Читаем без скачивания Дело о ледяных руках - Эрл Гарднер

– Одну минутку, – прервал Трэгга Мейсон, – пока вы все не исказили! Моя клиентка ничего подобного не подтверждала.

– Но она покачала головой, – настаивал Трэгг.

– Нет. Когда вы спросили, знает ли она, что это за обрывок, Ненси кивнула.

– Я еще раз задаю вам вопрос, мисс Бенкс… Вы когда-нибудь прежде видели подобный контейнер?

– Я уже сказал вам, она больше не будет отвечать на вопросы, – возразил Мейсон.

– Повторяю, мисс, надо либо кивнуть, либо покачать головой, много сил это у вас не отнимет.

Мейсон обнял девушку за плечи:

– Сядьте, Ненси! Не кивайте и не качайте головой, не отвечайте ни на какие вопросы, не давайте себя спровоцировать. Это обычная манера полицейского допроса: брать молодую женщину на испуг в тот момент, когда она расстроена и может на себя наговорить. Когда вы возьмете себя в руки и успокоитесь, я дам лейтенанту Трэггу интервью и отвечу на все его вопросы. До тех пор – ни слова.

Трэгг ухмыльнулся:

– Подождите, пока не увидите хоть один из отпечатков ее пальчиков на картоне, а потом уж посмотрите, как она себя поведет. Впрочем, от меня вы не получите ответа на вопрос, есть ли отпечатки ее пальцев на пакете, до тех пор, пока дело не будет передано в суд. Если же в суде вы захотите вызвать вашу клиентку для дачи свидетельских показаний, чтобы она все отрицала, вам придется порядком поволноваться. Ну а поскольку вы не желаете, чтобы мисс Бенкс отвечала на мои вопросы, так как она устала и любая попытка дознания будет вами рассматриваться как полицейская жестокость, можете отвезти свою клиентку куда угодно. Единственное условие – она должна явиться по первому требованию для дальнейшего допроса, возможно, это случится завтра. И любые отговорки будут свидетельствовать против нее. Вы ведь не хотите этого, мистер Мейсон?

Снисходительно улыбнувшись, Трэгг повернулся на каблуках и пошел к мотелю.

Глава 8

Мейсон повернулся к Ненси Бенкс, внимавшей Трэггу.

– Пожалуйста, мистер Мейсон, увезите меня отсюда, – взмолилась Ненси. – Увезите куда-нибудь, где они не смогут меня найти. Хоть на время!

Мейсон завел мотор, выехал со стоянки мотеля на шоссе и помчался в потоке машин, сам не ведая куда.

– Хотите поговорить, Ненси?

– Нет.

– Боюсь, все же придется. Прежде чем полиция начнет новый допрос, я должен иметь полное представление о случившемся, то есть знать правду. Понимаете, какие могут быть последствия, если вы будете мне лгать? Я могу сделать ложный шаг и, вместо того чтобы помочь вам избежать неприятностей, навлеку на вас новые. Вам подстроили ловушку, и я хочу понять, насколько все это серьезно.

– Уж куда серьезнее, – чуть не плакала Ненси.

– Минуточку, одну минуточку, поберегите свои слезы до другого случая. Сейчас не время расслабляться и рыдать. Вы на взводе, словно часовой механизм, и останетесь в таком состоянии, пока не откроете мне всей правды. Так как насчет сухого льда?

– Я об этом ничего не знаю.

– Вы говорите неправду, Ненси.

– Вы мне не доверяете! Никто мне больше не верит…

– Даю голову на отсечение, что так оно и есть. Понимаю, вам пришлось много пережить, Ненси. Но вы ведете непонятную игру не только со мной, но и с полицией. У вас ничего не выйдет, поверьте, – терпеливо продолжал увещевать ее Мейсон. – Уверен, вы что-то знаете о пакетах с сухим льдом. Я сейчас скажу вам, что предполагаю я. Вы стараетесь прикрыть брата. Думаете, что это он убил Марвина Фремона, и стараетесь его выгородить. И для этого пытаетесь сделать все, чтобы создать впечатление, будто тот был уже мертв к моменту, когда ваш братец вышел из тюрьмы. Это дает ему стопроцентное алиби.

– Ну почему, черт возьми, вы так решили?

– Да потому, что, когда мы с вами встретились в номере, у вас были ледяные руки. Они не могли замерзнуть до такой степени от чего-то другого… только если вы имели дело с большим количеством льда.

– Но, мистер Мейсон, это сумасшествие! Я никогда в жизни не слыхала ничего подобного. Как вы можете обвинять меня! Разве вы не знаете: когда женщина очень нервничает или чем-то расстроена, у нее леденеют руки? И ноги. Боже мой, вам показалось, что у меня холодные руки! Дотронулись бы вы до моих ног…

– Ненси, я не собираюсь терять с вами драгоценное время, его у меня попросту нет. Должен заявить, что в рассказанной вами истории есть что-то очень фальшивое, как, впрочем, и в ваших доказательствах собственной невиновности. Предупреждаю вас последний раз, вы недооцениваете полицию.

– Как это – недооцениваю?

– Поверьте, они намного сообразительнее и умнее, чем это вам представляется. И я достаточно хорошо знаю Трэгга, чтобы точно сказать: он готовит вам ловушку.

– Какую ловушку?

– Он ждет, что мы вот-вот совершим какой-нибудь опрометчивый шаг, а этого ему только и надо. Так что вы знаете о сухом льде?

– Очень, очень немного… А что?

– Я не смог как следует рассмотреть этот кусочек пакета, который Трэгг держал в руках, не понял, что там было написано, но ясно увидел часть буквы «с» и целиком «е». Трэгг сказал, что кусок оторван от пакета из-под сухого льда, и я не склонен сомневаться в его словах.

Вдруг Ненси раздраженно произнесла:

– Будь проклят этот лед!

– В чем дело? Объясните! Что с ним связано? Почему при одном упоминании Трэгга о сухом льде вы чуть не потеряли сознание и с ходу угодили в ловушку?

– Ну ладно, – с неохотой начала Ненси. – Я расскажу.

– Вот так-то лучше. Значит, вы все-таки имели дело с ним? Со льдом?

Поколебавшись, она наконец нехотя произнесла:

– Да, имела.

– Зачем же вы его притащили в ванную?

– Я его не приносила.

– Но вы об этом знали?

– Да.

– Вы к нему прикасались?

– Мистер Мейсон! Когда я увидела тело, оно было обложено льдом; думаю, вокруг него лежало около десяти контейнеров: под пальто, под ногами, на нем самом…

– Ну и как же вы поступили?

– Я ничего не трогала; я позвонила вам, а потом просто собрала пустые контейнеры к себе в машину и помчалась, чтобы найти место, где бы можно было их выбросить. Нашла по дороге дренажную трубу, выбросила все в нее, потом вернулась в мотель, чтобы дождаться вас там. Когда подъехала, вы меня уже ждали.

– И опять вы, Ненси, говорите неправду. Вы не собирались говорить о том, что нашли тело, а хотели, чтобы я сам его обнаружил.

– Да, правда… Так оно и было, но насчет льда я говорю правду.

– Но что было в этом такого уличающего? Почему вы сразу не позвонили в полицию? Почему боялись, что они обнаружат труп и контейнеры со льдом?

– Это сразу бы указало им на меня.

– Каким образом?

– Я… я…

– Ну, давайте, снимите груз с души!..

– Во всем виновато глупое замечание, которое я сделала в кругу знакомых примерно неделю назад. Разговор зашел об убийстве, и кто-то рассказал, как полиция определяет время убийства по температуре тела. Вот тут-то я и заявила, что полицию можно обмануть, понизив температуру с помощью пакетов со льдом. Если ими обложить убитого на пару часов, тогда, мол, время определения момента смерти передвинется соответственно на четыре-пять часов назад.

– Кто же слышал, что вы это говорили?

– Все, кто был рядом тогда, они даже подшучивали надо мной по этому поводу.

– И все-таки, кто был в той компании?

– Мой брат Родни, Лоррейн, менеджер дома, в котором я живу, человек по фамилии Холстэд, менеджер фирмы, в которой работает мой брат, ну и еще несколько их друзей. Мы все вместе выпивали.

– И почему это вас угораздило вдруг заговорить о сухом льде?

– Потому что им пользуются на форелевой ферме, а я иногда там бываю вместе с Лоррейн и Родни.

– Ваш брат в дружеских отношениях с Лоррейн?

– Да.

– Насколько дружеских?

– Ну, я не спрашивала, не знаю… Думаю, что в довольно близких.

– Где живет ваш брат?

– У него квартира в одном из домов Локхарда.

– И ключ от квартиры Лоррейн?

– Точно не знаю, но он часто бывает у нее.

– Ну ладно, Ненси, у меня есть для вас новость. Первое, что делает полиция, расследуя случаи, подобные вашему, – это прочесывает местность; в частности, ищут и в дренажных канавах. Опыт подсказывает им, что, как правило, преступник именно там прячет то, что хочет спрятать.

– Боже мой! Не можем ли мы, мистер Мейсон, поехать и вытащить те контейнеры из канавы?

– Не можем. Это и есть ловушка, в которую мы оба угодим. Уверен, лейтенант Трэгг уже позвонил в Главное полицейское управление, и уже посланы люди, которые обыскивают все вокруг – канавы, трубы… Могу поспорить, что он и отпустил нас, не настаивая на продолжении допроса, потому что был уверен: мы сами попадем в расставленную им ловушку. Он дал нам веревку и теперь ждет, когда мы сами наденем себе на шею петлю. Но как бы все плохо ни было, мы не будем усугублять ситуацию… Поэтому вот что, Ненси. Сейчас я отвезу вас к вашей машине, и мы двинемся домой. Вы попросите свою подружку Лоррейн переночевать у вас и быть с вами все это время. Она должна будет отчитаться передо мной за каждую вашу минуту. Ей придется поклясться, что вы не покидали свою квартиру ни на миг… Вы поедете в своей машине впереди, а я – сзади. И буду следить, чтобы никто не повис у вас на хвосте. Если я быстро замигаю фарами, это будет означать, что за вами следят. Тогда тут же припарковывайтесь к тротуару, я подъеду, и вы быстро пересядете в мою машину. Я отвезу вас сам и останусь до приезда Лоррейн.