Что тебе нужно? – Филипп уселся рядом, сжав руки в замок, стал нервно покачиваться из стороны в сторону. – Я даю тебе все, что может желать любая девушка, они все стелются перед мной, но не ты…что тебе надо? Хочешь, я не возьму не одну женщину! Ты станешь единственной! Я приму твоего ребенка, как своего! Если это будет мальчик, он станет наследником! Что тебе еще нужно!?
Анна вздрогнула, глядя на то, как плачет этот чужой ей мужчина. Он любил ее…сильно любил…
– Я не люблю тебя, – прошептала она тогда. – Отпусти меня.
Мужчина усмехнулся и, не глядя на свою жену, ушел.
***
Этот ребенок погиб. Роды девушки были слишком тяжелыми. Филипп тогда со всей возможной лаской и любовью пытался вернуть прежнюю жизнерадостность супруги, но безысходность поглотила ее.
Глаза Анны померкли, в ее сердце больше не было места ни для радости, ни для новых чувств.
Артура же Филипп отправил в далекую ссылку, лишив девушку последней надежды на забытое счастье.
3 глава
Дарьяна
– Вы не просто так встали на мою сторону, – хмыкнула я, встречая полковника в своей палате.
Я долго ждала его и все не могла понять, что за серьезный разговор меня ждет?
Поглядев в окно, я устремила свой взор на небо, на котором медленно плыли облака, скрывая пока еще согревающее землю солнце, и очень пожалела, что прогулки мне строго запрещены. И все благодаря Даркуру…возможно, я бы уже вовсю бегала, если бы не его нападение.
– Думаешь в правильном направлении, – ответил мне Керт, усаживаясь на кровать, которая стояла напротив моей. – Я предлагаю тебе вступить в наши ряды официально, Дарьяна.
Шокировано обернувшись, я с подозрением уставилась на Керта. Мужчина в свою очередь смотрел на меня свысока, и я невольно под этим взглядом оробела.
– У тебя очень душно, я открою окно?
– Зачем я вам?
Мы это произнесли одновременно.
– Мне от генерала поступило одно важное задание. У тебя появился шанс доказать свою верность Алесским землям, – Керт все же поднялся и открыл форточку.
Свежий теплый ветер тут же ворвался в старое помещение. Я спрятала под одеяло все время мерзнувшие ноги и задумалась.
– Я не хочу ничего доказывать. Не вижу в этом никакого смысла, полковник Керт. Поэтому оставьте меня в покое, – возникшая идея отвернуться и спрятаться под теплое одеяло стала еще заманчивее, но я сдержалась и просто бессильно упала на твердую неудобную подушку.
Спать приходилось тут только на спине, потому что на боку мне тут же бросался в нос запах затхлости и пыли, вызывая бесконечное чихание.
А само одеяло ужасно кололось, хотя без него по ночам было слишком холодно.
Сообщив Керту, что в мои планы не входит вступать в его лагерь, я уже мысленно набросала план ухода из деревни, которая заботливо приютила нашу роту; мысль, что до Тимнерии придется идти пешком очень печалила, но не до такой степени, чтобы от нее отказаться; до столицы здесь было не близко, но зато тут ловила связь, я очень надеялась дозвониться до мамы или хотя бы найти ее в соцсетях; но для начала мне необходимо было восстановить документы, снять деньги в банке и уже только потом наконец-то воссоединить семью; – все это проскочило в моей голове буквально за миг и за такой же миг разбилось.
– Дарьяна, я предлагаю тебе сделку. Ты участвуешь в нашей операции, я же в свою очередь отвечаю за восстановление твоих документов и выясняю точное местонахождение твоей семьи, также, по-твоему, желанию сообщаю им, что с тобой все замечательно, и что скоро ты к ним вернешься целая и невредимая.
– А если я не вернусь? – тихо спросила я, машинально наклоняясь к мужчине ближе.
– А ты постарайся вернуться, – бросил мне вызов Керт и вопросительно поднял брови, в ожидании моего ответа.
И без того напряженная обстановка приобрела еще более яркие краски. Теперь воздух между нами в буквальном смысле искрил. Мне было душно. Душно, несмотря на открытое окно и гуляющий по избе сквозняк.
Облизнув пересохшие губы, я невольно прошлась глазами по крупной фигуре полковника, подмечая для себя все новые детали: слишком глубокие морщины на лбу и у глаз; неровный нос, видимо, сломанный и не один раз; бледный шрам, рассекающий практически пол шеи и широкий, несмотря ни на что, гордый разворот плеч, на который я впервые обратила внимание.
– Хорошо, я согласна.
Надеюсь, этими словами я не подписала себе смертный приговор…
– Вечером будь на тренировке, – бросил небрежно мужчина, направляясь на выход.
– Но я еще…
– У нас нет больше времени, Дарьяна. Завтра на рассвете мы отправляемся на земли Мстит, – получив этот короткий, ничего не объясняющий ответ, я не стала ничего больше спрашивать, так как уже просто смирилась с тем, что обратного пути у меня нет.
Война затянула меня в свои цепкие лапы и отпускать точно не собиралась.
***
Солнце вскоре спряталось за горизонтом, и наступившие сумерки накрыли старые дома с редкими мощеными улочками.
Прислонившись к деревянному крыльцу избы, я наблюдала за медленно протекающей жизнью обычных сельчан и понимала, насколько сильно соскучилась по своему дому. Одиноко скатившую слезу я быстро стерла и устыдилась собственной слабости. Я ведь такая не одна, у каждого своя печальная история, и сейчас совсем не время проявлять эти никому ненужные эмоции.
– Ты как? – спросила меня Лена.
– Все замечательно, – я улыбнулась и ободряюще сжала ладонь подруги. – Что с Даркуром?
– Кровь показала, что он полукровка, хотя в его документах ни слова нет о том, что у него в роду были мститы…
– И что с ним будет? – сочувствие к капитану возникло неожиданно, и я тут же попыталась его подавить.
– Завтра после вашего ухода его подлежит лишить дара, – значит, смерть…задумчиво кивнула.
– Мне
