он стал, полудракона- получеловека, обезумевшего, грозного, страшного. По моему лицу все еще текут слезы, но это оттого, что я успела поверить, что он убит. Но он жив... Жив. Я очень хочу успокоить его, и прижаться самой, потому что нуждаюсь в утешении, помочь обернуться обратно в человека, сказать, что все в порядке, что все позади, что я рядом...
Но темнота оказывается сильнее меня. Беспросветным мороком она заполоняет мой разум, лишая всего. Я падаю без чувств, сраженная болью, потерей крови, пережитым ужасом и волнением, ровно в то мгновение, как Кассар пытается меня удержать, обхватив когтистой лапой, и поднимает в воздух.
Последнее, что я замечаю, это боль в его глазах.
13. Слово дракона
Кассар
- Худшие опасения подтверждаются. Лихорадка усиливается... Рана заживает с трудом. Яд плохо выводится из организма, но я сделал все возможное, везер.
Я не смотрю на лекаря. Только на нее. На бледное лицо Чароит, ее впалые скулы, испарину на лбу. Я доставил ее во дворец так быстро, как только смог - но все равно может оказаться слишком поздно. У меня нет сил думать о чем-то еще, кроме ее выздоровления... И, судя по словам врача, оно может так и не наступить.
- Выяснили, каким ядом были смазаны лезвия?
- Боюсь, что нет, везер хен Демир... Но, по опыту, клан Красных масок использует сложные составы, от которых нет противоядия. Аконитум, серолист, парабелла... Учитывая, что эти яды способны убить дракона, человеческому организму достаточно даже капли.
- Но она до сих пор жива, — пустым голосом отвечаю я, продолжая смотреть на девушку.
- Даже если госпожа выживет, неизвестно, как яд воздействует на ее организм. Сердце, легкие, репродуктивная система...
- Достаточно, - я даже поднимаю ладонь, чтобы дать знак лекарю замолчать.
- Утро покажет... Молитесь богам, чтобы она до него дожила.
Скрипнув зубами, я делаю шаг к постели Чароит, не в силах даже сесть рядом с ней. Тот яд предназначался мне. Разумеется, я выясню, кто нанял убийц из Красных масок совершить вероломное нападение на карету везера посреди императорского тракта - но сейчас для меня это не имеет никакого значения. Интриги, преследования, чьи-то коварные замыслы... Какой в этом смысл, если девушка может не пережить эту ночь? Самое чистое, светлое, невинное создание из всех, которое заслуживает жить больше, чем каждый из нас. Радоваться каждому новому дню, не встречать на своем пути ни невзгод, ни боли... Вот чего она достойна. Безоблачного счастья без потрясений и препятствий.
А я лишил ее всего. Своим существованием в этом мире, магией, который мы повязаны, проклятием истинности - всем этим я приближаю Чароит к неминуемой гибели. И хуже всего в этом то, что монстр внутри меня, голодный, свирепствующий дракон - он не позволит мне ее отпустить.
Прикрыв глаза, делаю глубокий вдох. Даже сейчас в подсознание врезается ее запах. Раньше я думал, что это аромат цветочных духов, которыми пользуется девушка... Но теперь начинаю подозревать, что нет. Это она сама. Самый сладкий и влекущий цветок на свете, какой только можно представить. Зверь внутри меня найдет ее по этому запаху, где бы она ни была. Он считает, что Чароит принадлежит ему, целиком и безраздельно, по праву истинности, но человек, которого я в себе дрессировал десятками лет, отвергает это чувство, как низкое, ничтожное и недостойное.
Не выдержав, опускаюсь рядом с девушкой на постель, беру ее маленькую, безжизненную ручку в свою. Слишком горячая... Все бы отдал за каплю целительной магии. Как Чароит удалось меня излечить? Не имею ни малейшего представления.
Перед глазами невольно встает момент, когда она увидела меня настоящего, за секунду до того, как потерять сознание. Не сказочное существо с крыльями, на котором она однажды летала, нет.... Нечто иное, куда более злое, яростное, ненасытное и жестокое. Ипостась, которая всегда со мной. И которая шепчет мне, что я поступил правильно. Что боль в глазах Чароит, страх и слезы - цена, которую придется заплатить, чтобы владеть ей. Я же, человек Кассар хен Демир, готов умереть, лишь бы никогда больше не видеть того ужаса в глазах любимой.
- Прости, что напугал тебя, - тихо произношу я, невольно, поддаваясь какому-то внутреннему порыву, и чуть сильнее сжимаю пальцы Чароит в своих.
"Слабак", - шепчет дракон, - "Ты же знаешь, что она никогда не поверит в то, что ты такой. Галантный, вежливый, учтивый... Она все о тебе знает, Кассар. Сколько еще ты намерен притворяться ничтожеством?”
- Ты не можешь умереть, - говорю я уже более твердым голосом, снова поддаваясь каким-то неясным внутренним инстинктам.
По кончикам пальцев проходит странная дрожь, отдаваясь мурашками по всему телу. Я замираю, боясь дышать, прислушиваясь к ощущениям. Отдаленно похоже на обычное применение мною магии.... Но все же это что-то другое.
- Я отвечу на все твои вопросы, Чароит, — если мне и предстоит раскрыть перед ней свое сердце, то сейчас самое время. И пусть даже она не услышит, плевать. — Я и впрямь женился на тебе, потому что сам так захотел.
Покалывание в кончиках пальцев усиливается, и я позволяю своей магической энергии соединиться с потоками Чароит. Если ей это поможет - значит, я все делаю правильно, пусть и инстинктивно, нащупывая путь во тьме, совершенно не понимая, каким будет мой следующий шаг.
- Это было самым обыкновенным проявлением слабости, - пожалуй, прежде я не признавался в этом даже себе. - Я считал, что выручаю тебя из беды... А на деле спасал самого себя. От гнетущего одиночества, пустоты, которую могла заполнить лишь ты.
Я всегда считал, что не создан для подобных слов. Но сейчас они превращаются во фразы признания сами по себе, и вместе с этим - в едва заметные, тонкие всполохи золотистого света, окутывающих ладонь Чароит.
- Пожалуйста, не оставляй меня, - никогда бы не подумал, что стану просить о таком, но стоит мне произнести свою просьбу, как сердце вдруг сковывает такой сильной болью, что я даже вдохнуть не могу.
Резко вскакиваю со своего места и достаю из-за пазухи флакон с аконитовым настоем, мне нельзя позволять себе настолько сильные эмоции. Будь моя воля, я бы сам себе вонзил в сердце кинжал, смазанный ядом, лишь бы избавиться от всего этого. Пара последних глотков этого слишком мало, пекло!.. Со злости отбрасываю стекляшку в угол, и та со звоном разбивается об стену.
Чувствую, как пыл поднимается в груди, грозя вырваться наружу неконтролируемым
