В период с 1964 по 1966 г. «Нью-Йорк таймс», оправдывая усилия своего правительства, заявляла, что
«обязательства США во Вьетнаме заключаются в укреплении антикоммунистических сил как в военном, так и в политическом отношении»[55].
Разумеется, «Нью-Йорк таймс» не была одинока в своих антикоммунистических устремлениях. Подобного же взгляда на глобальные цели американского империализма придерживалась вся буржуазная пресса США. Так, например, печатный орган Уолл-стрита заявлял:
«Мы просто не можем позволить, чтобы страна за страной… захватывались коммунистами… Единственный язык, который лидеры коммунистов понимают, – это язык силы… Необходимость в твёрдости вплоть до балансирования на грани войны или готовности пойти на риск конфронтации держав столь очевидна, что трудно понять, почему этот урок не усвоен»[56].
Настроения такого рода, господствовавшие среди определённой части американского общества и поддерживаемые буржуазной печатью, радио и телевидением, во многом облегчили Джонсону начало военных действий против ДРВ. На них рассчитывало правительство США, заготавливая необходимые планы, вернее, «сценарии» развязывания войны. В «сценариях» было учтено всё, даже тоннаж бомб и число самолётов, которые должны сбросить их на намеченные цели.
На этом этапе «Нью-Йорк таймс» настойчиво убеждала американцев, что долг для них – на первом месте и превыше всего, причём долг отдельно взятого человека, как и всей страны в целом, «Нью-Йорк таймс» трактовала исключительно как «борьбу против коммунизма».
Газета побуждала американцев к более активному участию в политической жизни, разумеется в интересах правящего класса США. С этой целью «Нью-Йорк таймс» старалась не подчёркивать или даже искусственно принижала ценность человеческой жизни в глазах своих читателей, дабы заставить их согласиться с тем, что риск гибели американских солдат в Индокитае отнюдь не достаточно веская причина, чтобы отказаться от вооружённой борьбы «против коммунизма» в этом районе.
Апелляция к долгу и многочисленные утверждения об «обязательствах США» в Юго-Восточной Азии сочетались на страницах газеты с создаваемым ею образом вьетнамской войны как достойной уважения и поддержки «битвы против мирового коммунизма», которую Соединённые Штаты должны вести в интересах всего «свободного мира». В то же время «Нью-Йорк таймс» скрывала от общественности многие факты, разоблачавшие политику США в Индокитае.
Газета и словом не обмолвилась о том, что американцы ещё с 60-х годов тайно использовали в Юго-Восточной Азии чудовищный метеорологический арсенал ведения войны.
«Самолёты военно-воздушных сил, снаряжённые ЦРУ, систематически устраивали искусственные дожди на дорогах в Лаосе, Камбодже, Северном и Южном Вьетнаме. Цель – препятствовать зенитному огню противника, обеспечить прикрытие для южновьетнамских десантных отрядов, проникающих на Север… Первый экспериментальный искусственный дождь был устроен по инициативе ЦРУ в Южном Вьетнаме в 1963 году»[57].
А «Нью-Йорк таймс» сообщит американской общественности об этих фактах лишь 10 лет спустя, когда, полностью убедившись в бесперспективности вьетнамской войны, станет ратовать за её прекращение и поместит на своих страницах 9 июля 1972 г. материал С. Херша «Погода как орудие войны».
На первом этапе эскалации «Нью-Йорк таймс» не только игнорировала нежелательные для американского правительства факты, но и опровергала сообщения о них, публикуемые в коммунистической и прогрессивной печати других стран. Например, США применяли в этой войне сильнодействующие гербициды, которые отравляли урожай, скот и даже людей, а «объективная» «Нью-Йорк таймс» в это время писала: «…обвинения в отравлении химикатами – ложь и фальшивка коммунистической пропаганды»[58]. В действительности же за годы войны во Вьетнаме самолёты ВВС США распылили над страной около 50 млн л яда.
Всей своей деятельностью «Нью-Йорк таймс» словно взялась доказать известное изречение:
«Свободная пресса в равной степени свободна по своему усмотрению публиковать правду или игнорировать её»[59].
Одновременно с приёмами замалчивания и извращения фактов газета использовала также и другие методы дезинформации. В то время, когда американцы осуществляли интервенцию во Вьетнаме, «Нью-Йорк таймс» прилагала огромные усилия, чтобы убедить читателей в «агрессии» коммунистов ДРВ и патриотов Южного Вьетнама.
В начале эскалации газета с явным одобрением, с изложением всех подробностей писала о налётах авиации США на мирные города и сёла ДРВ, нередко хладнокровно отмечая, что эти «налёты были очень успешными»[60]. Никакого сожаления о жертвах «Нью-Йорк таймс» не выражала, призывов прекратить бомбардировки на её страницах также не было, как и требований уменьшить расходы на войну во Вьетнаме и вывести оттуда американские войска. Напротив, «Нью-Йорк таймс» охотно предоставляла свои полосы тем политическим деятелям, которые выступали за проведение более активных боевых операций США в Юго-Восточной Азии.
«Нью-Йорк таймс» представляла читателям интервенцию как «защиту престижа и национальной чести» Соединённых Штатов. Почему ради этой чести нужно было отправлять солдат за тысячи миль от их дома в страну, ничем не угрожавшую существованию Америки, газета не объясняла. Зато на её полосах можно было найти множество демагогических высказываний вроде того, которое сделал однажды Э. Стивенсон, бывший тогда главой делегации США в Совете Безопасности ООН:
«Мы находимся в Юго-Восточной Азии, чтобы помочь нашим друзьям оставаться свободными от импортируемого террора»[61].
Подобные утверждения, распространяемые буржуазной прессой, систематически разоблачались и в заявлениях правительства ДРВ, и в печати социалистических государств, и в прогрессивных изданиях капиталистических стран.
Но сообщать правду о событиях во Вьетнаме в то время было не в интересах американского финансового капитала, поэтому «Нью-Йорк таймс», как и буржуазная печать в целом, всячески её избегала. Если газета употребляла слово «агрессия», то совсем не по отношению к тем, кто её в действительности осуществлял, а исключительно говоря о борьбе вьетнамцев за свободу и независимость своей родины. В этих случаях её страницы пестрели лексическими выражениями типа: «коммунистическая агрессия», «агрессия Ханоя». О бойцах фронта Национального освобождения Южного Вьетнама газета упоминала, обычно используя термины «террористы», «красные».
«Нью-Йорк таймс» вполне отдавала себе отчёт в происходящих во Вьетнаме политических событиях. Так, в 1965 г., после интенсивных февральских бомбардировок ДРВ и после эскалации наземных военных действий США в марте, оценив создавшуюся обстановку, она в редакционной статье отмечала, что ставки в борьбе в Юго-Восточной Азии неуклонно растут и что вьетнамский конфликт таит в себе опасность мировой войны. Интересен вывод, который делала в этой связи газета для себя и своих читателей:
«Американскую честь необходимо сохранить всеми средствами. Однако ей следует придать какой-то разумный смысл»[62].
Подобное хладнокровие владельцев и редакторов газеты объяснялось во многом тем, что крупный финансовый капитал США продолжал в тот период извлекать из вьетнамской войны немалые прибыли. На страницах «Нью-Йорк таймс» можно было встретить в то время оптимистические высказывания его представителей в связи с политикой США в Юго-Восточной Азии. Так, в одной из статей секции «Бизнес» говорилось об оздоровлении рынка, о хорошем состоянии дел на бирже, что, по словам её главы, «являлось великой демонстрацией могущества Соединённых Штатов и их руководства»[63]. Большой бизнес ещё не роптал. Не роптала и «Нью-Йорк таймс» ни по поводу растущих расходов на войну, которые и для того времени были уже огромны, ни из-за отправки молодых американцев во Вьетнам.
Для того чтобы убедить читателей, что война во Вьетнаме – дело не слишком уж сложное, не затяжное, а главное, довольно выгодное, газета помимо стереотипного изображения её как «битвы против коммунизма» использовала его другую разновидность. В отдельных случаях она показывала эту войну как нечто вроде «лёгкой прогулки для американских солдат». Очень многие буржуазные журналисты смотрели на войну весьма оптимистически. В соответствии со своими радужными взглядами они формировали искажённое представление о ней у своих читателей. Вызывая у них ложное ощущение реальности, они таким образом манипулировали сознанием американцев.
